В голове не укладывается, как быстро всё изменилось. Месяц назад мы с Леной планировали отпуск, а теперь... Анна отошла от окна и присела на подоконник. Солнце как раз садилось, золотило верхушки берёз во дворе. Она уже полчаса собиралась с духом, чтобы начать этот разговор.
Сергей, как всегда после работы, устроился в своём кресле. Два года назад они чуть не поругались из-за него – такое дорогое, зачем, куда, а теперь не вытащишь оттуда по вечерам. Сидит, в телефон уткнулся, то хмыкнет чему-то, то улыбнётся. Анна невольно залюбовалась – восемь лет вместе, а до сих пор как девчонка, сердце замирает от его улыбки.
"Ну всё, хватит тянуть", – подумала она.
– Серёж... Серёженька, – позвала тихонько, – поговорить надо.
Он сразу отложил телефон, глянул внимательно. Это она в нём особенно любила – стоит только позвать, и он тут же бросает все свои дела. Всегда чувствует, когда ей по-настоящему нужно его внимание.
– Что случилось? – в голосе тревога. – Ты какая-то сама не своя весь вечер.
Анна пересела на диван, поджала под себя ноги. Руки предательски дрожали, пришлось сцепить пальцы.
– Понимаешь... – она набрала воздуха, будто перед прыжком в воду. – Я думаю, нам надо завещание оформить.
В комнате стало так тихо, что слышно было, как тикают часы на стене. Сергей уставился на неё так, словно она вдруг заговорила на китайском.
– Чего? – он даже подался вперёд. – Завещание? В тридцать лет? Ты сейчас серьёзно?
Щёки залило краской. Вот этой реакции она и боялась все эти дни.
– А что такого? – она старалась говорить спокойно, хотя внутри всё дрожало. – Это же не значит, что мы... ну, готовимся к чему-то. Просто так правильнее будет. По-взрослому.
– По-взрослому? – Сергей вскочил, прошёлся по комнате. – Слушай, ну что за бред? Мы только жить начинаем! У нас всё впереди – и дети, и путешествия, и... – он резко остановился. – Погоди-ка. Это из-за Лены, да?
Она вздрогнула. Конечно, он догадался – слишком хорошо её знает. Видит насквозь, когда она что-то скрывает. Только вот тут дело не только в Лене. Просто после её ухода... После всего этого кошмара с документами, с квартирой, с её родителями...
– Не только, – тихо ответила она. – Но и из-за неё тоже.
Сергей опустился обратно в кресло, потёр лицо ладонями: – Анют, ну зачем ты себя накручиваешь? Мы же не...
– Лена тоже не собиралась! – вырвалось у неё. – Думаешь, она планировала? Тридцать два года, вся жизнь впереди. В отпуск собирались через месяц, помнишь? А теперь её родители с братом уже полгода делят квартиру и выясняют, кому что должно достаться.
Сергей будто съёжился в своём кресле. Он терпеть не мог разговоров о смерти – Анна знала это. Всегда переводил тему, когда по телевизору что-то такое показывали, даже фильмы с грустным концом не любил смотреть.
– Ань, – начал он мягче, – я понимаю, ты переживаешь. Лена... это страшно, когда так случается. Но мы же не можем теперь жить в постоянном страхе.
– Да при чём тут страх? – она встала, прошлась до окна и обратно. – Я не боюсь. Я просто... – она замялась, подбирая слова. – Помнишь, как мы квартиру покупали? Сколько документов собирали, как всё проверяли по десять раз?
– Ну да, – он пожал плечами, – а как иначе? Такие деньги же.
– Вот! – она резко повернулась к нему. – Мы тогда всё продумали, всё учли. А сейчас что? Вся наша жизнь, всё, что мы нажили... Случись что – и что?
– Ничего не случится, – он поморщился.
– Серёж, ну перестань, – она присела на подлокотник его кресла, взяла за руку. – Мы же страховку оформили на квартиру, да? И на машину. И в отпуск когда летаем – тоже страхуемся. Не потому что боимся, а потому что так правильно.
Он молчал, глядя в пол. Пальцы его чуть подрагивали.
– Знаешь, что самое страшное было у Лены? – тихо продолжила Анна. – Не документы эти все. Не споры из-за квартиры. А то, что никто не знал, как она хотела. Вообще ничего не знали. Родители думают одно, брат – другое. Все переругались, уже не разговаривают почти. А она бы этого точно не хотела.
– Мы не Лена, – упрямо буркнул Сергей.
– Конечно не Лена, – она легонько сжала его руку. – Мы – это мы. И именно поэтому я хочу, чтобы мы всё обсудили. Пока можем. Пока есть время спокойно подумать и решить.
Он поднял на неё глаза – растерянные, почти испуганные: – А что тут решать? У меня же только ты. Всё тебе достанется.
– А у меня родители. И брат твой младший, – она грустно улыбнулась. – И мало ли что у нас впереди. Может, детей заведём. Или бизнес откроем. Или...
– Или ипотеку на дом возьмём, – вдруг добавил Сергей. – Ты же хотела дом за городом.
Анна удивлённо моргнула – не ожидала, что он вспомнит об этом сейчас.
– Ну да, хотела... – она замялась. – Погоди, ты что, серьёзно думал об этом?
– А ты думала, я просто так каждые выходные риэлторские сайты просматриваю? – он невесело усмехнулся. – Копим же потихоньку.
Анна молчала, чувствуя, как к горлу подкатывает ком. Она и не знала, что он... А ведь правда, всё чаще стал засиживаться по вечерам с ноутбуком.
– Вот и я о чём, – наконец выдавила она. – Жизнь-то не стоит на месте. Мы строим планы, мечтаем... А я хочу, чтобы всё было... ну, правильно. Чтобы не как у Лены.
Сергей высвободил руку, встал, подошёл к окну. На улице уже стемнело, и в стекле отражалась комната – тёплый свет торшера, силуэт кресла, они оба.
– Знаешь, – вдруг сказал он, не оборачиваясь, – когда папа в больницу попал в прошлом году... Я тоже об этом думал. Ну, о завещании. О документах всяких.
– Правда? – она подошла, встала рядом. – Ты никогда не говорил.
– А что говорить? – он пожал плечами. – Папа выкарабкался, всё обошлось. Но я тогда... – он замолчал, подбирая слова. – В общем, я понимаю, о чём ты. Просто страшно, понимаешь? Как будто накликаешь что-то.
Анна прижалась к его плечу: – Я тоже боюсь, Серёж. Но ещё больше боюсь, что с нами что-то случится, а мы даже не поговорили об этом. Даже не знаем, чего хотим.
Он обнял её за плечи, притянул к себе: – А чего ты хочешь?
– Я? – она помолчала. – Хочу, чтобы мама с папой не остались без поддержки, если что. Чтобы твой Димка в институт поступил, как собирался. Он же у нас способный...
– Балбес он у нас, – проворчал Сергей, но как-то мягко. – Вечно в своих компьютерах копается.
– Зато какой толковый! – улыбнулась Анна. – Помнишь, как он нам сайт для магазина сделал? Профессионалы за такое бешеные деньги просят.
Они замолчали. За окном мигнул и загорелся фонарь, по стеклу скользнули тени от листьев.
– Слушай, – вдруг сказал Сергей. – А ведь ты права. Я вот думаю... Если бы со мной что случилось, а ты осталась с ипотекой одна...
Анна вздрогнула: – Не говори так.
– Нет, подожди, – он повернулся к ней. – Я же правда об этом никогда не думал. А ведь ты бы не потянула одна. И родители у тебя уже не работают. И Димка этот... – он потёр лоб. – Господи, как я раньше-то не понимал?
– Ну вот, – она погладила его по руке, – теперь понимаешь.
Сергей отошёл к дивану, тяжело опустился на него: – И что, прямо завтра пойдём оформлять?
– Да зачем завтра? – она присела рядом. – Давай сначала всё обсудим. Подумаем спокойно. Главное – начать говорить об этом.
Он обнял её за плечи, притянул к себе: – А чего ты хочешь?
– Я? – она помолчала. – Хочу, чтобы мама с папой не остались без поддержки, если что. Чтобы твой Димка в институт поступил, как собирался. Он же у нас способный...
– Балбес он у нас, – проворчал Сергей, но как-то мягко. – Вечно в своих компьютерах копается.
– Зато какой толковый! – улыбнулась Анна. – Помнишь, как он нам сайт для магазина сделал? Профессионалы за такое бешеные деньги просят.
Они замолчали. За окном мигнул и загорелся фонарь, по стеклу скользнули тени от листьев.
– Слушай, – вдруг сказал Сергей. – А ведь ты права. Я вот думаю... Если бы со мной что случилось, а ты осталась с ипотекой одна...
Анна вздрогнула: – Не говори так.
– Нет, подожди, – он повернулся к ней. – Я же правда об этом никогда не думал. А ведь ты бы не потянула одна. И родители у тебя уже не работают. И Димка этот... – он потёр лоб. – Господи, как я раньше-то не понимал?
– Ну вот, – она погладила его по руке, – теперь понимаешь.
Сергей отошёл к дивану, тяжело опустился на него: – И что, прямо завтра пойдём оформлять?
– Да зачем завтра? – она присела рядом. – Давай сначала всё обсудим. Подумаем спокойно. Главное – начать говорить об этом.