17 апреля 1722 года царь Петр I ввёл в Российской империи подать на ношение бороды в размере 50 рублей в год.
Так, эпоха Петра I считается периодом официальной борьбы с чрезмерной растительностью мужчин. Богачи, которые хотели оставить свою бороду целой, должны были ежегодно платить в казну налог, сумма которого по тем временам равнялась огромному состоянию. Всех крестьян без разбору брили при входе в город. С них взимался штраф суммой одна копейка. Факт оплаты штрафной санкции доказывал чеканный жетон с надписью "Деньги взяты" и рисунком бороды.
Первые законодательные меры против бород были предприняты царем после его возвращения из поездки в Европу. В августе 1699 года Петр I выпустил указ "О ношении немецкого платья, о бритии бород и усов, о хождении раскольникам в указанном для них одеянии", согласно которому с Нового года ношение бород стало налогооблагаемым.
Вводя эту меру, 26-летний царь решил сопроводить ее громким эффектом. Он собрал бояр, потребовал принести ножницы и тут же собственноручно отстриг бороды у представителей нескольких знатных родов, чем поверг их в шок.
Сбривание бороды шло вразрез с традиционными православными представлениями о достойном мужском образе. Поэтому нововведение вызывало массовые неодобрения и протесты. Но зато пополнило казну: с носящих бороду мужчин взималась пошлина.
Борьба с ношением бород усилила конфронтацию власти с церковью. Старообрядцы и вовсе объявили деяния царя подтверждением "дьявольской сущности новой власти".
Петр І решал эти проблемы радикально. Когда церковь стала совсем уже явно мешать его реформам, император просто превратил ее в госучреждение, упразднив Патриаршество и учредив Синод. А на старообрядцев была обрушена волна репрессий, которая окончательно загнала их в самые отдаленные "медвежьи углы" гигантской страны.
К 1722 году, кроме древлеправославных, бороде оставались верны только очень набожные и обеспеченные люди. На этом фоне 17 апреля царь ввел единый налог, который превращал ношение бороды в настоящую роскошь. 50 рублей, которые полагалось платить за эту привилегию каждый год, были в те времена очень значительной суммой.