Тема «спасти СССР» — это одно из популярных направлений фантастики «попаданчества» и это же – тема для рассуждений политологов о событиях начала 90-х годов – периода завершения краха СССР, глубже политологи обычно не лезут.
Ну так, а если для себя, разобраться. И попытаться найти ответы на следующие вопросы:
- Спасать надо было государство СССР или может быть не государство, а что-то иное надо было спасать?
- Как это можно было спасти и когда еще было не поздно?
Тезис первый. Многих из нас привлекает в прошлом не образ СССР как могучего государства, а то мироощущение, которое было одной из основ тогдашней жизни – уверенность в завтрашнем дне, уверенность в том, что хороших людей все же больше, чем плохих. И даже те, кто тоскует именно о сильном государстве, по сути, скорбят о потере своего личного места в мире, реализуемого через наличие сильного государства, а не о крахе самого государства как такового.
Тезис второй. Помимо государства и поверх него существовал «проект СССР» или глобальный Красный Проект и именно его неудача многих из нас и не устраивает. И под спасти СССР надо и будем понимать прежде всего спасение Красного проекта СССР. https://t.me/nikogonad/17
Что же и когда пошло у нас не так
1917 - 1927 гг. – период разрушения старого мира и строительства мира (и государства) нового, период активного поиска компромиссов между жизнью и теорией. Достижения очевидны: сохранена страна, рожден новый миропорядок. Ошибки? Были конечно. Одна из них – легализация права наций на самоопределение. Можно ли было вообще обойтись без этого – вопрос сильно дискуссионный. Допустим, что иначе было нельзя. Но вот зачем было из этого необходимого тактического маневра делать потом нерушимую догму? Сейчас через сто лет вроде уже понятно, что надежда на скорую мировую революцию заставила тогда пренебречь реальными будущими опасностями неограниченного права на самоопределение. Что и было ошибкой, родившей потом политику коренизации и поощрения «правильного» национализма (с частным, но крайне неблагоприятным по последствиям, своим проявлением в процессах украинизации).
1927 – 1941 гг. – период индустриализации. Период становления нового хозяйственного уклада, названного впоследствии Сталинской экономикой. Плановая директивная экономика, многоукладность при доминировании общегосударственной собственности, удачное в целом по конечным результатам сочетание индустриализации в промышленности и коллективизации в сельском хозяйстве. Достижения: к грядущей войне экономику подготовили. Хотя коллективизация в отрыве от индустриализации достижение спорное. И жизненный уровень народа, что в деревнях, что в городах не дотягивал даже до царской России. Основные ошибки этого периода известны более чем. Про перегибы и даже про репрессии – не будем. Они и так уже осуждены и многократно обсуждались. Тут важнее, что, пожалуй, не эти ошибки сами по себе непосредственно привели потом к краху проекта СССР. А тогда что? Основная ошибка именно для проекта СССР – это укоренившаяся именно тогда догматизация политической и экономической теории. Любые новые мысли не только в общественных науках, но и в экономике воспринимались прежде всего с точки зрения их соответствия марксизму. Новый мир был создан, а понимания, что это совсем новый мир, а не реализация теории Маркса, такого понимания не было. Марксизм же из теории превратился почти в разновидность религии. Вслед за чем и само государство трансформировалось в своего рода теократическую республику. Генеральный секретарь – верховный жрец, партийные руководители – жрецы рангом ниже. Кроме того, медвежью услугу оказал заложенный в основы марксизма политический позитивизм, в котором общество непременно развивается всегда только к лучшему.
Догматизм – это применение теории, описывающей прежде всего капитализм 19-го века и то, как он образовался, к не капитализму вовсе – советской экономике 20-го века. Без его (марксизма) не отмены, нет, а дополнения новыми теориями.
1941 - 1948 – война и последующее восстановление экономики. Выстояли. Победа помимо всего прочего создала фундамент для сохранения и по сей день народа. Ошибки? Важных для последующего краха СССР вроде, как и не видно.
1948 – 1953 – принят и начал реализовываться Сталинский план преобразования природы. Совокупность гигантских и требующих больших и сверх больших ресурсов планов. Создан СЭВ (Совет Экономической Взаимопомощи), исчезла угрожавшая СССР монополия США на ядерное оружие. Ошибки этого периода? Прежде всего шараханья во внутренней политике (безродные космополиты, дело еврейского антифашистского комитета, Ленинградское дело – это все этот же период), здесь же конфликт с Югославией. Провести прямые и однозначные параллели этих событий и краха СССР в 90 – е годы затруднительно, но несомненно, что все эти шараханья государство и общество ослабили, а план преобразования природы – противовесом и стабилизатором стать не смог.
1953 – 1964 гг. Эпоха Хрущева. Достижения. Ракеты, космос, Гагарин, относительная либерализация политической и общественной жизни, начато массовое жилищное строительство. Особняком - осуждение культа личности. Да культ был и репрессии были. Но и личность тоже была. И осуждать все, связанное со Сталиным, очевидно не стоило. Перегнул с этим Никита Сергеевич.
И здесь же. Ликвидация артелей и промкооперации (а ими между тем производилось 40% мебели, 70% металлической посуды, почти все детские игрушки), запрет ЛПХ (личных подсобных хозяйств) с массовым забоем скота и началом дефицита мяса и прочих продуктов. Ликвидация МТС и колхозы-должники как следствие.
Высокая цель строительства коммунизма была заменена на задачу создания материально-технической базы коммунизма. Распахали целину и … эрозия почв, падение урожайности, начало закупок зерна за рубежом.
Таким образом, именно в этом периоде к существенным, но возможно еще исправимым ошибкам прошлого добавилась такая куча новых, что последующий крах СССР именно после Хрущева стал значительно более вероятным событием.
1964 – 1982 гг. «Застой» Брежнева. Девиз эпохи - живи сам и дай жить другим. Продолжение всего хорошего, что было начато ранее, отказ от волюнтаризма Хрущева. Начало разрядки и политики ограничения вооружений. Но увы. Продолжалось не только хорошее.
Двойная мораль номенклатуры росла и укреплялась. Думали одно, говорили другое, делали третье. Мафия и организованная преступность («которых в СССР не было») расцветали на ниве продолжающихся дефицитов. К политике коренизации и поощрения национализма добавилась экономика – национальный доход перераспределялся в пользу союзных республик так, что, к примеру, потребление на душу населения в Грузии было в 4 раза больше объема производимого там ВВП. В Армении в 3.5 раза больше. Всех дотировали РСФСР и Белоруссия (https://www.kp.ru/daily/26571.7/3586720/ ).
Отдельно надо описать экономическую реформу Косыгина – Либермана. Которая из серии – хотели как лучше, получилось, как всегда. В кибернетике известно такое правило: сложность системы управления должна превышать сложность управляемой системы. Сложность народного хозяйства к 60-м годах возросла так, что имеющаяся система планирования с ней уже не справлялась. Но попытка снизить сложность управляемого объекта через повышение самостоятельности предприятий оказалась неудачной. По двум причинам. Ориентир на прибыль, определяемую как процент от затрат, привел к неконтролируемому росту последних. А непонимание основ сложившейся «русской экономики», ее принципиальных отличий от идеальной рыночной экономики еще больше нарушило имеющийся из-за множества дефицитов дисбаланс между товарной массой и массой наличных денег. Создать хотя бы небольшой рынок для безналичных денег, получаемых предприятиями в виде прибыли, не смогли, да и не догадались. А дутый вал приводил к завышенному ФОТ, не обеспеченному товарной массой. То есть к тому, что можно назвать скрытой инфляцией.
Пара слов о торговой мафии. Она жила и питалась с одной стороны дефицитами, а с другой стороны избыточной по отношению к товарам денежной массой. И была во многом неискоренима, пока существовали дефициты и дисбалансы в денежном обороте. А опасна была эта мафия своим влиянием на элиту и сращиванием с последней.
Нелепое, ненаучное совершенно ценообразование. Ни продуманной налоговой системы, ни вообще понимания, что государство — это еще и крупный потребитель.
Рассматривая СССР не просто как страну, а как реализацию глобального Красного Проекта, следует особо подчеркнуть, что прямая и неограниченная конвергенция в другими тоже глобальными проектами (Западный и Капиталистический, в частности) в принципе невозможна иначе как через капитуляцию своего проекта.
В то же время ошибки плановой экономики СССР не следует воспринимать как критику самой идеи централизации и директивных планов. Централизация как инструмент управления доказала свою эффективность в решении масштабных задач, таких как индустриализация 1930-х годов, послевоенное восстановление, достижение паритета с США в ядерном оружии. Однако её реализация зачастую страдала от отсутствия гибкости и практического отсутствия оперативных обратных связей. Чрезмерная регламентация, подавление инициативы на местах и игнорирование локальных особенностей приводили к негативным последствиям. Таким образом, проблема заключалась не в самой идее централизации, а в её гипертрофированной реализации, которая временами теряла связь с реальностью."
К концу же эпохи застоя случилось падение цен на нефть, вот тут то и проявилась вроде очевидная и до того тоже, ошибка предыдущих лет – доходы от экспорта надо было тратить не только на текущее потребление, но и на модернизацию экономики. А проблем то хватало. Отставание в микроэлектронике и ряде других отраслей, старение основных фондов.
1982 – 1985 гг. Безвременье. Гонка на лафетах. Ни новых ошибок, ни устранения старых.
1985 – 1991 гг. Эпоха «перестройки». Достижений мало. Разве что отнести к ним то, что процесс развала СССР и перехода к рыночной экономике прошел относительно бескровно. А вот все остальное... Кооперативы через шлюзы перекачки безналичных денег в наличные – окончательно добили денежную систему. Безудержная гласность – ну теперь то мы сами видим все издержки этого процесса. Вывод войск из Афганистана вроде бы положительный факт, но может быть надо было иначе? Не уходить полностью, не прекращать полностью помощь правительству Афганистана? Сокращение вооружений хорошо, как бы. А зачем войска из Европы вывели в чистое поле? А почему не добились нейтрального статуса объединенной Германии? Риторические вопросы, но они есть.
Поговорим и об элите СССР. Которая в основном была представлена так называемой номенклатурой. Если при Сталине она работала за страх, то в дальнейшем работать за совесть так и не стала. Это, разумеется, не означает все номенклатурные товарищи были плохи, хороших людей у нас во все времена было много. Но провал в идеологии, двойная мораль, ограничения систем мотивации неизбежно на первый план у многих руководителей выносило стремление «увековечить» тем или иным образом свое преимущественное положение в обществе.
Здесь под провалом в идеологии понимается не только догматизм в теории, это еще и принципиальная недоработка в осознании перехода общества из состояния периодических катастроф в состояние относительной сытости. С соответствующими изменениями в мировоззрении.
Закостенели к концу этого периода и механизмы власти. Что выражалась прежде всего в следующем:
- Недостаток информации вверху о реальном положении дел дополнялся неэффективной системой контроля. Какой никакой контроль за исполнением решений был, а внешнего контроля за деятельностью чиновников, по сути, не было.
- В вопросах централизации власти мы как правило бросались из крайности в крайность. То все централизовано, то наоборот чуть ли не все децентрализовано (совнархозы и первые годы после краха СССР). Был только неудачный даже по промежуточным итогам опыт реформы Косыгина-Либермана.
- Особую, далеко не всегда положительную, роль, особенно в годы перестройки, играл фетиш непогрешимости верховного жреца, виноват – Генерального секретаря ЦК КПСС.
Чем же была сама перестройка? Пожалуй, перестройка — это крайне популистская реализация увы доминировавших тогда и в обществе, и в элите давно сложившихся настроений и подспудных (а то и явных) желаний. Одним предательством и внешним воздействием ее не объяснить. Хотя внешнее воздействие и предательство тоже были, но страну подтачивало прежде всего изнутри.
Укажем также на ошибки, как бы находящиеся вне эпох. В том смысле, что несмотря на то, что они имеют точную временную привязку произойти они могли, пусть и в несколько в ином виде, практически в любое послевоенное время.
Чехословакия 1968, Хельсинки с его третьей корзиной 1975, Афганистан 1980, Чернобыль 1986. Эти события я отношу к любой прошедшей эпохе поскольку их общим фундаментом было:
- Непонимание элитой главного: народу нужен не абстрактный коммунизм, а общество справедливости, государство для народа, а не народ для государства.
- Непонимание тупиковости пути конвергенции разных Глобальных Проектов.
- Непонимание того, что «естественный» путь развития всегда заканчивается тем или иным крахом, а любые глобальные цели для народа и общества были успешно устранены еще Хрущевым.
Также общими, наработанными за все годы существования СССР, были следующие недостатки:
- Система мотивации. Помимо исчезновения глобальных суперцелей, она была пусть и внешне широкой, но недостаточно глубокой в каждой своей части. Материальные доходы всегда были принципиально ограничены, профессиональный рост часто, очень часто, упирался в потолок – или довольствуйся тем, что есть, или переходи на партийную работу. Самостоятельно повысить свой социальный статус после некоторого предела могли только деятели искусства и отчасти науки. Внешне недостатки в системе мотивации проявлялись также в чрезмерной регламентации всего и вся.
- Систем стратегического управления не было. А вылечили их отсутствие весьма радикально – просто устранением руководящей роли КПСС.
- Казалось все хорошо было (если забыть о дедовщине) с армией. Но увы. Украина уже сейчас продемонстрировала, что армия оказалась не готова ни к серьезной крупной войне обычным оружием, ни к спецоперациям.
Итог. К 1991 году СССР уже находился в состоянии системного кризиса: стагнация в экономике, скрытая инфляция, черный рынок и дефициты, нарастающий дисбаланс между массой наличных денег и товарной массой, доступной за эти деньги, замедление темпов научного и технологического роста с нарастанием отставания в этом от стран запада, политическая система потеряла легитимность, национальный сепаратизм во многих местах уже вышел из берегов, а общество разочаровалось в идеях социализма (смотри выше про элиту и переход общества в относительно «сытое» состояние). В таких условиях любые попытки "спасения" требовали бы радикальных мер, таких как жесткая диктатура, что само по себе противоречило бы идее сохранения СССР как советского народного государства.
Можно ли было спасти проект СССР раньше? Вероятно, да, но для этого потребовались бы глубокие реформы, направленные на устранение структурных проблем: допущение ограниченного частного предпринимательства, решение проблем централизованного планирования, а не его отмена, отказ от догматизации марксизма и создание эффективной системы обратной связи между властью и обществом. Однако такие реформы требовали и политической воли и готовности элиты к изменениям, ни того, ни другого в СССР не случилось.
Впрочем, о возможных реформах надо если и говорить, то подробнее, но это тема отдельного исследования.
Дополнительный материал:
Сергей Георгиевич Кара Мурза, книги «Крах СССР», "Манипуляция сознанием", "Советская цивилизация"
СССР – вершина русской цивилизации https://dzen.ru/a/Y2FwuWtICz5TYjZe?share_to=link
О книге Кристалл роста https://dzen.ru/a/YSdy3N7lcyPOuKIN?share_to=link