Привыкание — самая тихая форма деградации. Оно не случается резко, не бьёт по голове молотом. Оно подкрадывается медленно, как теплый плед в прохладный вечер. Сначала приятно, потом не хочется убирать, а потом вдруг понимаешь, что выбраться из-под него невозможно.
Лягушка в кастрюле тоже думала, что вода просто немного потеплела.
Цензура: шутки кончились
Помнишь начало 2000-х? Писать можно было обо всём, шутить — тем более. Интернет был живым, мемы летали без оглядки. Время, когда ещё можно было громко смеяться.
А потом пришли первые запреты. Мягкие, незаметные. «Ой, это же просто защита от экстремизма», — говорили люди, пожимая плечами. Потом начали давать штрафы за репосты, сроки за мемы. Потом запретили СМИ. Потом книги. Потом мысли.
А ты уже даже не злишься. Потому что давно привык фильтровать слова, а значит, и мысли. Ведь лучше не думать, чем однажды сказать лишнее.
Уровень жизни: терпите, и это пройдёт
Когда-то мы мечтали. О своей квартире, о хорошей машине, о путешествиях. Казалось, ещё чуть-чуть — и вот оно, светлое будущее.
Но потом случились 2010-е. Стало сложнее. Но не критично. Можно было потерпеть.
А потом пришли 2020-е, и «не хуже» стало синонимом выживания. Теперь радость — это когда цены не взлетели за неделю. Когда коммуналка не съела половину зарплаты. Когда удалось урвать хлеб по скидке.
Когда-то люди стремились к большему. Теперь просто пытаются не скатиться в пропасть.
Привыкли.
Почему возвращаются эмигранты?
Эмиграция казалась выходом. Но за границей другая жизнь, и она не ждёт с распростёртыми объятиями. Там всё иначе: менталитет, законы, язык. И со временем накатывает ностальгия.
По запаху дома. По старым дворам. По кухонным посиделкам, где обсуждают, как всё плохо.
Вот человек и возвращается. Назад, в поликлинику с очередями. Назад, в серые подъезды. Назад, к тому, от чего бежал.
Но ведь это дом. А дома уютно. Даже если стены вот-вот рухнут.
К чему это приведёт?
Привыкание медленно душит страну, как смог. Оно делает людей покорными, пассивными, уставшими. Жить стало хуже, но ведь можно жить?
Можно.
Можно терпеть.
Можно закрывать глаза.
Можно сидеть в кастрюле и говорить: «Ну, тепло же».
Пока однажды не станет слишком жарко.