18 января 1925 года родился Борис Викторович Раушенбах – ученый в области космической механики, автор трудов по управлению ориентацией космических аппаратов, действительный член РАН, Лауреат Ленинской и Государственной премий.
Если нет ничего высокого, идеального
в нашем существовании, то это не для меня.
Б. Раушенбах. «Постскриптум»
18 января мы отмечаем 110-летие со дня рождения нашего выдающегося соотечественника, человека эпохи Восхождения к звездам, одного из плеяды гениальных советских ученых, входившего в ХХ веке в авангард мировой научной мысли – Бориса Викторовича Раушенбаха (1915–2001). Академик, доктор технических наук, Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской премии, Раушенбах был пионером космической эры, не раз совершал смелые интеллектуальные прорывы и открытия.
С 1936 г. по 1938 г. он работал в команде Сергея Королева. После начала Великой Отечественной войны Раушенбах как этнический немец был отправлен в трудовой лагерь. С конца 1940-х, после настойчивого заступничества со стороны академика Келдыша, Борис Викторович вернулся к активной работе. В легендарном королёвском ОКБ-1 Раушенбах работал с 1960 г. и разработал систему управления и ориентации космических аппаратов, без которой не было бы последующего этапа пилотируемой космонавтики.
К своей гениальной разносторонности в научных открытиях Борис Викторович относился очень иронично и без пафоса, не раз подшучивал над самим собой, утверждая, что толчок к его открытиям – «в лени», в муках при попытках чтения многотомных залежей научного наследия и аллергии на работы других ученых; он всегда предпочитал уходить в незанятое пространство и там, на просторе, думать «с нуля». Раушенбаховская мысль была с ранних лет по-взрослому упорна и, одновременно, до самой старости по-детски любопытна и азартна. Список ряда его опубликованных работ дает впечатляющий спектр интересов: «О выборе рациональной меры продольной динамической устойчивости самолёта», «Вибрационное горение», «Физические основы рабочего процесса в камерах сгорания воздушно-реактивных двигателей», «Управление ориентацией космических аппаратов», «Лекции по механике космического полёта», «Пространственные построения в древнерусской живописи», «Системы перспективы в изобразительном искусстве: общая теория перспективы»... Если гений С.П. Королева был монолитен, по словам космонавта Волынова, хорошо знавшего генерального конструктора, его «вообще ничего не интересовало кроме космонавтики», то гениальность Раушенбаха была «экстравертна», начиналась с удивления и восхищения мирозданием, в котором интересно абсолютно все, просто работа требовала сосредоточения на конкретной проблематике. И он сосредоточился: математические расчеты Раушенбаха позволили нацелить спутник на обратную сторону Луны, позже под его руководством были воплощены системы ориентации и коррекции полета межпланетных автоматических станций "Марс", "Венера", "Зонд", спутников связи "Молния", автоматического и ручного управления космическими кораблями, пилотируемыми человеком.
В РГАНТД хранятся документальные аудио-свидетельства активной научной и общественной жизни Бориса Викторовича. Большой интерес для исследователей могут представлять записи докладов по космической тематике ведущих ученых и конструкторов. Так, например, интересна запись выступлений, прозвучавших на Международной конференции по истории авиации и космонавтики, посвященной 30-летию запуска первого искусственного спутника Земли (28 сентября 1987 г.; архивный № 481-1). Академик Раушенбах здесь выполнял роль ведущего и выступил с кратким, но очень емким обзором, предваряющим последующие доклады. По этому фрагменту мы имеем реальную возможность услышать раушенбаховскую интонацию не только голоса, но и мысли, лаконичной и абсолютно чуждой какого-либо пафоса. Это взгляд практика, для которого слово вторично по отношению к исследованию, и служит средством коммуникации, но отнюдь не самовыражения или самоутверждения.
Лаконичность и простота раушенбаховских реплик контрастирует со сложностью раушенбаховской сферы научной деятельности. Личная скромность и научная честность явны даже в небольшом аудио-фрагменте.
Именно на научную беспристрастность стоит обратить внимание для объективного понимания, так как Раушенбаху можно верить. В контексте юбилея первого запуска ИСЗ, имеющего ранг исторического события, сам ИСЗ назван академиком очень простым устройством; реальное развитие и совершенствование космической техники началось позднее, но очень стремительно. Первые ракеты, разработка и запуски которых активно производились ведущими военными державами, в т.ч. в СССР в 30-е и 40-е годы, также названы простейшими и не имевшими отношения к собственно космонавтике. В статусе основоположников теоретической космонавтики, наряду с Константином Циолковским, Борис Викторович называет имена Роберта Годдарда, Германа Оберта (о котором написал биографический очерк) и Робера Эсно-Пельтри. Интересно проследить именно раушенбаховскую хронологию и точку отсчета практической космонавтики, его Эпоху Восхождения. Раушенбах называет конкретный период времени: конец 50-х – начало 60-х. Это время прорыва и расцвета космонавтики в целом. Торжественность повода конференции не повлияла на беспристрастность оценки. Столь же честно Раушенбах – из всех направлений использования ИСЗ – выделил наиболее существенное практическое назначение данного вида космической техники: ИСЗ сегодня являются гарантом мира на планете.
Другая аудиозапись, сделанная на Симпозиуме по истории авиации и космонавтики, посвященном философским и историческим вопросам освоения воздушного и космического пространства (12 декабря 1988 г.; архивный № 482-1), содержит выступление Бориса Викторовича, в котором он высказывает свой взгляд на этапы развития космонавтики.
Аудиозаписи можно прослушать в публикации на сайте нашего архива по ссылке
Так, ученый выделяет всего пять этапов. Первое десятилетие он образно и метко охарактеризовал как «спортивно-романтическое». В этот период всем конкурирующим за лидерство в космосе странам важно было быть первыми: первыми запустить спутник, первыми осуществить полет человека, первыми ступить на поверхность Луны. При этом ни СССР, ни США не ставили практических или серьезных научных целей. Однако уже первые достижения и сведения имели впечатляющий эффект, так как человечество увидело, что ранее воспринимаемая огромной Земля, оказалась маленькой и хрупкой планетой, единой для всех и зависящей от единой доброй воли.
Вторую и третью стадии Раушенбах назвал техническими, подразумевая прогрессирующую интенсивность использования как самой космической техники, так и плодов ее активности (примером приводились метеорология, телевидение и новейшие средства связи), а также вновь повторил мысль, что на спутниках держится мир. Этот этап характеризуется сознанием единства Земли и участием космической техники в повседневной жизни людей, при чем уже в той степени, когда ее работа «не замечается», полностью растворена в алгоритмах повседневности. Конец технической стадии будет по мнению ученого связан с размещением и использованием в космическом пространстве огромных и протяженных конструкций, используемых для разнообразных целей, в т.ч. для получения редких материалов для земных нужд.
Следующую стадию Раушенбах называет экологической и ожидает ее примерно через сто лет. На этом этапе человечество сможет решить экологическую проблему с энергетическими отходами и захоронением мусора за счет «экспорта» отходов, например, на Луну. Пятый этап Борис Викторович связал с реализацией защиты Земли от угроз из Космоса. Планетарная катастрофа, по последствиям сравнимая с ядерной войной, может быть спровоцирована падением метеорита, столкновением с кометой, последствиями взрывов оболочек спутников Юпитера и т.п. Для противодействия угрозам, исходящим от космических тел, можно будет использовать большие ядерные заряды (взрывать угрозы) или сталкивать такие объекты с орбиты.
Таким образом в выступлении академика космонавтика все более приобретала практические и даже прикладные черты и свойства, одновременно повышая как свою значимость, так и меру ответственности человечества за свою активность на своей планете и во внеземном пространстве.
В память о выдающемся физике, математике, инженере, искусствоведе, теологе и философе, в Москве на доме, где жил академик (ул. Королёва, д. 9), в 2016 г. была установлена мемориальная доска, его именем назван астероид 4237, открытый в 1979 г. астрономом Н.С. Черных. В 2024 году состоялось новое знаковое событие: 4 октября, в день запуска на космическую орбиту первого в мире искусственного спутника Земли, в Санкт-Петербурге на территории Петропавловской крепости был открыт первый и пока единственный памятник Б.В. Раушенбаху. Он создан из гранита и бронзы архитекторами-художниками В. Бухаевым и А. Балашовым по заказу космонавта А. Елисеева и имеет, на первый взгляд, личную благодарственную надпись: «Памяти наставника». Но если вдуматься, то Борис Викторович навсегда останется наставником для всех, кто посвятит свою жизнь науке и служению высоким нравственным идеалам.
Человечество еще лишь на пути к тому, что было для него уже очевидно: «Все чаще людям в голову приходит мысль: не назрел ли синтез двух систем познания, религиозной и научной? Хотя я не стал бы разделять религиозное и научное мировоззрение. Я бы взял шире — логическое, в том числе и научное, и внелогическое, куда входит не только религия, но и искусство — разные грани мировоззрения...».
С.С. Иванова
