Валентин Серов был, безусловно, одним из лучших портретистов своего времени. Притчей во языцех стала тщательность, с которой художник работал над портретами, — Серов писал очень медленно, как будто вживаясь в своих моделей, доводя количество сеансов в некоторых случаях до ста. Впрочем, эта особенность никак не влияла на конечный результат — лучшие серовские портреты оставляют ощущение легкости, свежести, скользящего взгляда. Глазами Серова мы видим героев рубежа XIX–XX веков: светских дам, царственных особ, юных прелестниц и великих актрис. О 5 важных картинах Серова написала Надежда Мусянкова.
1. Девочка с персиками
Вера Саввична Мамонтова — старшая дочь Саввы Ивановича и Елизаветы Григорьевны Мамонтовых. Портрет Веры был написан летом 1887 года в столовой абрамцевского дома Мамонтовых. Серов так отзывался о нем: «Я сам ценю и, пожалуй, даже люблю его... Все, чего я добивался, — это свежести, которую всегда чувствуешь в натуре и не видишь в картинах. Писал я… больше месяца и замучил ее, бедную, до смерти. Уж очень хотелось сохранить свежесть живописи при полной законченности — вот как у старых мастеров. Думал о Репине, о Чистякове, о стариках — поездка в Италию очень тогда сказалась, — но больше всего думал об этой свежести». В 1888 году за этот портрет художник был удостоен первой премии на конкурсе Московского общества любителей художеств.
В будущем Вера Мамонтова стала женой Александра Дмитриевича Самарина, государственного, общественного и церковного деятеля, статского советника, камергера двора Его Императорского Величества.
2. Девушка, освещенная солнцем
На портрете изображена Мария Яковлевна Симонович, в замужестве Львова, — двоюродная сестра Серова. По воспоминаниям Симонович, портрет писался в липовой аллее в Домотканове в течение трех летних месяцев: «Сеансы происходили по утрам и после обеда — по целым дням. Он изучал и писал лицо в утренние часы, при одном и том же освещении, а после обеда, когда освещение менялось, подготовлял рисунок аксессуаров: руки, одежду и пейзаж. <...> Мы работали запоем, оба одинаково увлекаясь: он — удачным писанием, а я — важностью своего назначения. <...> В начале четвертого месяца вдруг я почувствовала нетерпение. Я знала, что он выполнил ту задачу, которую себе назначил, больше сказать… ничего не мог <...> и потому со спокойной совестью сбежала... в Петербург…»
С начала 1890-х годов Мария жила в Париже, где получила художественное образование, обучаясь у скульпторов Марка Антокольского, Жан-Антуана Энжальбера и Анри Мишеля Шапу. Ее произведения выставлялись на Салоне Национального общества изящных искусств. В Париже Симонович вышла замуж за Соломона Львова, политэмигранта, врача-психиатра. Их сын Андре Львов стал знаменитым биологом, лауреатом Нобелевской премии.
3. Портрет княгини Зинаиды Николаевны Юсуповой
Зинаида Николаевна Юсупова — княгиня, дочь Николая Борисовича Юсупова, последнего представителя рода князей Юсуповых по мужской линии, и графини Татьяны Александровны Рибопьер, принадлежала к одному из богатейших аристократических семейств России. Зинаида Николаевна была замужем за графом Феликсом Феликсовичем Сумароковым-Эльстоном, которому в 1885 году высочайшим указом было пожаловано право именоваться двойным титулом — князем Юсуповым, графом Сумароковым-Эльстоном. После смерти старшего сына в 1908 году княгиня делала крупные пожертвования, вела большую благотворительную деятельность, особенно во время Первой мировой войны. В 1919-м эмигрировала с семьей на линкоре «Мальборо», присланном английским королем Георгом V. Жила с мужем в Риме, где возглавила центральный комитет по помощи беженцам из России, открыла бюро по поиску работы, бесплатную столовую, мастерскую по пошиву белья и давала возможность обучиться профессии. После смерти мужа переехала в Париж к сыну.
Художник написал три портрета представителей семьи Юсуповых в Архангельском, подмосковном имении Юсуповых. Знакомство Серова с Зинаидой Николаевной описано в письме к жене от 2 июня 1896 года: «1-го июня я отправился… в Архангельское <...> Княгиня пришла, славная княгиня, ее все хвалят очень, да и правда, в ней есть что-то тонкое, хорошее».
4. Портрет Ивана Абрамовича Морозова
Иван Абрамович Морозов — предприниматель, благотворитель и коллекционер. Вместе со старшим братом Михаилом с девяти лет брал уроки рисунка и живописи у Николая Мартынова, Константина Коровина и Егора Хруслова. Иван Морозов занимал должность директора-распорядителя Товарищества Тверской мануфактуры бумажных изделий, был соучредителем промышленных предприятий и банков. Занимался благотворительностью в области здравоохранения, образования и культуры. Был казначеем Московской консерватории, финансировал Русское филармоническое общество, «Русские сезоны» Сергея Дягилева в Париже. После переезда из Твери в Москву в 1900-м в особняке на Пречистенке начал коллекционировать картины. С 1903 года собирал новейшую французскую живопись. После Октябрьской революции коллекции Ивана Морозова и Сергея Щукина стали основой Музея нового западного искусства, в дальнейшем были распределены между Государственным Эрмитажем и Пушкинским музеем. Произведения русских художников из коллекции Ивана Морозова поступили в Третьяковскую галерею. Валентин Серов изобразил Ивана Морозова на фоне натюрморта Анри Матисса «Фрукты и бронза», приобретенного коллекционером.
5. Портрет Иды Рубинштейн
Ида Львовна Рубинштейн — актриса, танцовщица. Участвовала в «Русских сезонах» Сергея Дягилева, исполнив роль Клеопатры в одноименном балете и роль Зобеиды в балете «Шахерезада». Впоследствии организовала собственную театральную труппу, а затем и балетную антрепризу.
Портрет был задуман в 1909 году и исполнен летом 1910-го. По свидетельству Игоря Грабаря, «Серов видел Рубинштейн в Париже в роли Клеопатры, которую она танцевала почти обнаженной, и нашел в ней столько стихийного, подлинного Востока, сколько раньше не приходилось наблюдать ни у кого. Он был до такой степени увлечен ею, что решил во что бы то ни стало писать ее портрет. Серов находил, что Ида дает не фальшивый сладкий затасканный Восток банальных опер и балетов, а сам Египет и Ассирию, каким-то чудом воскресшие в этой необычайной женщине. “Монументальность есть в каждом движении — просто оживший архаический барельеф”, — говорил он с несвойственным ему воодушевлением. Ида позировала ему обнаженной, как некогда патрицианки позировали Тициану».
В декабре 1911 года Илья Семёнович Остроухов писал коллекционеру Дмитрию Ивановичу Толстому: «…вчера из финляндского именья Серовых доставили несколько рисунков и неоконченных картин. <…> Среди же рисунков, очень немногочисленных и не первосортных (серовской мерки, конечно), объявился прелестный набросок Рубинштейн, который я немедля включил в свою папку на место уступленного Вам. (О, как я завидую музею, имеющему эту дивную поэму!)» До 1913 года упомянутый Остроуховым рисунок находился в собрании Дмитрия Ивановича Толстого.
БОЛЬШЕ О КАРТИНАХ ВАЛЕНТИНА СЕРОВА ЧИТАЙТЕ НА ЛАВРУСЕ