13 этажей, которые вдохновляли иностранцев и пугали некоторых местных. Здание планировали занести в Книгу рекордов Гиннесса, а местные прозвали его "Гангстер-хаус". На конференции в Норвегии постройку признали сенсацией года. И казалось бы, это могла быть отличная история о новой достопримечательности и месте притяжения на русском Севере. Но в этот раз история будет печальной. И поучительной.
Я побывала рядом с ним. И готова рассказать вам, как сейчас выглядит это место, и заодно историю самого необычного строения Архангельска.
Идея деревянного небоскреба
Николай Сутягин был человеком, о котором говорили. Он не просто жил — он всегда что-то строил: планы, бизнес, легенды. В 1990-х Николай увидел шанс проявить себя. Его строительная компания, первая частная фирма в Архангельске, обслуживала практически весь город. У Сутягина было больше 15 участков, бригады, которые трудились на ремонте и строительстве социальных объектов, производственных помещений и жилых домов.
Правда, нет-нет, да и проскакивает в Сети информация, что Сутягин был довольно крупным местным криминальным авторитетом.
Идея построить деревянный небоскрёб возникла не сразу. В начале 90-х иностранцы, приезжавшие в Архангельск, хотели видеть, как работают частники. Местные власти обратились к Сутягину. Но была ещё одна проблема: иностранцам надо было где-то жить. И Николай решил поразить всех. “Я построю дом, в котором будут жить иностранцы. Там будет всё: кафе, уютные номера и мой собственный кабинет”, — говорил он. Это было время больших амбиций.
Вдохновение
Строительство началось в 1991 году. Первоначально дом задумывался как двухэтажный, с подвалом под кафе и мансардой. Его построили по проекту местных архитекторов. Но потом произошло непредвиденное.
Николай рассказывает в интервью, что когда здание было готово, к нему пришли тогдашний губернатор с заместителем и сказали, что иностранцев таким домом не удивить и нужно придумать что-то необычное.
Сутягин отправился за границу. Япония удивила его монастырями из дерева: конструкции казались невесомыми, но при этом невероятно прочными. А в Германии его вдохновила башня то ли на крепости, то ли одном из храмов.
“Я понял, что мой проект слишком простой, — вспоминал Сутягин. — Дом должен удивлять, быть выше и смелее. Я хотел, чтобы с верхних этажей открывался вид на море. Это было бы что-то, что никто не забудет.”
Вернувшись, он изменил проект: на доме появилась первая башня. А затем вторая. Каждая из них словно пыталась дотянуться до неба.
Символ
Сутягин считал своё творение не просто зданием. Это был символ новой эпохи. По словам Сутягина, главный архитектор Архангельской области приходил смотреть на башни и даже делал чертеж крыши. Одним словом, на тот момент никто не возражал против постройки необычного здания.
Правда, в другом интервью уже этот самый главный архитектор говорит, что всегда был против строительства и никогда не был в здании.
Между тем дом стал привлекать внимание. О нём писали российские и зарубежные СМИ. Во Франции позже даже построили макет этого деревянного небоскрёба. В Швеции сняли фильм. Сам Сутягин рассказывал, что иностранцы спорили, возможно ли построить подобное здание. Англичане утверждали, что его снесёт первый же северный шторм. Но Николай верил в прочность своей конструкции. Да и никто из руководителей города, по его словам, не был против постройки, а наоборот, приводили её как пример отличной инициативы и продвижение Архангельска за рубежом.
От поддержки к преследованию
Позже все изменилось. И дом внезапно стал раздражать. Сутягина обвинили в нарушении строительных норм: мол, высота превышает разрешённые три этажа. Да и проекта на башни нет. Николай защищался: “Башни — это не этажи, это элементы здания. По закону их нельзя считать.” Но чиновники требовали: либо переделка проекта, либо снос. Цена переделки — 30 % от стоимости дома, три миллиона долларов.
Сутягин отказался. Тогда последовали угрозы, а затем арест. Его обвиняли в вымогательстве и избиении. Коллеги, которых он считал друзьями, давали показания против него. "Меня просто решили убрать", — рассказывал он позже.
Сутягин трижды оказывался в местах лишения свободы. Первый раз он попал туда ещё в юности за драку с летальным исходом. Были еще обвинения в вымогательстве и превышении полномочий. С 1998 года он провёл в заключении четыре года. Сутягин всегда утверждал, что многие обвинения были сфабрикованы, чтобы сломить его.
Снос
После нескольких лет тяжб было вынесено решение: дом подлежит сносу. В 2008 году подрядчики начали разбирать здание. Сутягин лежал в больнице, когда к его участку приехали приставы. “Они даже не описали имущество. Просто забрали всё, что было внутри: золото, ценности, даже мои личные вещи.”
Разбор здания остановился на уровне четвёртого этажа.
А в 2012 году огонь уничтожил всё, что осталось. Николай уверен, что загорелось не само. “Пламя перекинулось с соседнего участка. Но пожарные ничего не делали. Просто ждали, пока от дома ничего не останется.” От некогда величественного небоскрёба остался лишь фундамент.
Человек, разрушенный своей мечтой
Сегодня Николай Сутягин живёт на пенсию, из которой ежемесячно удерживают долги. Производства больше нет. Он пишет обращения в инстанции, пытается донести свою историю. “Я не просто строил дом. Я строил мечту. Меня лишили всего — дома, дела, репутации. Но если у человека есть мечта, её нельзя забрать.”
Ну а от впечатляющего строения, которое вполне могло бы стать визитной карточкой не только Архангельска, остался лишь обуглившийся остов первого этажа, который почти не виден за грудами мусора.
И если не знать точное расположение дома, его даже найти сложновато между обычных построек старинного архангельского райончика Соломбала.
Местные уже привыкли, что никакой башни нет, разве что иногда водят туда приезжих и показывают — вот здесь было "оно". Вокруг бродят не очень дружелюбные собаки.
Кто-то до сих пор считает постройку безумием, кто-то — произведением искусства. А вы что скажете?