Вот есть у меня талант порождать какие-то странные сущности. Что-то непроизвольно менять, не понимая как и зачем.
Сам удивляюсь и побаиваюсь. Стоит мне над чем-то задуматься... как что-то эдакое в предмете моей задумчивости и происходит.
Задумался я раз над погодой – бац, и наводнение случилось.
Поразмышлял я как-то над какой-то правовой глупостью или несправедливостью в стране... ну примерно зачем инвалиды, те, которые необратимо инвалиды, без конечностей или зрения, ежегодно на ВТЭК мотаются чего-то там «подтверждать», «продлевать», предъявлять – бац! То ли Госдума очнулась от многодесятилетней спячки, то ли Путин Указом своих незадумчивых пришпорил.
Обозлился однажды на одну компашку федерального значения, уж больно дерзко себя вели, минуты-гигабайты экономили, ручную кладь всё меньше и меньше позволяли провезти, ну или чего-то наподобие – хлоп! И обанкротилась компашка, несмотря на свою демонстративную федеральность.
Да чего там! В период позднего Горбачёва затеял я как-то оценить справедливость союзного общества и целесообразность существующего строя... Ну вот чисто для себя. А Союз возьми, да и рухни...
Хотя я тут ни при чём!
Наверное...
Прям как в анекдоте: «В туалет идти боюсь!»
Только написал про погодные аномалии – а они косяком. «У них тут гнездо!», как в другом анекдоте. Не буду сегодня анекдоты травить на канале, не люблю я это.
Нет, сами анекдоты люблю, и травить их люблю, и присутствовать когда анекдоты травят люблю, но не на канале. Для этого полно анекдотских каналов на Дзене. Это когда человеку написать нечего, он анекдоты переписывает и публикует. Ну тоже себе вариант.
В моём варианте должен быть рассказчик, повод, общество-коллектив, стол, стакан, к стакАну бутылка, ну и закуска не помешала бы, хоть и необязательное условие. Вот тогда: Огонь! Анекдоты к бою!
А так... Смотри по ссылке.
Хотя как по мне – они и записать их по уму не могут. Ну и пусть их.
А! Да! Я же про аномалии. И про то, как нужно вовремя глаза открывать и по сторонам поглядывать. Есть у меня история (моя, как обычно) как я попал на невероятную природную красотищу, которая стояла всего лишь полчаса. А я попал ИМЕННО в эти полчаса. Хотя и пришлось мне проехать под триста вёрст для за-ради такого. О чём я и не знал, и предположить не мог.
Хотя вышло абсолютно случайно... Хотя как там в философии? «Случайность есть частный случай закономерности». В ту поездку я по необъяснимой совершенно (ни для себя, ни для попутчиков) выехал нелогично рано, неразумно заранее, объяснить почему нужно попасть в Константиново, в есенинские места, именно к семи утра я так и не сумел. Музей открывается в девять, не раньше. Времени – вагон. Можно было и к двенадцати приехать вполне себе, и спокойно окультуриться, но не спозаранку...
А когда в семь утра в волшебном тумане, плотном, как одеяло, когда мир весь стал серо-белым, и в мареве из ниоткуда появился чёрно-белый Есенин, парящий над Окой... Вот тогда стало понятно, какого лешего меня понесло в такую рань в такую даль.
Чуйка!
Когда через полчаса туман стал рассеиваться, то, конечно, стало понятно, что никакой это не Есенин. А всего лишь его портрет. Висящий на растяжках. Но в тумане этого было не видно. А когда туман клочьями пополз назад в реку, стали проявляться сказочно золотые деревья. В золоте было всё: кусты, деревья, трава.
Окружающая действительность отличалась только золотыми оттенками: червонное золото, матовое золото, золотистый, златой, позлащённый – вот такой мир предстал предо мной и Есениным. Его портретом, хотя... может и не только перед портретом.
И тут я подумал. Да, такое случается. Вот если есть такая местность, есть такая деревенька, и пускай там хотя бы раз в десять лет такая красота складАется...
То...
То появление Есенина было неизбежно!
Создав такую красоту должен был Создатель создать и певца под неё.
А иначе – зачем?
Красота – скоромимоходяща. Особенно чётко это знают женщины. Радуга быстротечна, закат мимолётен.
Сегодня вышел я из дома в начале шестого. Хотя на работу мне вполне можно было и к одиннадцати. И чего меня понесло ни свет, ни заря?
А там пошёл снегопад. С крыши капало, а снег падал. Вылетая в яркий конус света от уличного фонаря, ниоткуда, точнее: откуда-то с неба, кружились, кувыркались, танцевали и мягенько укладывались ровным белым слоем на мокрую и противную землю, делая её новенькой, ровненькой и девственно чистой.
Потом на небесной кухне что-то щёлкнуло, и снежинки стали увеличиваться в размерах и пушистости. Прямо на моих удивлённых глазах и на равнодушной рязанской местности. Сначала показалось, что с неба полетел попкорн, хоть я и не люблю эту кукурузную раздутость. Семечки – вот наше фсё! Но семечки пусть и вкусные, но маленькие и чёрные, а попкорн белый, крупный и невкусный. С попкорном снег ещё как-то можно сравнивать, а вот с родными семечками – совсем никак. Слишком затейливые ассоциации получаются.
Потом с неба полетели мячики для гольфа, хоть я и не люблю эту пафосную игру, требующую таких земельных просторов, как будто её придумали русские. Мячики для гольфа были мохнатые, неправильной формы и по размеру стали постепенно приближаться к мячикам для большого тенниса.
А потом с неба вообще полетели снежинки размером с кулак. С мой, смею заметить, кулак. А я с подростковости был кабанячьей наружности, и в целом крупногабаритный. До двух метров я не дотягиваю, но не дотягиваю сущие мелочи. Соответственно, и конечности у меня пропорционально росту – крупногабаритные. Не буду в пушистую заснеженность рассказывать свои страдания по поиску обувки размеров 46+.
А про мой кулак «с пивную кружку» папины друзья удивлённо выстраивали свои пивные ассоциации ещё когда я сильно не доучился в школе. С тех далёких пор я только подрос и заматерел.
А когда с ночного неба летят пивные кружки из мохнатого снега, то это впечатляет. Все в детстве ловили ртом снежинки?
Всееее, я уверен! Иначе что это за детство?
Так вот сегодня я бегал по улице и ловил снежинки ртом. Крайний раз я так баловался в детском садике, но ТАКИЕ снежинки было грех не попробовать на вкус.
И я поймал! Ртом! Снежинку! Одну!
Она залепила мне рот, щёки, нос и потекла по подбородку. Я фыркнул залепленным носом и засмеялся заснеженным ротом. А щёки вытер рукавом.
Пока жена не видит.
А спустя пятнадцать минут всё кончилось. На небе снова что-то беззвучно щёлкнуло, снежинки словно выключили, и они прекратились разом. А ещё спустя пятнадцать минут пошёл дождь. В январе. В России. Обычный такой январский дождь после обычных таких снежинок размером с кулак.
А потом на остановку потянулись люди... Которые всего этого не видели и хмуро ёжились под обычным январским дождичком.
И чего меня вынесло на улицу ни свет, ни заря?
Я уверен, что мир полон красоты и радости повсеместно и повседневно. Нужно просто вовремя проснуться, послушать себя внутри и сгонять в Константиново к семи. Или выйти зачем-то пораньше на улицу.
Этот мир создан Тем, Кем Надо и создан он так, как надо. А то, что мы не всегда это видим, или не хотим видеть, или даже не умеем видеть – ну так это проблемы нашего разума и восприятия.
Тот, Кто Надо однажды с горечью сказал нам же и про нас же:
Oculos habebat et not videbat, aures habent et non audient
Имеют они глаза – и не видят, имеют они уши – и не слышат.
Маленькое доказательство. Только если в таком нужно доказательство, то и доказывать не стоит.
Ибо как сказано давно и на мной уважаемой латыни: Contra principia negantem non est disputandum.
Не спорят с отрицающим очевидное.
Говорят, каждая снежинка неповторима. Вот каждая. Как сетчатка глаза или отпечатки пальцев у каждого из миллиардов людей. И из сотен миллиардов ранее живших людей. Ещё никогда ничего не повторилось.
Сколько кубических километров неповторимых снежинок падет на землю ежедневно? Каждая – прекрасна, каждая – произведение искусства, и с момента сотворения мира ни одна снежинка не повторилась…
Какая неисчерпаемая вариативность красоты у Того, Кто Нужно!
Если это не чудо, то что тогда чудо?
Или так:
Итак, если свет, который в тебе, – тьма, то какова же тьма?
Или всё же: Oculos habebat et not videbat?
А так же: Aures habent et non audient?
И уж точно: Contra principia negantem non est disputandum.
Галерея чудес:
А в Константиново тем давним октябрьским утром было вот так:
И вот так:
И ещё так:
Деревья в золоте, а на траве иней:
Есенин и золото:
И просто: Есенин.