- Она показывает себя маленькой совсем, с отцом росла, может быть лет с пяти, но ласки никакой не помнит. Умерла в лет 14, намучилась за свою жизнь, никто, говорит, не любил, не нужна никому была. Такая сильная боль от неё исходит, она прям фанит и сейчас. Редко так бывает, человека уже нет, а его боль словно бы не исчезла, она тут душу держит. Мачеху говорит извела и на тот свет отправила, отец один остался, доживает свой век.
Колдун стоял позади Агапи, продолжая говорить всё, что видит. Огонь сначала нерешительно ухватился за берестяной кусок, уложенный внутри кострища, затем перешёл на поленья рядом, цепляясь за их края, пламя уже вот-вот готовилось к тому, чтобы властвовать полностью, захватывая все уложенные дрова.
- Про кого вы говорите? Ничего не пойму, - Агапи силилась вспомнить девочку, о которой рассказывал Иван, но такой среди её знакомых не было, между тем колдун не обращал на неё внимание, ему важно было передать то, что он видит.
- Летом ушла, говорит, что жара была, а она вечером решилась. Вода тёплая, как парное молоко. Обида в её сердце была такая сильная, что она ничего не замечала вокруг. Когда убегала, слышала, как мачеха опять на неё ругалась, да жаловалась отцу, что мало дел его дочь переделала, не всё, что было велено.
Имя какое-то на «М», Маней её кличут, может быть Маша или Марина? Могила должна быть рядом с твоей матерью. Сейчас вижу, как ты сидишь там, плачешь, как тебе плохо. Ты там много времени проводила.
Лет может быть 16 тебе. Мама была единственным близким человеком, ушла, оставив тебя одну. Никого кроме неё не существовало для тебя. Эта смерть изменила тебя полностью, словно бы два разных человека. До смерти матери ты была другой, какой-то правильной, хорошей, а после всё изменилось.
- Так и есть, - Агапи заговорила, качая головой, - мама долго болела, боролась за свою жизнь, цеплялась, все возможности использовала. Я всё это время рядом была, очень хотела помочь, но не могла. У меня не получилось. Ничего ей не помогало. После смерти матери у меня словно крышу снесло. Сначала было очень плохо, я ходила на кладбище каждый день, плакала там, даже нет, не плакала, рыдала, мне никто не мешал.
Через год стала меняться, озлобилась на всех. Иду по улице, солнце светит, люди ходят, а я злюсь, что у всех всё хорошо, кроме меня. На отца злилась, думала, что его лучше забрала бы болезнь, вместо матери. Мы тогда с ним сильно ругаться начали. Я ему в лицо даже говорила, что желала бы, чтобы мать вернулась, а он ушёл бы, что его смерть мне легче пережить было бы. Тогда от этой сильной ярости я и начала всякой ерундой увлекаться.
Пошли пьянки, гулянки, мне себя было не жаль, я пыталась боль в душе алкоголью залить. Становилось временами легче, пока я не приходила в себя и снова не вспоминал, что случилось. Все вокруг так и говорили, что словно бы два человека разных во мне.
До 16 лет я училась хорошо, мы с мамой планировали, что я в институт поступлю, стану хорошим человеком, благополучным, так сказать, а после её ухода мне уже этого не нужно было делать. Ведь её же нет, она ушла. Так зачем мне становиться хорошим человеком, для кого?
Всё время, пока Агапи говорила, изливая свою душу в лесу, межу сосен, Иван продолжал смотреть вперёд, прислушиваясь к чему-то ещё. Позже он достал из рюкзака измельчённые травы, что принёс с собой в лес.
- Увидел я, пока ты говорила, она показала. Это ты из мира мёртвых её вызвала. Вижу, как ты сидела на могиле, рыдала и уговаривала мать вернуться в этот мир обратно. У тебя было такое отчаяние, такая сильная боль, что душа и откликнулась, но не твоей матери, а девочки, что рядом лежала. Ваша боль чем-то схожа, ей было ужасно плохо перед смертью. И совсем свежая могила, может даже 9 дней не прошло, душа не успела упокоиться, ещё находилась между небом и землёй, как говорится. Ты её позвала, вернее она так думает. Только вот мёртвые не могут жить в своём обличие, как при жизни, они очень сильно меняются, превращаясь уже в другую силу, которая будет уничтожать живых.
- Я позвала какую-то незнакомую девочку?
- Так получилось. Она сама не совсем понимает, что происходит и уже не человеческая эта душа, сильно видоизменилась со временем. В нечисть превратилась, с ней ты и стала меняться к худшему.
- И что делать?
- Её точно важно проводить, она хоть и наносит вред, но сама ужасно мучается. Душе нужно быть не на земле, тут ей плохо, не в своём мире она. Да и ты не своей жизнью живёшь, чужой, под влиянием этой силы, - колдун обошёл Агапи и встал впереди, - сейчас закрой глаза и что бы не происходило, ни за что не открывай пока не скажу.
Девушка послушалась. Уложив руки на зелёные ветви сосны, она закрыла глаза и спокойно стала ждать, пока Иван справится с этой нечистой силой, что привязалась к ней. Она всецело доверяла этому человеку, но через мгновение стали происходить странные вещи.
Сначала будто бы кто-то пронёсся мимо неё, обдавая ветром. Агапи испугалась, но глаза открывать не стала, дальше было хуже, рядом с собой девушка почувствовала присутствие другого существа. На своём плече она ощущала прикосновение. Дрожь пробежала по спине, стало страшно, но глаза Агапи не открыла.
Следующим моментом был голос: тихий, мягкий, слабый и просящий помощи. Она слышала своё имя. Агапи прислушалась, да, её звала мама. Сердце бешено колотилось, так хотелось открыть глаза и побежать туда, откуда исходил звук, но себя девушка остановила, решив всё же послушаться колдуна.
Ещё через мгновенье стало очень жарко, будто бы пламя от костра, который они разжигали с колдуном вместе, разрослось до невероятных размеров. У Агапи закружилась голова, она потерялась в пространстве, не понимая, продолжает ли сидеть ровно или же наклоняется, а если и наклоняется, то опоры девушка под собой не ощущала.
- Открывай глаза, - рядом послышался голос колдуна.
Иван сидел перед Агапи, держа бутылку с водой и предлагая сделать глоток. Она протянула руку, чувствуя сильную усталость. Сделав небольшой глоток, Агапи посмотрела вперёд, замечая, что костёр уже догорает. Поленья давно превратились в чёрные головёшки, а языки пламени плясали на них еле заметно, перестав праздновать свою победу.
- Всё хорошо, можешь приходить в себя и пойдём в обратный путь, - сообщил ей Иван.
- А я могу поговорить с матерью? – робко спросила Агапи.
- Ты с ней можешь всегда разговаривать, она тебя слышит. Сейчас, кстати, когда нет этой нечистой силы, вижу рядом светлое облако, оно любовью тебя окутывает. Мама твоя пришла.
Агапи вдруг заплакала, она и правда ощущала некое тепло, будто бы кто-то положил ей на плечо свою руку. Какое-то время она молчала, собираясь с силами, стараясь справиться со своими эмоциями.
- Говорит, игрушка мягкая, мишка, вроде бы, ещё лежит на полке, пылится. Не выкинула, хотя порывалась. Брала в руки, хотела со злостью швырнуть в мусорный пакет, а не стала. Отца просит простить, не виноват он, сам сильно страдал, справиться так и не смог, пить начал. Он её сильно любил.
- Да, мишку хотела выбросить, прости, мама, - голова у Агапи была опущена, она внимательно слушала каждое слово, что ей передавала мать через колдуна.
- Нет, говорит, рядом с тобой человека ни одного нормального, не друзья это. Вспоминает мальчика рыжего, портфель он тебе носил, конфетами угощал. Говорит, что зря ты с ним так обошлась, не хотел он тебя обидеть, спасти хотел, а ты на него накричала.
- Было, - Агапи улыбнулась и закивала головой, - как она там? Ей не плохо?
- У неё там ничего не болит, нет, не плохо. За тебя сильно переживает, если ты свою жизнь наладишь, ей радостно будет.
Иван не торопил девушку, понимая, что ей нужен этот самый момент, когда она может осознать, что матери больше нет. Он мог помочь переосмыслить происходящее и понять, что виноватых тут нет.
- Иван, скажите, почему именно она?
- У каждого человека своя судьба, есть отведённое время на земле, которое мы тут проводим, чтобы позже уйти. У всех оно разное, у твоей матери именно такое, другого не дано. Иначе не могло быть.
- А почему меня не забрали наверх, я же так просила?
- Не время, у тебя свой путь. Вижу, что чем-то ты таким займёшь, будешь спасать людей. Ты нужна ещё на земле, поэтому никуда не торопись, живи спокойно.
- А как вы разговариваете с душами мёртвых? Интересно, они вам прям говорят? – Агапи стало интересно.
- Все по-разному. Кто-то говорит, с другим картинки идут. Вот эта Маня картинки показывала, но такие сущности обычно легко идут на контакт, легко делятся проблемами своих подопечных, они гордятся тем, что у них получилось. Голоса у них своего нет, обычно разговаривают чужими голосами.
- А моя мать? Как она говорила?
- Я её слышал, - колдун уже затягивал свой рюкзак, собираясь отправляться к деревне, - ну всё, пора.
Он подал руку, помогая Агапи подняться, затем закидал остатки от костра снегом и, убедившись, что больше нет ни намёка на огонь, пошёл вперёд, показывая дорогу и самой девушке.
Вернувшись в город, Агапи стала выполнять указания колдуна, которые он дал ей на прощанье. Во-первых, он просил разобрать завалы разного рода барахла в квартире. По замыслу Ивана важно было освободить пространство, впуская новую жизнь в дом.
Второе, что предрекал колдун, случилось с Агапи буквально через месяц. Она встретила в городе того самого рыжего парня, который в детстве ухаживал за ней.
Артём торопился, он спешил на спасательную операцию. Пропала девочка в парке города, мать и полиция разыскивали ребёнка сутки, к чему подключились волонтёры. Парень руководил отрядом, собирал людей, распределял, кто и куда идёт, поэтому опаздывать ему было нельзя.
- А можно я с тобой? – попросилась Агапи.
- Поехали, но это может показаться муторным занятием, в настоящих поисках нет никакой романтики.
Занятие было правда не из лёгких. Несколько часов подряд она и ещё человек двадцать, прочёсывали район парка и всё, что к нему прилегало. Девочку они так и не нашли в тот день. Вечером по рации сообщили, что объявился её отец и сообщил, что это он увёз малышку, чтобы насолить матери.
Но эти поиски увлекли Агапи так, что на долгое время стали её занятием. На её пути будут и спасённые люди, которыми она станет гордиться. Да и личная жизнь устроится именно тут.
Про девочку Маню стало всё понятно, когда однажды Агапи вновь пошла с цветами, чтобы проведать мать. Неподалёку была могила Марии, девочке и правда на момент смерти было 14 лет. Теперь Агапи стала и ей приносить цветы, когда появлялась тут.