На улице шел дождь. Не верилось, что это зима. Стекло автобусной остановки покрылось мутными разводами, как будто кто-то небрежно пытался стереть следы этого дня. Женщина, лет пятидесяти, забежала под навес, свернула зонтик, тщательно потрясла его. Её руки действовали машинально: отряхивала, закрывала, открывала, отряхивала. Чувствовалось, что её это успокаивает. Загудел телефон, и она нервно нажала экран:
- Да, Мария Львовна, скоро уже подъеду…Конечно помянем маму…Да. Да. Да.
Внезапно из дождливой серости проявились еще двое — мать и дочка. Мама одета по погоде, а вот долговязая девочка -подросток - в тонкой куртке и таким же тоненьким, насквозь промокшим шарфиком. Она, как грелку, прижимала к себе вязаную сумку.
Женщина продолжала слушать Марию Львовну, но отметила про себя, что модель сумочки ей знакома. "Пряжа букле. Тоже хотела связать что-то подобное," — мелькнуло у неё в голове. «Для подростка как-то неуместно» - продолжила она разглядывать, оценив нелепый желтый брелок на молнии и хмурый взгляд девочки. Завершила разговор и «подключилась» к диалогу случайных соседей.
— Ты не видишь, что на улице дождь? — приглушенно говорила мать – посмотри на себя!
Голос её, напряжённый и глухой, отзывался для женщины эхом грустных воспоминаний. Что-то в нём звучало до боли знакомое. Как будто она услышала её собственную мать.
— Да я не хочу домой! — звонко отозвалась девочка. Тон её был резким, но взгляд — откуда-то из другой плоскости — выдавал не злость, а что-то совсем другое: защиту, усталость, возможно, даже боль.
— Какая прогулка под дождем, — продолжила мама, вытирая капли дождя с лица. — А уроки, уборка. Разве так можно?
Женщина посмотрела на мать сначала глазами подростка, а потом своими: слова звучали жестко, но взгляд... В нём было желание обнять, защитить.
Девочка отвечала, мама продолжала говорить про дождь.
Женщина сжала зонтик сильнее, как будто это могло остановить детские воспоминания, накатывающие на неё сильной волной.
Разговор прервал звук подъезжающей машины. Рядом остановился старенький серебристый автомобиль. За рулём сидел мужчина, а рядом — мальчишка, одноклассник девочки. Он махнул рукой:
— Привет! Мы вас подвезём.
Мать замешкалась.
— Нет-нет, спасибо. Мы сами...
Но дочь остановила её, неожиданно мягко:
— Мам, ну давай. Ты же промокла. Тебе нельзя сейчас мерзнуть.
Её голос вдруг стал другим. Женщина уловила в нём тепло, которого так не хватало в предыдущем споре. Мать посмотрела на дочь и, нервно согласилась.
Женщина на остановке неожиданно решилась крикнуть им вслед:
— Увидеть надо! Увидеть … - она пыталась подобрать ускользающие слова - доброе у другого и себя!
Удивленная мать обернулась и переспросила:
— Что?.. Видеть себя?
Загудел подъехавший автобус. Хлопнула дверца, автобус заурчал, и машина тронулась вперёд, поднимая брызги из-под колёс. Девочка повернулась к заднему стеклу и кивнула, как будто показывая: я поняла.
Женщина поднялась в салон, присела у окна. Протерла запотевшее стекло и улыбнулась, заметив, как за окном мелькали размытые серостью, но веселые огоньки проезжающих машин, витрин и ярких зонтиков. "Как же мы не видим, не слышим наших близких... — думала она. — И всё можно изменить. Надо только заметить. За холодом -тепло, за серостью – свет, за привычными словами – подсказки Души».
Поделитесь рассказом с друзьями в соцсетях, пожалуйста, со ссылкой на канал "Дзен. Дорогою цветов" или на автора: Наталья Ван
Немного о личном. С моей мамой все хорошо. Я чувствую тепло. В наше общение пришел новый этап, когда мне получается отметить то, что надо услышать моей Душе, а мама чаще говорит о любви.
Рассказ родился откликом благодарности на видео "Что Души закладывают для своего воплощения" на канале ТГ "Поколение проснувшихся".