Найти в Дзене
ГЛУБИНА ДУШИ

Корысть родственников (54)

- Ну, чтобы понять, кто чего стоит, надо получить наследство. У нас с Верой вон не так давно был подобный опыт, я же рассказывал тебе. Так чему ты удивляешься? - Тому, Андрей, что в случае с Вериным наследством еще можно понять весь этот бардак. Как и то, что к нему пыталась и бывшая твоя примазаться через якобы твоего сына. Глава 54. Когда родители подстраховались - Молодежь, а вы там не расписаться в тихушку собрались? – подмигнул шеф, когда Андрей и Надя принесли заявления с просьбой предоставить им по полдня за своей счет каждому. Андрей в ответ на этот вопрос лишь выразительно посмотрел на Надю, мол, предупреждал я тебя. Надя вздохнула и ничего не сказала. - Да ладно вам дуться. Хотя могли бы и расписаться, сколько можно уже тянуть. Андрей едва воздухом не подавился. Надя тоже. Потому что в их понимании то, что они делали, совсем не подходило к эпитету «тянуть». Пере..спали через месяц после того, как познакомились, потом месяц встречались у Андрея дома, когда Вера уходила гул
- Ну, чтобы понять, кто чего стоит, надо получить наследство. У нас с Верой вон не так давно был подобный опыт, я же рассказывал тебе. Так чему ты удивляешься?
- Тому, Андрей, что в случае с Вериным наследством еще можно понять весь этот бардак. Как и то, что к нему пыталась и бывшая твоя примазаться через якобы твоего сына.

Глава 54. Когда родители подстраховались

- Молодежь, а вы там не расписаться в тихушку собрались? – подмигнул шеф, когда Андрей и Надя принесли заявления с просьбой предоставить им по полдня за своей счет каждому.

Андрей в ответ на этот вопрос лишь выразительно посмотрел на Надю, мол, предупреждал я тебя.

Надя вздохнула и ничего не сказала.

- Да ладно вам дуться. Хотя могли бы и расписаться, сколько можно уже тянуть.

Андрей едва воздухом не подавился. Надя тоже. Потому что в их понимании то, что они делали, совсем не подходило к эпитету «тянуть».

Пере..спали через месяц после того, как познакомились, потом месяц встречались у Андрея дома, когда Вера уходила гулять, ну а там уже пожили вместе и то не потому, что сами так решили, а обстоятельства так сложились из-за см..ерти Надиной мамы.

Может быть, у них бы отношения на стадии «встречалок» так и остались бы еще лет на пять.

Сейчас вот ситуация изменилась и Андрей даже подумывал о том, чтобы заговорить с Надей о совместной жизни.

Потому что с братом теперь она не помогает маме, будучи привязанной к маминому дому, привычкам и порядкам, а воспитывает его сама.

И, соответственно, сама может решать, как будет строиться жизнь и ее самой, и мальчика.

Главной в семье больше была не мать, а сама Надя. Правда, разговор об этом, конечно, лучше не заводить сейчас.

Может, через полгодика, когда все уляжется.

Сейчас они ехали решать первоочередную проблему – как отбиться от наглецов, которые хотят откусить от наследства Надиной матери хоть какой-нибудь кусок.

Крутя баранку, Андрей размышлял о мелочности рода человеческого.

Потому что когда в их семье всплыла квартира в Москве на шестьдесят миллионов – было еще понятно, почему начался парад идиотов, желающих откусить себе кусок.

Если брать схему с опекой над Верой и пусть даже относительной порядочностью родни, при которой у девочки не выманивали дарственную на эту квартиру по достижении восемнадцати лет – все равно получается ежемесячно несколько десятков тысяч за аренду.

А уж схем по отмыванию таких денег долго искать не надо: чеков опеке можно и по знакомым набрать, и многие покупки записать на «нужно ребенку», хотя на самом деле приобретать их, допустим, своему отпрыску…

Но там-то понятно, деньги большие, так или иначе. А дом-то в Хурделево – это что, великие инвестиции?

Да, у Нади он тоже газифицированный и со всеми удобствами, но не стоит даже такой дом больше миллиона вот никак просто из-за его расположения.

Хурделево хоть и большая, но все же деревня, инфраструктуры здесь толком нет, кроме самой необходимой, работа все либо в городе, либо низкоквалифицированная и оплачиваемая соответствующим образом.

Поэтому и жилье дешевое. И ценность его такая, что тот же дом Андрея и Веры после см..ерти предыдущей владелицы не на торги выставили, а заселили в него приезжего участкового с дочерью.

Вот можно представить, чтобы в Москве выморочное имущество не продали на аукционе и не передали каким-нибудь блатным, а простому участковому выделили?

А в Хурделево такое – запросто. Потому что люди думают здраво и знают, что никаких особых денег за этот дом не получишь. И даже желающих его купить, скорей всего, не особо-то и найдешь.

Вот а «сестры» Надины чем думают? Живут где-то на Севере, каждая при муже и детях. Да и при достатке, как понял Андрей.

У них же на билеты для всей семьи туда и обратно у каждой уже наверняка ушло тысяч по шестьдесят-семьдесят, и это если на поезд.

Самолетом и того дороже, там сумма как раз к стоимости доли в доме подберется.

И нужно вот из-за этих копеек отношения с родственниками портить? То ли мозгов нет, то ли совести, то ли ни того, ни другого…

- Сейчас налево надо будет…

- Надь, у меня навигатор есть, - тот показывал, что никакого «налево» не надо будет, так что, скорей всего, проезда там нет.

И точно – проезжая поперек дорогу, по которой можно было бы ехать только в противоположном нужному направлении, Андрей лишь едва заметно хмыкнул.

– Налево, говоришь?

- Извини. Ошибка пешехода, - развела руками Надя.

И больше с подсказками не лезла.

- Вот и почему в Хурделево нет своего нотариуса? Вроде же населения почти три тысячи, с окрестными деревнями – так, наверное, и все пять будут.

- Вроде как собирался кто-то работать, но в итоге все заглохло, даже не начавшись.

Оно и понятно: в городе всегда найдутся желающие что-то оформить, продать, подарить и так далее, а здесь-то все более-менее спокойно и размеренно.

Да и автобус рейсовый в город катается постоянно. Знаешь, у нас когда первая «Пятерочка» открылась, большая часть бабушек все равно в город ездила затариваться.

Мол, там выгодней, или свежей, или ассортимент больше. Так «Пятерочка» в накладе никогда не останется, а вот если у нотариуса все потенциальные клиенты будут в город кататься – это только напрасное просиживание штанов и аренда офиса будет.

- Кстати, я до сих пор не могу понять вот этого «в городе лучше». Ладно еще во времена нашего детства.

Ну, знаешь, когда в родном городе пустые полки, а народ из Москвы едет с заработков – и колбасу везет, и вещи какие и вообще все, что хочешь, лишь бы деньги были.

Ну а сейчас-то везде все одинаковое.

- Не везде. В интернет-магазинах дешевле, чем в торговых центрах или на рынке, - возразила Надя.

- Ну, я в основном сейчас про продукты. Про интернет-магазины я и сам так-то в курсе.

Хотя вот то же постельное мы на распродаже взяли дешевле, чем похожее у «ягодок». Тоже смотреть периодически надо.

Вот и нужный адрес.

Вывеска намекает, что попали они, куда надо. Припарковав машину на свободном месте, Андрей следом за Надей вышел наружу и направился ко входу.

Зазвенел дверной колокольчик.

Он же сопровождал трелью их обратный выход на улицу полтора часа спустя. Взмыленные, но довольные Андрей и Надя забрались в машину и почти одновременно выдохнули.

Потому что родители Надежды и Матвея все-таки подстраховались. Яна и Аня, конечно, оказались удочеренными, а значит – на наследство могли предъявить права.

Вот только Надина мать оставила все-таки завещание, которое находилось у другого нотариуса. К нему и надо было сейчас подъехать, чтобы открыть наследственное дело.

Андрей уже догадывался, что все оставлено Матвею с Надей пополам. И в подозрениях своих не ошибся, как сообщила ему Надежда еще полтора часа спустя.

На время изучения женщиной завещания ее матери Андрей из кабинета ушел и ждал ее на улице. Все-таки, тут уже все понятно, а ему в такие моменты лучше не стоять над душой. Это он понимал даже со своей околонулевой эмпатии.

Они уже въезжали в Хурделево, когда Надин телефон зазвонил. Судя по эмоциональному разговору, к которому Андрей не прислушивался – это была одна из сестер.

Как сказала потом Надя, своим внимание ее решила не обделять Яна. Если одна из близняшек отступилась от своих планов (а может быть, решила затаиться на время), то Яна решила разыграть другой козырь, заявив, что она такая же сестра Матвею, как и Надежда, а значит – имеет право заявить о своем желании взять опеку над мальчиком.

- Андрей, вот что мне с ними делать? – вздохнула Надя.

- Ну, во-первых, сказать, что ты записала этот весь разговор. Пригодится, чтобы доказать наличие корыстных мотивов у родственницы для опеки над ребенком.

Во-вторых, давить на то, что ты этого ребенка, по факту, и так воспитываешь с младенчества, а Яну эту он видел один раз в жизни и в несознательном возрасте.

Ну и заодно – намекнуть, что быть четвертым ребенком в семье одной сестры намного хуже, чем единственным у другой.

Да я думаю, что в опеке ее быстро завернут. А на суды и билеты туда-сюда придется потратить столько денег, что даже половина вашего дома ни о чем покажется.

Или вы там на заднем дворе нефть нашли, что такой ажиотаж вокруг деревенского пятистенка?

- Скорей, сестренкам мозги затуманило сладкое слово «халява». Знаешь, есть такие люди, которым бы хоть что-то, да урвать.

Я только никогда не подозревала, что у меня в семье есть подобные кадры. Да еще и из-за таких смешных, по сути, сумм.

У них что у одной, что у другой мужья под две сотни тысяч в месяц получают. То есть, по сути, за год могут такой же точно дом купить без всяких там напрягов.

А они в мамино наследство вцепились, как коршуны. Еще и Матвейку в это впутывать пытаются, такие-то… - Надя вздохнула.

- Ну, чтобы понять, кто чего стоит, надо получить наследство. У нас с Верой вон не так давно был подобный опыт, я же рассказывал тебе. Так чему ты удивляешься?

- Тому, Андрей, что в случае с Вериным наследством еще можно понять весь этот бардак. Как и то, что к нему пыталась и бывшая твоя примазаться через якобы твоего сына.

Там хотя бы можно натянуть сову на глобус и предположить, что девочка вырастет и папу отблагодарит, а уж кусок этой благодарности может и его сожительница либо жена урвать не для себя, так хоть для якобы общего ребенка.

- Так ты тоже не веришь, что Сашин сын от меня? – хмыкнул Андрей.

- Ну, она ведь не пошла в суд заявлением о проведении ДНК экспертизы, так? А нет результатов теста – нет и родственной связи, я на это так смотрю.

- Слышала бы тебя сейчас секретарша директора одного из распределительных центров, где Веру держали перед тем, как мне отдать – в обморок бы упала.

- Это почему же?

- Да потому что я ей когда сказал, что не буду с девочкой знакомиться и что-то предпринимать до тех пор, пока результатов не получу – высказалась о моей бесчувственности и жестокости.

И о том, что я так рассуждаю, потому что мужчина, а уже женщина бы поняла.

- Это с какой радости женщина бы поняла стремление повесить на чужую шею ребенка, который к мужчине отношения не имеет?

- А вот не знаю. По логике этой дамочки, я должен был забрать Веру даже при отрицательном тесте. В память о ее матери, о которой я до этого тринадцать лет ни слухом, ни духом.

- Дамочке бы к психиатру, наверное, перепройти медкомиссию. И заодно пару тестов на профпригодность. Или мне пару тестов, а то, может, со своей работой уже женщиной быть перестала.

- Нет, вот это я бы заметил прошлой ночью. Это вот как факт говорю, женщину от всех прочих объектов отличить способен, - тут же принялся хохмить Андрей.

- А ты в своем репертуаре, - улыбнулась Надя.

Остаток пути они проговорили совершенно на другую тему не подозревая о том, какой сюрприз ждет их дома.

Продолжение

Все главы будут здесь:

СЛУЧАЙНАЯ ДОЧЬ | ГЛУБИНА ДУШИ | Дзен

Автор: Екатерина Погорелова