Двадцать восьмого сентября, в год Металлического петуха (1921 год – Д.А.), под стальными конструкциями Брянского (ныне Киевского) вокзала остановился поезд. Тут же из него, словно неудержимая лавина, вывалилась многолюдная толпа пассажиров, тащивших с собой чемоданы, мешки и узлы, наполненные съестными припасами и самым разнообразным барахлом.
Буквально через несколько секунд серая толпа, взвалив на плечи чудовищные грузы, сориентировалась и двинулась вперед. Со стонами и руганью она потекла к зданию вокзала. Гулкие шаги, раздававшиеся по перрону, смешивались с оживленными голосами и шумом пыхтевшего паровоза, образуя невообразимую какофонию хаоса на фоне безмолвных величественных стен.
Среди этой неразберихи выделялся молодой человек с неправильными чертами лица и светлыми волосами, гладко причесанными на косой пробор. Одетый в черную толстовку без пояса, широкие брюки и лакированные ботинки, он имел при себе небольшой ручной чемоданчик, в котором уместилось все его скромное имущество – ворох исписанных листков бумаги. Это был Михаил Булгаков, приехавший в Москву для того, чтобы стать писателем и остаться в ней навсегда.
Его первая жена, Татьяна Лаппа, уже месяц как жила в Москве. Она приехала в столицу вместе с медиком Николаем Гладыревским, который помог "устроить" ей комнату в студенческом общежитии Первого медицинского института на Малой Пироговской улице. Татьяна не имела вестей от мужа и уже думала, что они больше никогда не увидятся, когда, случайно зайдя к Земским, наткнулась на Михаила. Андрей Земский был женат на сестре Булгакова, Надежде.
Два дня Булгаковы провели в общежитии, занимая комнату уборщицы Анисьи, после чего переехали в знаменитую квартиру пятьдесят дома десять на Большой садовой. Комнату в коммунальной квартире им уступил Андрей Земской, который собирался уехать к жене в Киев.
Изначально строительство этого дома не входило в планы купца второй гильдии Ильи Пигита, владельца табачной фабрики "Дукат" и нескольких магазинов. В 1901 году он приобрел участок земли под строительство табачной фабрики, однако, разрешение на возведение промышленного объекта он так и не получил из-за близости к церкви Святого Ермолая. Храм простоял до 1932 года, а затем его снесли, чтобы построить стоянку для служебного автотранспорта. Сейчас на этом месте разбит сквер "Аллеи архитектора Шехтеля".
Не получив разрешения на строительство фабрики, Пигит решил построить доходный дом для проживания обеспеченных москвичей. В 1904 году строительство здания было завершено, и семья Пигита переехала в десятикомнатную квартиру номер пять на третьем этаже фасадной части дома.
Эта квартира являлась самой роскошной в доме, украшенной изысканной лепниной, тончайшими росписями и обоями из крокодиловой кожи. Детей у Пигитов не было и вместе с ними в квартире проживали близкие родственники. В 1918 году в квартире жила эсерка Фанни Каплан, готовясь к покушению на Ленина (хозяина дома к этому времени уже не было в живых). Фанни дружила с племянницей купца Анной. После покушения племянницу и ее брата Дмитрия арестовали, а в квартире устроили засаду. В связи с тем, что ни один из сообщников Фанни так и не объявился, Анну с братом освободили. В следующий раз ее арестовали в 1938 году, как члена контрреволюционной подпольной организации эсеров.
В годы советской власти здание национализировали, и на фасаде дома появилась надпись: "Рабкоммуна". Пианино умолкли, но граммофоны еще давали о себе знать, распевая зловещими голосами. Поперек гостиных протянулись веревки, с которых свисало сырое белье. В комнатах зашипели примусы, распространяя щиплющий чад, доходивший до парадных и поднимающийся к верхним этажам. Лампы внезапно исчезли, ежевечерне погружая дом во мрак и заставляя жильцов чертыхаться, когда они поднимались вверх по ступеням лестницы.
Квартира, в которой проживали Булгаковы, представляла собой коммунальную квартиру с коридорной системой: семь комнат без ванны плюс небольшая узкая кухня. Жилось им очень тяжело, покоя не было ни днем, ни ночью. Многочисленные соседи варили самогон, ругались и часто дрались между собой.
Соседями Булгаковых были: с одной стороны рабочий хлебопекарни Епишин, с другой – жрица любви Дуся. Клиенты Дуси часто ошибались дверью и стучали в комнату Булгаковых, громко крича: "Дуся открой!". Через коридор проживала сухонькая женщина, носившая зловещее прозвище "Чума" – безработная Анна Павловна Горячева, ежедневно мелькавшая в коридоре то с бидоном, то с сумкой, набитой папиросами. Считалось, что она находилась на иждивении мужа, хотя его никто никогда не видел. Зато у нее имелись сыновья, младшего из них, Шуру, она нещадно била, который в ответ орал на всю квартиру.
– Прекратите истязать ребенка! – возмущался Булгаков, выходя из себя от душераздирающих криков мальчика.
– Заведите себе своих Шурок и ешьте их тогда с кашей! – парировала ему Горячева.
В будущем Горячева послужила прообразом Аннушки из романа "Мастер и Маргарита". В 2006 году Николай Попов, правнук Горячевой, адвокат, владеющий четырьмя языками и живущий в Швейцарии, принес в музей Булгакова фотографию своей прабабушки. Фотографию увеличили и торжественно повесили на кухне.
Помимо вышеназванных лиц в квартире проживали: торговка пирожками Трубицына, наборщик профтехшколы Радимцев, краскотер Болтырев, торговец в лавке, несколько безработных и начальник милиции с женой, "довольно веселой дамочкой".
Председатель жилтоварищества категорически отказывался регистрировать Булгаковых в квартире, угрожая выселением на улицу. В отчаянии Михаил решился написать письмо Надежде Крупской. Прочитав его, Надежда Константиновна написала сбоку красными чернилами: "Прошу дать ордер на совместное жительство. Ульянова". Забыв поблагодарить Крупскую, Булгаков тотчас помчался в домовое управление. Выложив заветное письмо на стол начальника, Михаил пальцем указал на заветные слова. Спустя три минуты председатель, выйдя из оцепенения, начал, скребя пером, выписывать ордер.
Только в августе 1924 года Булгакову вместе с женой удалось перебраться из ненавистного ему жилища в более интеллигентную квартиру под номером тридцать четыре. В этой квартире проживала семья Манасевичей.
Глава семейства, Артур Борисович, потомственный почетный гражданин и продавец в кооперативе "Виола", очень боялся принудительного уплотнения и решил уплотниться сам, предложив Булгакову одну из комнат. В тот период у Михаила развивался роман с Белозерской, и он не хотел оставлять жену одну в "нехорошей квартире". Они переехали, однако, в ноябре Булгаков собрал свои вещи и переехал к Белозерской. Через два года Манасевичи начали выживать Татьяну из квартиры: не давали ей ключи от входной двери и не открывали, если она возвращалась слишком поздно. Так Лаппа переехала в полуподвальную квартиру двадцать шесть, в которой она и жила в тридцатые годы.
В 1928 году Булгаков начинает делать первые наброски "романа о дьяволе", первоначальную версию которого он завершает в 1930 году. В этом романе квартира номер пятьдесят превращается в "нехорошую квартиру", в которой обитает дьявольская свита.
Во время Великой отечественной войны здание почти не пострадало от обстрелов: лишь в одной квартире обрушился потолок, а в нескольких помещениях выбило стекла взрывной волной.
В послевоенные годы дом оставался коммунальным и был сильно перенаселен: в нем проживало почти 800 человек. Некоторые семьи обосновались в полуподвальных помещениях, а иногда ночевали прямо в подъездах. В шестидесятых годах начался процесс расселения дома, который растянулся вплоть до распада Советского Союза.
Пятидесятую квартиру расселили в 1983 году, и в ней разместилась инженерно-чертежная контора "Гипротехмонтаж". Когда произведения Булгакова перестали быть запрещенными, в квартиру потянулись поклонники творчества писателя. Они начали покрывать стены подъезда рисунками и рукописными посланиями. Тогда начальник сметного отдела Наталья Романова прикрепила на стены подъезда листы ватмана, чтобы посетители могли оставлять свои творения и не пачкали стены. Однажды кто-то изобразил на отдельном стекле летящую Маргариту на метле, и Наталья повесила картину у себя в кабинете. Увидев картину, парторг настучал начальству, и "ведьму" пришлось убрать.
В 1984 году руководство конторы решило выделить для посетителей самую маленькую комнату квартиры, третью от входа по правой стороне коридора. В нерабочее время там начали устраивать концерты, студенты читали стихи, приходили литературоведы, а однажды даже выступал русский хор из США. Было много иностранцев, и Наталья Романова в комнатке повесила карту мира, на которой флажками отмечала, откуда прибыли гости.
К 1986 году большинство помещений дома уже пустовало и в них стихийно возникали мастерские и студии, выступали рокеры, аргентинские панки и даже тувинские шаманы. Позже в доме обосновалась коммуна московских хиппи, центр которой располагался в бывшей квартире Пигита. В общину хиппи регулярно наведывался местный участковый, который задерживался для бесед с музыкантами и художниками и непременно выписывал штраф за незаконное проживание.
В 1990 году Гипротехмонтаж сменил свою прописку, а ключи от квартиры попали в руки местным хиппи. В квартире начали происходить странные вещи: откуда-то появлялась и исчезала мебель, а стены оказывались обклеенными бумажками с абсурдными надписями. В одной из комнат хиппи решили создать Клуб чудотворцев. Они выкрасили плинтусы в желтый цвет, поставили на дверь комнаты новый замок и уехали, чтобы больше никогда не вернуться.
В первой комнате "нехорошей квартиры" проживал Игорь, молодой человек, устраивавший сеансы медитации для взрослых. Он вешал на лампу обруч, и люди часами сидели, погружаясь в пятое измерение. Посетителей встречала девушка по имени Элла – высокая брюнетка с "египетской" стрижкой, облаченная в мини-юбку.
Постепенно "нехорошая квартира" превратилась в культовое место. Многие рок-знаменитости, к примеру, Сергей Курехин или Юрий Шевчук не считали зазорным на пару часов заскочить на "Беса" и побренчать на гитаре для совершенно случайного народа. После того, как в квартире загорелся самодельный камин и несколько комнат полностью выгорели, хиппи были выселены, а квартиру сдали юристам, закрасив всю "наскальную живопись".
Когда был учрежден Фонд Булгакова, квартиру передали фонду. К тому времени дом уже был списан с баланса государства, и его состояние стремительно ухудшалось. Не было возможности даже вызвать сантехника, так как дом был откреплен от всех городских служб. В квартире царила невероятная разруха: все было перегорожено, завалено кульманами, планшетами и мусором. Из стен торчала дранка, во время дождя протекал потолок.
Хотя еще не все коммунальные квартиры дома расселили, в уже освобожденных помещениях начали появляться новые жильцы. В 1999 году фонд пригласил в квартиру выступить рок-кабаре Алексея Дидурова и в тот же день возмущенные соседи вызвали милицию. После этого вокруг квартиры разгорелась настоящая битва: жильцы дома выступали против создания музея и "чертовщины". Они поливали посетителей грязной водой, скандалили с ними, закрашивали стены и продолжали жаловаться в милицию. Дети кидали в посетителей камни.
В 2004 году в квартире была открыта первая постоянная экспозиция, посвященная столетию доходного дома Ильи Пигита.
Помимо "нехорошей квартиры", музею принадлежит еще и квартира номер пятьдесят один, вход в которую расположен напротив булгаковской.
С 1919 года в ней проживала приемщица типографии Мария Королева. Ее дочь Ольга работала продавщицей в детском отделе Петровского пассажа. В 1922 году Ольга вышла замуж за младшего тюремного надзирателя Московского уголовного розыска Ефима Куликова. В 1938 году Ефима, на тот момент ответственного дежурного тюремного отдела, арестовали как латышского националиста. В январе 1941 года был подписан приказ об его освобождении, но домой он так и не вернулся. В 1968 году, семья Королевых – Куликовых выиграла в лотерею мотоцикл "Урал", который в то время стоил 500 рублей. Транспорт брать не стали, а забрали выигрыш деньгами. На них в мебельном магазине купили красивый немецкий сервант со стеклянными дверьми и чешский письменный стол. В 2006 году жилец дома, именуемый сотрудниками музея не иначе как "наш Швондер", проник в эту квартиру и выбросил из окон четвертого этажа экспонаты и документы фонда Булгакова.
Только в 2007 году в квартире учредили первый в России государственный музей Михаила Булгакова.
15 мая 2011 года перед входом в музей были установлены скульптуры Коровьева и Бегемота -– двух героев романа "Мастер и Маргарита".
"Швейцар выпучил глаза, и было отчего: никакого кота у ног гражданина уже не оказалось, а из-за плеча его вместо этого уже высовывался толстяк в рваной кепке, действительно, немного смахивающий рожей на кота. В руках у толстяка имелся примус..." – именно этот эпизод романа нашел свое отражение в памятнике.
- Квартира Булгакова:
© 23 января 2025г.
© 23 января 2025г.