Комната меня восхитила, в ней стоял, кроме кровати, шикарный диван, обитый матовым велюром, которого я не видела никогда, а на письменном столе стоял магнитофон. Пол был устлан мягким красивым ковром в тон дивана, а одну из стен занимал элегантный стеллаж с книгами. Нет, у нас тоже были и книги, и стеллаж, но его папа сделал своими руками, и он, конечно, был не такой шикарный.
Когда пришла Лида, я не спала. Она встретила меня радушно, и мы принялись болтать. Лида рассказала, что учиться в филологическом, у неё море женихов, и на учебу время совсем не хватает. Посмеялись. Я рассказала о себе. Узнав, что мой жених – будущий военный, поморщилась:
- Я из Москвы – ни ногой! Поэтому в сторону вояк даже не смотрю. Выбор у меня большой, и поверь уж, не ошибусь. Родители мне кооператив уже строят. Трехкомнатный, недалеко от нашего дома, так что я – в шоколаде!
На следующий день Лида пригласила меня в свою компанию, но я отказалась, а когда вечером, она вернулась домой, то пожурила за отказ, сказав, что молодость пройдет быстро, и зацикливаться на женихах, которые далеко, и вовсе не стоит. Тем более, что в её компании столько классных парней!
Потом я уехала, а еще через полгода она приехала в наш город, якобы к бабушке. Мы, конечно, виделись, и она по секрету рассказала мне, что «залетела», родителям говорить ничего не стала – зачем огорчать? – а бабуля – врач обо всем договорилась и все будет нормально.
Я, воспитанная в совершенно других принципах, была в шоке, но виду не подала, и отношений это не испортило.
Когда я стала женой офицера, и ездила через Москву по необходимости, то уже останавливалась в её трехкомнатной квартире. Она к тому времени вышла замуж за перспективного молодого человека, тот работал в МИД, и перспективы имел хорошие. Лидия цвела как майская роза, институт она так и не закончила – еще несколько лет она брала академический отпуск, но не потому, что были какие-то проблемы или неотложные дела, просто – прожигала жизнь.
В их доме постоянно были гости. Встречи она называла модным тогда словом «фуршет», где нарезался на тарелки какой-то дефицит вместо традиционного русского стола. Весело, пьяно и с претензией на интеллектуальность. Однажды побывав на таком вот фуршете, я, правильная девочка, очень скоро устала от всех их «неправильностей». Эти бесконечные многозначительные недосказанности с бокалом в руке, дескать, мы-то с тобой знаем, о чем речь, но распространятся, не будем, вокруг глаза и уши…
Много позже я поняла, почему мне было так некомфортно в этой компании: праздные, избалованные и небедные люди свысока судили о том, чего сами не делали и не собирались.
К слову сказать, муж подруги в этих вечеринках участвовал эпизодически. Поприветствовав гостей, он удалялся в свою комнату и крайне редко присоединялся к гостям.
Легкая, неугомонная, порхающая как бабочка, Лидочка тогда мне очень нравилась.
У меня же тогда все было по-другому: родился сын, частые переезды, смена жилья, работы. Совсем непросто. Но мужа я любила, и поэтому не роптала. Когда бывала у Лидии, лишь завидовала белой завистью тому легкому отношению к жизни, какой жила Лида.
Прошло несколько лет, мы служили тогда в Сибири, когда она вдруг позвонила и сказала, что приедет в гости на недельку.
Мы с мужем заволновались: надо было достойно встретить подружку, которая так часто привечала меня. В трехкомнатной хрущевке не очень-то разгуляешься, свободным для сна был только диван в гостиной, и мы решили, что муж будет спать на нем, а мы с Лидой – в спальне. Ломали голову, чем мы можем удивить московскую гостью в нашем небольшом городке? Я очень старалась накрыть из скромных тогда наших денежных возможностей и скудности магазинов, достойный стол.
Всю первую ночь мы проболтали. Лида рассказала, что у неё дочка, Леночка, а с мужем она живет неважно, взаимопонимание отсутствует, а кроме того, тот не оправдал её надежды выехать в какую-нибудь капиталистическую страну на работу. Институт она, все-таки окончила – папа подсуетился.
- А где ты работаешь? – спросила я её, на что та, нисколько не смущаясь, ответила, что не работает:
Устроил меня папочка в институт младшим научным сотрудником. Но я не смогла – это просто невыносимо: туалет грязный, я в него зайти просто невозможно, приходилось весь день терпеть. Сотрудники нудные, с бесконечными претензиями. Я еле три месяца выдержала и ушла. Потом Ленку родила. С ней сижу.
…На следующий день у нас была полковая вечеринка – Лида приехала как раз в канун Нового года, мы, естественно, взяли её собой. И больше до отъезда, мы её не видели.
Дело в том, что на празднике она, почувствовав прелесть шумного и веселого праздника, тут же включилась в него и подцепила самого любвеобильного нашего офицера, Вадика, у которого жена уехала на месяц к родителям.
Продолжение следует.
Автор Ирина Сычева.