Есть сказка и есть жизнь, есть мечты и есть реальность

Как бы хотелось, чтобы могущественные и справедливые друзья появлялись не только для того, чтобы перед камерами сказать “мы рядом”, но и чтобы принести могущество и справедливость.

Чтобы старый колдун был заточён в темницу, чёрную фею не пустили на праздник, а у злого горбуна отобрали бы шапку с бубенцами и прогнали вон из замка...

Но есть реальность.

И — если вместо этого могущественный друг предлагает “сделку”, то это означает только две вещи:

1. Что-то придётся отдать.

Потому что иначе это означало бы капитуляцию для злодея. А — как оказалось, — для капитуляции у далёкого друга — того самого, кто обещал “быть рядом”, — не хватило решимости применить справедливость и могущество.

Или — дать меч-кладенец и разрешить им пользоваться.

Не нужно надеяться на далёкого друга. Он может оказаться в процессе поисков и терзаний. Или опоздает: то ли выборы у него, то ли советники, — прячась в полутьме и озираясь по сторонам, — нашёптывают что-то в благосклонно склонённое ухо…

И на “гарантии” не нужно надеяться. Ибо старого колдуна из захваченного им замка может выгнать только прямой удар молнии.

Но это будет “эскалация”.

А “друг” хочет, чтобы была “сделка”. И, — среди многого прочего, — это означает, что те немногие, кто отказались принять власть старого колдуна, будут предоставлены своей судьбе, ибо в “сделках” для них места нет. Хорошо, если вспомнят про тех, кого уже схватили.

А ведь после “сделки”, — после рукопожатий и улыбок, — “колдун” будет ещё более “ревностно” следить, чтобы никто не посмел усомниться в его “великой победе” — ведь “сделка” означает, что и он должен будет что-то отдать и всякие там вопросики будут означать “дискредитацию” — в лучшем случае.

— А вторая вещь?

Вторая вещь — если ты не готов ничего отдавать, а кроме “сделки” тебе ничего больше не предлагают, — возможно, не нужно слушать “далёкого друга”.

— А “меч-кладенец”?

Добыть самому.

Никогда не нужно рассчитывать на то, что выгодный (или хотя бы приемлемый) для тебя вариант последует из-за ошибки (или неправильных действий) оппонента. Это — проигрышная стратегия. Применительно к данному случаю, это означает, что не нужно надеяться на “помощь друга” на том основании, что “колдун” не согласится на “оферту”. Ведь он может и согласиться — и не только согласиться; он может в свою очередь — ведь это — сделка, а значит она — обоюдная! — предложить то, что ты не учитываешь в своих построениях и в результате, конечный “документ” может оказаться совсем не таким, что ты ожидал.

Вспомним, хотя бы Чехословакию.

Самая лучшая и самая правильная “сделка” с разбойником может быть только после того, как тот о ней попросит сам. И заключается она в одной короткой фразе:

“Пройдите к приставному столику в углу и поставьте свою подпись на документе где вам укажут.“

Но, опять же — есть реальность и — за давностью прошедших лет, — “далёкий друг”, похоже, успел забыть: как и с какими интонациями следует произносить эту реплику.

Ну а нам остаётся только ждать — ибо любые сообщения, даже самые-самые надёжные и любые умозаключения, даже самые-самые точные, это все-лишь…

Да, правильно.

Особенно, когда речь идёт о “сделке”...