Прямо с самого утра я была озадачена тем, что меня ожидало вечером. Сказать, что я прямо сильно боялась, не могу, но меня это напрягало. Потому что я даже не видела кста, где все это происходит. А Жилкино, это большая и грязная деревня. Даже в наши дни комфорта тут по минимуму, а уж тогда то кроме пищевых предприятий и складов ничего не было. Да ещё старые страшные бараки, в окружении пяти или шести пятиэтажек. Где находится этот склад, в какой стороне? Какой сторож меня там встретит? В одном я не сомневалась, в том, что моя история может привести в шок кого угодно. Поэтому вечера ожидала без особой истерики.
К тому же Витька пришел меня поддержать раза три за день. Спасибо ему за это , у меня хоть была возможность поболтать с ним и сбросить напряжение. Менять свою внешность особо я не собиралась. Мне казалось, что чем серее я буду , тем меньше меня запомнят. Тем более ноги нет, денег нет, надо соответствовать. Я решила в спектакле использовать просто рабочую рубашку и потасканные штаны, которые висели в рабочем шкафчике. Вот только что делать с волосами не знала. В то время волосы у меня были длинные густые волосы, и я носила ракушку. Пришлось прилизать волосики и сделать кукиш на макушке. Так было нормально. Подходило к теме несчастного инвалида.
В общем к концу рабочего дня я настроилась. Но Витёк сказал, что мы поедем на дело после шести, когда с базы уйдут все, даже те, кто не приходил. И ещё двадцать раз повторил мне сценарий нашего мероприятия. Вот в тот момент , наверное, мне стало страшновато. А что будет, если что нибудь пойдет не так? Я ведь даже свалить не смогу. Потому что сегодня пройти на костылях смогу метров двести, не больше. Потому что я не умею на них ходить. В том смысле, что если пройти чуть побольше, то с непривычки натреь и ладони и подмышки, и идти дальше просто совершенно не сможешь, от элементарной боли. В общем,затосковала я в ожидании.
Витька наверное тоже как то и что то переживал. Мы же все равно были разумными, и оба понимали на что идём. Но деньги были великой силой. Заработать сто пятьдесят за вечер! Это же зарплата мастера цеха! И вот этот момент делал наш страх не таким страшным. Тем более я понимала, что Витька рискует сильнее. Я буду работать языком, а он руками. Это бочки с селёдкой маленькие, пятьдесят килограммов, а бочки с горбушей,они огромные , по соточке! Как он их будет грузить? Но сказал же , что все придумал и приготовил, значит так и есть. Будем надеяться на лучшее. Можно было слегка развлечься, и поужинать, но кусок не лез в горло.
Наконец то пробил час икс. Витёк встал и отправился к машине и я за ним. Пока мы усаживались, Витька произнес два слова:"Галь, пожалуйста ничего не забудь. Время наблюдай. И не бойся, все получится". А я все равно боялась. Хоть не до истерики, но это ощущение мне портило жизнь. Мы два раза рюповернули направо и поехали вглубь болот. Я была здесь когда то, но не так далеко, как мы ехали сейчас. Здесь были одни складские постройки, и было такое ощущение, что людей здесь не бывает. Наконец то Витёк остановился:"Я дальше поеду другой дорогой. А тебе надо вон в тот маленький кирпичный домик. Ты придумала, что врать будешь? Сосредоточится. Очень нужно, чтобы тебе поверили."
Я пошла по направлению к цели, Витка свернул, и скрылся из виду. Господи! Помоги мне. Не бойся, Галя, приз 150 рублей. Я отменяла шаги до избушки, и по Станиславскому, вживалась в роль. Самое главное, это как нибудь сразу дать понять, что я здесь не просто так, у меня дела. И не надо сильно вызывать жалость, а то ещё сказаться меня провожать. Хотя пост же нельзя покидать. Ладно, двадцать шагов осталось, сосредоточься! Я дохромала до пункта назначения и постучала в окошко. Каково же было мое удивление, когда на мой стук вышел мужик годов сорока. Ни фига себе сторож! И что мне с ним делать? Какую лапшу на уши вешать? Я совсем не это ожидала увидеть. Но я не растерялась
- Здавствуйте. Скажите, а я на улицу Шахтерскую правильно иду?
Мужик тоже не ожидал увидеть в этой глуши одноногую инвалидиху. Это было видно по его лицу. А я глянула на часы. Сказали засечь время, как только дойду о избушки.
- Ой, здрасти. Я вам даже не подскажу. Я знаю, что это улица Воровского. Сейчас мать придет, она цех закрывает, вот она вам все расскажет. А я залётный в этой деревне. Вот вход охраняю пока ее нет.
- А почему здесь людей то совсем нет? Даже спросить не у кого направление движения
- Так вы же дома все прошли, а дальше одни склады. Вот день рабочий закончился и люди убежали. Завтра утром прибегут. И я тут нечаянно задержался, мать попросила. Сейчас тоже убегу на остановку.
- Так тут же до остановки то метров восемьсот, а то и поболее?
- Я привык. Каждый день бегаю. Да и все, кто работает тут привыкли.
Наконец то в избушку вошла женщина. Вот она походила на сторожа. Ровесница меня сегодняшней. Но полная, и не очень прибранная. Можно сказать, что запущенная. В заношенной юбке, в телогрейке, на ногах разношенные тапочки с носками, руки замученные, лицо расплывшееся. Я тогда ещё не понимала, что если я буду жить с Витей, который отец моих детей, меня ждёт такая же участь. Женщина улыбнулась и поздоровались.
- Все, Андрей, можешь идти. А то будешь ждать этот автобус три часа.
Андрей попрощался и пошел в ту сторону, откуда я пришла. Я опять посмотрела на часы. Как то не заметно прошло пятнадцать минут. А мы обе стояли в проёме двери смотрели вслед уходящему Андрею. У каждой в голове крутились свои мысли.
Поддержать канал 2202208070220844
-