Тёплый луч солнца скользнул по столу, заглядывая в маленькую кухню, где всё ещё витал запах вчерашнего ужина. На углу стола лежали две школьные тетрадки, рядом с ними — пара криво нарезанных бутербродов. Антон, семилетний мальчишка с растрёпанными волосами, пытался запихнуть в свой рюкзак старый учебник по математике. Рядом стояла его младшая сестра Лиза, которой только что исполнилось пять. Она молча наблюдала, как дедушка, с трудом выпрямляясь, подошёл к плите.
— Дедушка, ты опять кашляешь, — заметил Антон, бросив на него беспокойный взгляд.
— Ничего, это пустяки, внучок, — ответил дедушка, но кашель никак не хотел утихать.
Лиза подбежала к нему, осторожно взяв за руку.
— Деда, ты не заболел? Ты говорил, что будешь с нами всегда... — её голос дрогнул, и в глазах заблестели слёзы.
Дедушка аккуратно опустился на колени перед девочкой, хотя каждое движение отдавалось болью в спине. Он мягко погладил её по голове.
— Ну что ты, малышка, конечно, я с вами. Я ещё вас всех в школу доведу, а потом в институт, и свадьбы ваши буду гулять! — он улыбнулся, хотя в его глазах было не меньше грусти, чем в глазах Лизы.
Антон отвернулся, делая вид, что завязывает шнурки, чтобы никто не увидел, как он сжимает губы, стараясь не заплакать. Он уже знал, что их жизнь изменилась навсегда. С того дня, как родителей не стало, всё стало другим. Их мама и папа всегда возвращались домой с работы, всегда смеялись, всегда обнимали их перед сном. Теперь вместо их привычных голосов — только тишина.
Остался только дедушка.
— Я в садик не пойду, — вдруг заявила Лиза, всё ещё цепляясь за его руку.
— Почему это? — удивился дедушка.
— А если ты заболеешь, кто будет с тобой? — Лиза посмотрела на него так серьёзно, что у дедушки сжалось сердце.
Антон поднялся со стула и подошёл к сестре.
— Лиз, ты же знаешь, что дедушка сильный. Он всегда справляется. А мы должны ему помогать, правда?
Лиза посмотрела на брата и кивнула, но её губы всё ещё дрожали.
— Вот что, ребята, — дедушка аккуратно поднялся на ноги, взял трость, которая стояла у стола, и постучал ей по полу. — Сегодня мы будем делать то, что делали раньше. После школы и садика мы испечём пирог. Помните, как ваша мама учила?
Глаза Антона заблестели. Он помнил. Он даже помнил, как мама всегда смеялась, когда тесто не слушалось его рук, и как Лиза старательно разукрашивала пирог тонкими полосками из теста.
— С вишней? — спросила Лиза, наконец вытирая слёзы.
— Конечно, с вишней, — ответил дедушка и поцеловал её в макушку.
Вечером кухня наполнилась запахом пирога, а дедушка сидел за столом, наблюдая, как Антон старательно месит тесто. Лиза, высунув кончик языка, выкладывала вишни ровными рядами. На мгновение всё стало таким, как раньше. Казалось, что вот-вот из коридора раздастся голос мамы, спрашивающей, что здесь за кулинарный шедевр.
— Деда, смотри, я сама сделала! — гордо заявила Лиза, показывая готовый пирог.
— Молодец, малышка, молодец, — дедушка улыбнулся и оглядел их. Его сердце на мгновение наполнилось теплом. Они справляются. Они все вместе справляются.
Но когда дети ушли в свою комнату, он задержался на кухне. Он сидел за столом, смотрел на пустую чашку и тихо вздыхал.
— Леночка, Костя... — прошептал он, обращаясь к фотографиям сына и невестки, которые стояли на полке. — Не волнуйтесь за них. Я сделаю всё, что смогу.
Тишина ответила ему, но в глубине души он почувствовал: они всё ещё рядом.
Ночью Антон проснулся. Он услышал какой-то звук из дедушкиной комнаты. Подойдя к двери, он увидел, как тот сидит на кровати, укрытый старым пледом. Дедушка не спал.
— Деда, тебе плохо? — прошептал Антон.
Дедушка поднял голову, стараясь улыбнуться.
— Нет, всё хорошо, внучок. Просто не могу уснуть.
Антон подошёл ближе и сел рядом с ним на кровать.
— Деда, я обещаю... я буду заботиться о тебе. Как ты о нас, — сказал он, и его голос был так твёрд, что дедушка вдруг почувствовал, как его глаза наполняются слезами.
Он крепко обнял мальчика и тихо ответил:
— А я обещаю быть рядом, пока могу, Антошка. Мы справимся, я знаю.