- Плохо тебе?! А я-то чем тебе помочь могу? Я не Господь Бог, грехов не отпускаю... Да и ты никогда не верила ни в Бога, ни в чёрта - ты ведь сама очень умная, считала, что это ты вправе решать всё. Вот запросто вначале собственной жизнью распоряжалась, всё сама решала. И слова не допускала, не прислушивалась ни к кому, а потом сочла себя вправе и чужими жизнями распорядиться... Распорядилась... А что теперь тут рыдать передо мною? Слезами горю не поможешь...
- Ну хватит, бабуль. И так тошно... Сколько же можно казнить меня?! Я уж и сама себя наказала так, как никто и никогда наказать не сможет. Ну что мне теперь сделать, чего ты от меня хочешь?! Чтобы я вздёрнулась? Тогда тебе полегчает?
- Ну, дурное дело - не хитрое... Проще ничего и не придумаешь. Думаешь, как сотворила что с собою, так и проблем не стало? Ошибаешься! Никому этим ни досадишь, ни докажешь ничего, а вот себя последнего шанса лишишь. Тогда-то уж точно ничего не изменить, и ни исправить, ни замолить грехов. Будешь вечно в аду маяться, а близких своих уж вовек не увидишь и не сможешь покаяться перед ними за всё своё зло...
Настя как за спасительную соломинку ухватилась за эти слова. О чём говорит бабуля? Разве есть у Насти ещё какой-то шанс? Разве может она как-то покаяться, замолить свои грехи? Разве есть надежда получить прощение? Что-то может унять её душевные муки? И сны эти тяжёлые как-то прекратятся? Ведь сил нет уже. Тяжело-то как... И не думала, что такое быть может... Тут ведь и действительно или вообще с ума сойти можно, или от отчаяния руки на себя наложить...
Бабуля подошла, обняла Настину голову, прижав её к своей груди. Волна огромной любви нахлынула на Настю. Вот так раньше бабушка всегда прижимала её, потом целовала в макушку, заглядывала ей в глаза, а у самой в глазах столько тепла, любви, и словно искорки вспыхивают. Бабушка смеётся, ласково треплет внучку за волосы или щёки: - "ну, признавайся, что опять натворить умудрилась?"
Так было раньше, в детстве...
А теперь Настя взрослая. И бабушка постарела. А натворить Настя умудрилась столько, что теперь никому никак не справиться со всем этим, ни вывезти, ни вынести, ни изменить... Тут грехов на многих бы людей хватило, а Настя вот умудрилась одна со всем "справиться". Теперь и не знает, как быть ей дальше. И бабушка с нею теперь далеко ни такая, как прежде. Уж и не шутит с нею, не смеётся, нет прежней ласки и заботы...
Бабушка теперь всегда строга с нею, лишний раз и общаться не желает. А сколько раз ругала, какие обидные вещи говорила, надо заметить, что справедливые вещи...
Теперь и сама бабушка Галя сильно сдала. Волосы теперь полностью побелели, лицо обильно покрыто морщинами, которые придают её лицу скорбную маску. И от её гордой и прямой осанки и следа не осталось. Нет прежней живости и безудержной энергии в её движениях. Бабушка вдруг словно "усохла", ростом стала совсем невысокого, плечи поникли, как-то вся ссутулилась, скукожилась... Теперь постоянно сетует, что Господь почему-то её не забирает к себе. А она давно хочет, просит Его об этом, но, видно, для чего-то Он её здесь задерживает. Да вот что же она теперь может сделать? Нет уж ни сил, ни здоровья. И все глаза выплакала от горя...
У Галины была одна дочка, Олеся. Как-то не получилось у них с Иваном родить ещё детишек, хоть и хотелось очень. А Олеся была девушкой очень видной, радовала родителей своими успехами. И послушная всегда, порядочная, строгая и скромная. Старательная во всём, за что ни возьмётся. К родителям всегда с любовью и уважением. Они на неё не нарадуются.
А после школы Олеся учиться уехала. Вскоре влюбилась в однокурсника Вадима. Хоть и предупреждали родители, что не нужно спешить, слишком уж молодые оба. Ну в таком возрасте разве возможно что-то объяснить? Ведь молодые всегда уверены, что родители просто их не понимают. Откуда им знать, что у них это серьёзно, что на всю жизнь, что они друг без друга просто жить не смогут?...
А вскоре Олеся забеременела. Вадим, надо заметить, не струсил и не сбежал. Он предложение Олесе сделал. А вот родители его, разумеется, были против. Они бы предпочли, чтобы девушка аборт сделала.
Олеся родила Настю в 18 лет. Родители основную нагрузку и о дочери, и о крошечной внучке на себя взвалили. Твердили, что Олеся просто обязана продолжить учёбу, диплом получить должна. Нельзя учёбу откладывать. Отложишь на время, а потом уж и не сможешь вернуться.
Олеся и училась, и с ребёнком занималась, успевала. Муж, Вадим, в семью приезжал лишь на выходные. К ребёнку особых отцовских чувств не испытывал, не осознавал себя отцом. Да и мужем особо не осознавал. Для него семейная жизнь заключалась лишь в том, чтобы быть рядом с той, которая тебе нравится. Вместе дома, в постели. Вместе на тусовке с друзьями, или куда-то погулять. А вот семейные заботы и проблемы - ну, не готов он пока к этому. Тем более брать на себя ответственность не только за женщину, которую любишь, но ещё и за какую-то крикливую и беспокойную кроху, которая вообще сейчас как-то неожиданно и не вовремя. Ну не для него это всё. Слишком рано. Не готов. Да и что взять с бедного студента, который сам пока полностью зависит от своих родителей, находится на их обеспечении?
Вскоре их брак распался, каждый пошёл дальше своим путём. Олеся осознавала свою ошибку, но ничуть не жалела, что у неё теперь есть дочка Настенька. А о Вадиме просто забыла. Словно и не было его никогда.
Родители помогали Олесе во всём. И учёбу она окончила, и диплом получила, и работу хорошую нашла. Даже квартира у неё теперь своя, отдельная. Но родители всегда рядом, всегда во всём помогают дочери, поддерживают. Внучку все обожают, вместе воспитывают.
А Настенька, как и сама Олеся раньше, очень послушная и хорошая. Только радует всех.
А вот у самой Олеси как-то не складывается личная жизнь. Молодая и очень красивая женщина, умная, эффектная. Кругом одни плюсы, поклонников море, а вот никак не удаётся свою семью создать. Есть один минус, который для мужчин имеет огромное значение, хотя для самой Олеси это вовсе и не минус. Это её плюс, её гордость. Это её дочка Настенька.
Далеко не каждый мужчина, даже полюбив женщину, может принять чужого ребёнка как своего собственного. Ни каждый полюбит чужого ребёнка. Вот и у Олеси постоянно такая проблема. Вроде и мужчина хороший, и её любит до безумия, готов ради неё на всё. А вот дочка её кому-то просто мешает, не может он скрыть раздражения и неприятия.
Другой просто игнорирует ребёнка, она ему абсолютно безразлична, он и не пытается с нею контакт наладить.
Кто-то пытается сделать вид, что ищет этот контакт, что готов принять и полюбить. Но искренности нет. Невозможно долго изображать любовь и приятие, если на самом деле их нет. Да и ребёнка не обманешь. Дети чувствуют истинное отношение.
Вот и получалось, что Олеся прежде всего искала папу для дочки, а уж для себя мужа во вторую очередь. И всё боялась, что её избранник будет обижать дочку, что Настеньке плохо будет с таким папой.
Вот и жила Олеся одна. Ради Насти. Свою жизнь посвящала своему ребёнку. Настенька маму очень любила, помогала во всём. Они всегда во всём поддерживали друг друга, были очень близки.
Время шло, а Олеся всё одна.
Вот уж нет у неё отца, дедушки Насти. Так и не дождался он, когда дочка, наконец, счастливой станет. Настенька уж школу оканчивает, полтора года осталось - и упорхнёт из родного гнезда. А мать тогда совсем одна останется. И ведь сама совсем ещё молодая, а женщине нельзя быть одной. Плохо это, неправильно. Вот и Галина постоянно твердит дочери об этом.
И тут вдруг неожиданно Олеся познакомилась с Виктором. Он приехал к ним из другого города. На их комбинате должна была новая линия запуститься. Вот он и приехал сюда, чтобы всё проконтролировать, запустить, первую продукцию выпустить, отрегулировать беспрерывный и безопасный процесс производства.
Олесе по работе пришлось быть с Виктором в постоянном контакте, и ей он сразу понравился. Как-то легко с ним было, они общий язык сразу нашли. Ну а он и не скрывал, что она ему очень понравилась.
Вскоре начались у них романтические отношения. Свидания, прогулки, цветы, подарки.
Олеся как-то сразу словно ожила. Стала более жизнерадостна, глаза блестят, словно светится изнутри, улыбка с лица не сходит. Весь мир обнять готова, всех полюбить.
Мать очень за неё рада, сразу заметила перемены. А вот Настя как-то настороженно отнеслась к таким переменам. Не хотела она делить свою маму ни с кем. Как это она вдруг будет любить ещё кого-то кроме неё?
Олеся пыталась поговорить с дочкой откровенно. Ведь всегда обо всём говорили. Всегда понимали друг друга. Но теперь Настя почему-то и слушать ничего не хотела, не желала принимать такую новость. Сразу заявила, что лучше уж уйдёт из дома, чем станет жить под одной крышей с каким-то чужим мужиком.
Потом Виктор всё же появился в их доме. Галина очень доброжелательна к своему новому зятю. Он к ней тоже. И к Насте очень хорошо относится, старается не конфликтовать с нею. Предпочитает смолчать на её уколы и придирки, сделать вид, что ничего не замечает и не понимает. А вот со своей стороны старается и внимание к ней проявить, и помочь, поддержать где-то, перед матерью выгородить, даже на себя её вину взять. Ей в чём-то помочь, поддержать. Да только Настя всё в штыки принимает. Ну не лежит у неё душа к этому человеку. А особенно после того, когда выяснилось, что он на 7 лет моложе мамы.
Настя вообще злилась, что, мол, позорище какое, неужели постарше мужиков не нашлось? Стыдобища, видимо мать насмотрелась по телику всех этих стареющих "звёзд" извращенок, что и сама решила с малолеткой связаться? Ну сказала бы, Настя бы её со своим одноклассником познакомила. Парень - хоть куда. А то и ещё помоложе бы помогла найти.
Обидно матери слышать такое от родной дочери. Пытается достучаться до неё. И лаской пробует, вниманием. И построже пытается. И на равных говорит, напоминает, что ни в чём перед нею не провинилась. Разве лишь в том, что всю свою жизнь ей посвятила. Слишком много внимания и заботы уделяла, слишком любила. А вот о себе, собственной жизни и счастье - совсем забыла. Неужели Настя у неё такой жестокой стала, когда, как она не заметила этого?
Напомнила, что уже совсем скоро Настя и сама станет взрослой, совершеннолетней. Чуть больше года, и окончит дочь школу, поедет она учиться дальше, оставив маму одну дома. И у неё начнётся взрослая и самостоятельная жизнь. Ну, неужели, она желает матери так вот всю жизнь прожить в одиночестве и тоске? Ведь мама-то совсем ещё молодая, ей и тридцати четырёх ещё нет. А она все эти годы жила лишь ради Насти, о себе и не думала. А пора бы... Давно пора...
Но Настя так и не признавала Виктора. Она теперь старалась просто игнорировать его. С матерью теперь старалась быть хоть и вежливой, но всегда чувствовался какой-то холодок. Не было прежнего тепла, нежности, любви.
Олеся надеялась, что скоро дочка повзрослеет, что-то поймёт. Да и просто смирится. Скоро сможет осознать всё, переосмыслить, и у них снова всё наладится.
А пока Настя жила на два дома, то к бабушке убежит, там ночевать останется, то снова домой вернётся.
Вскоре выяснилось, что Олеся скоро вновь станет мамой, что у Насти родится братик или сестричка. Олеся с Виктором очень счастливы, для них это событие очень радостное. И Галина рада, уже сейчас вся в ожидании очередного внука или внучки.
Лишь Настя не в себе. Для неё такая новость, как гром среди ясного неба. Мало ей самого этого Виктора, так теперь ещё и отпрыск его появится?! Зачем?! Мать совсем с ума сошла?! В её-то возрасте вначале связаться с молодым, а теперь на старости лет ещё рожать надумала?! Вот позорище, в глаза людям посмотреть стыдно! Они что, все рехнулись, не понимают, как это выглядит?! Ну уж нет, надо что-то делать, надо как-то избавляться от этого Витюши!
Олеся уж в декрете была, когда Настя решилась на давно продуманный ею поступок. До этого уже все способы испробовала. И наговаривала на отчима, пыталась мать против него настроить, и скандалы устраивала, провоцировала его на необдуманные поступки, пыталась разозлить, чтобы он сорвался и наказал её. Раз уж другие методы не помогают, а время идёт, то сами они все виноваты, просто не оставили ей выхода...
Виктор уснул после ночной смены, Олеся ходила на приём к врачу.
Каково же было удивление Олеси, когда она, войдя домой услышала крики дочери, а потом увидела, как та, вся растрёпанная выскочила из постели Виктора и кинулась в слезах в свою комнату. Виктор, испуганный и растерянный вскочил с кровати, ошарашенно осматривался, словно ничего не мог понять.
Потом, словно осознав, что произошло, кинулся к Олесе, пытаясь ей что-то объяснить.
Олеся и рада ему поверить, но и дочку жалко. Ну не может же родная дочь вот просто так взять и придумать такое?!
И бабушка в недоумении. Жалко им Настю, а с другой стороны никак не возможно поверить, что Виктор способен на такое. Вот как тут разобраться, кто из них прав, кто виноват?
Настя рыдает, всем заявляет, что Виктор далеко ни в первый раз пытался её изнасиловать. Часто приставал, намекал, просил молчать, обещал и деньги и помощь во всём, говорил, что любит. Ведь она, Настя, именно поэтому всегда была против него. Не знала, как сказать, как в таком признаться. Маму жалела. Говорила, что зря она с ним связалась, что ему молоденькие нравятся. Просто не хотела маму расстраивать, жалела, потому что очень любит маму...
А вот в этот раз он вообще чуть не изнасиловал её. Запугивал. Это просто счастье, что мама вовремя вернулась.
Виктор же вёл себя так, словно он и на самом деле ничего не понимает. Утверждает, что никогда ничего подобного не было. Что падчерица просто ревнует мать к нему. Что она всегда старалась ему какие-то гадости делать. А вот он всегда пытался как-то найти с нею общий язык, относился очень хорошо. Но никогда и в мыслях не было ничего такого, о чём та говорит сейчас. Он не понимает, зачем она это делает. Он очень любит свою жену Олесю, они ждут ребёнка, счастливы вместе. Никто другой ему не нужен. А к Насте он пытался относиться как к дочери. Всё делал для неё. Никак не ожидал от неё такого...
Олеся любит Виктора, жалеет. Но и через дочь переступить не может. Попросила ту, глядя в глаза, сказать ей правду. Поклясться, что не лжёт. Предупредила, чтобы та помнила, что от её слов зависит жизнь всех их. Не только судьба и жизнь Виктора. Просила не брать грех на душу, не позволить невинному человеку отвечать за её ложь, если она вдруг решила вот так отомстить матери и ему. Но Настя искренне, глядя в глаза, всё подтвердила. Ещё и слезу пустила, рассказала, как ей было страшно, как она переживала за маму и неродившегося братика... Потом и психологу рассказала эту жалостливую историю, не забыв поплакать там.
В результате Виктора посадили. Олеся почернела от горя. С Настей отношения вроде и спокойные, но теперь между ними словно какая-то невидимая стена появилась. Всё хорошо, мирно, спокойно, а вот прежнего тепла и любви почему-то нет. Есть какая-то недоговоренность, недоверие, настороженность. Чувствует Настя, что мама так и не поверила ей до конца.
И с бабушкой так же. Она, кстати, больше склонна верить Виктору. К Насте стала очень уж строга. Олесю ругает, что та слишком многое ей всегда позволяла.
Потом уехала Настя. Поступила учиться в техникум.
Олеся к тому времени давно родила сына Артёма. Но по-прежнему всегда какая-то грустная, задумчивая. Избегает общения с людьми, до сих пор стыдно в глаза им смотреть. Кто-то её поддерживает, жалеет. А ей тяжело от их жалости. Другие её осуждают, считают, что родную дочь променяла на молодого мужика. А тот их обеих "обслуживал". В общем говорят, кто на что горазд. А она не знает куда деться от всех этих сплетен и пересудов.
Одной Насте всё по боку. Она живёт, как ни в чём ни бывало. Нет раскаяния, нет жалости. Вот только теперь ревность к маленькому Артёмке. А точнее даже не ревность, а полнейшее безразличие. Ей абсолютно всё равно есть он или нет. А вот мать жалко. Как-то постарела она вдруг сильно, стала молчаливой, вечно о чём-то думает. Уже два раза ездила к Виктору на свидания...
Бабушка же, чем больше времени проходит, тем всё больше не верит Насте, тем больше уверенна в невиновности Виктора. Каждый раз когда та приезжает, бабушка просит её одуматься, признаться во всём, рассказать правду...
А потом вдруг сообщили маме о том, что Виктор погиб... Ведь не сладко там живётся тем, кто по такой статье осужден. Вот и ему там тяжело было. Он до конца не признавал вину, твердил, что его оговорили. Там несколько раз пытался с собой покончить из-за того, как ему там жилось. Маме рассказывали, что он стеклом и вены вскрыть пытался, и какие-то ржавые гнутые гвозди глотал, и повеситься пытался. А теперь вот его не стало...
Мать места себе не находит, вся в слезах. Маленький Тёмка словно что-то чувствует и понимает, тоже ревёт без конца. Бабушка плачет, молится, в церковь бегает. Тоже сразу сильно сдала.
И Насте вдруг стало не по себе. Не хотела она этого, не желала. Она ведь просто хотела избавиться от него. Но не так. Пусть бы он жил, но не с ними... Она не думала, что всё так вот получится...
Настя плакала, сквозь слёзы говорила всё это бабушке. А та словно окаменела. Ну вот. Всё так и вышло, как она говорила. Всё же оговорила внучка невиновного человека, а теперь он, очень хороший, даже просто замечательный человек - погиб по её вине... И Олеся теперь вдвойне несчастна. И маленький Тёмка никогда не увидит своего отца. Лучшего в мире папу, который так ждал его, так любил... У всех жизнь исковеркана.
Тогда бабушка оттолкнула внучку от себя. Всё это ей сказала, все вещи назвала своими именами. Сказала, чтобы та сама теперь пошла к матери, пусть сама ей расскажет. Смогла такое сделать, пусть сможет и покаяться сама. Во всём, глядя в глаза. Мать должна правду знать. И в церковь пусть сама идёт. Пусть сама батюшке всё расскажет, у Виктора пусть прощения просит, хотя вряд ли можно такое простить... Но другого пути нет. Теперь ей всю жизнь свои грехи замаливать придётся...
А Олеся, узнав правду, не удивилась. Она давно это поняла, чувствовала, что так оно и есть. Теперь вот чуточку легче стало, что уверена в невиновности Вити. Но с другой стороны от этого ещё тяжелее. Получается, что это она сама невинного любимого отправила в этот ад, позволила ему погибнуть такой страшной смертью. И за что?! За то, что любимая доченька оказалась такой лживой эгоисткой?!
А вскоре, меньше месяца спустя, Олеся просто не проснулась утром. Сердце не выдержало всех этих мук и переживаний. Мать утром пришла к ней, как чувствовала неладное. А там такое...
Настя приезжала на похороны. Только сейчас ей становилось всё страшнее. Страшно осознавать, что она сама была первопричиной всего. Она и старалась не допускать таких мыслей, гнала их прочь.
А бабушка не в себе от горя. С нею рядом медсестра, постоянно то уколы, то лекарства даёт. Бабушка словно и не видела, что Настя тоже здесь, что приехала.
Потом Настя продолжала учёбу, а маленький Артёмка теперь жил с бабушкой. Но вот теперь тяжело ей с таким малышом. Он растёт, активный, а у неё уж совсем худо со здоровьем. Постарела, что и не узнать её теперь. Почернела от горя. Слёзы на глазах и не просыхают. Болячек бесчисленное множество, лекарства горстями принимать приходится. В больницу заставляют лечь, да куда же ребёнка-то деть?
В конце концов положили бабушку в больницу, а Артёмку в детский дом отправили.
Бабушка настояла, чтобы выписали ребёнка из квартиры. Нет теперь у него никого. Самой бабушке уж недолго осталось, не сможет она его на ноги поставить. Сестра, как оказалось, у него слишком ненадёжная. Нет ей веры. И надежды на неё быть не может. Так, чтобы ему ещё и от неё страдать после не пришлось, пусть уж государство о нём позаботится. Там хоть и жильё ему, как повзрослеет, дадут, и деньги какие-то получит. И, даст Господь, человеком станет. А Настя или изведёт пацана совсем, или уж всё сделает, чтобы он настрадался от неё, хватил горюшка по полной... Ради квартиры, чтобы с ним не делить, она ведь на что угодно решиться может. Кто сможет защитить его от такой "заботы" старшей сестры?
Когда Настя приехала, жаловалась бабушке, как ей плохо, раскаивалась во всём. То бабушка рассказала ей об этом своём решении в отношении её единственного родного братишки. И обидно Насте, что к ней такое отношение, но и согласна - а какого она ещё отношения заслуживает? Ведь она и действительно не готова взять на себя заботу о брате. Да и нет у неё к нему каких-то особых тёплых чувств...
Вот и произошёл между внучкой и бабушкой тот тяжёлый разговор. Бабушка уж больше не жалеет внучку, не боится обидеть. Она теперь прямо говорит ей всё что думает о ней, что та заслуживает. Горько и обидно, но приходится признать, что бабушка права. Сама Настя во всём виновата. Но как можно что-то исправить, что же теперь делать?
- А как тут исправишь? Виктора вернуть сумеешь? Или мать свою сможешь воскресить? Или всё то горе и слёзы, что все мы по твоей милости пережили сможешь вот так просто, как салфеткой взять и стереть со всех наших жизней? Сможешь снова всех сделать живыми, здоровыми и счастливыми? Нет. То-то и оно, что - НЕТ...
А ведь из-за чего? Чего добиться хотела, ради чего? Эх, Настя, Настя, вот растили тебя, холили, лелеяли - и не думали, что вместо этого надо было тебя пороть почаще, в строгости держать. Лишнего ничего не позволять. Ведь и не догадывались, что погибель свою вот так нянчим, холим... А ты одна со всеми вот так - одним махом - расправилась. Никого не пожалела...
А теперь... А что теперь? Не знаю... Не мне судить тебя, Кто я такая, чтобы судить? Бог тебе Судья. А Его суд тебе, ох, как не понравится... Ну, так, а другого ты не заслужила...
Передо мною плакаться и раскаиваться нет смысла. Я тебя уж давно простила, ты ведь мне, как-никак, внучка... А вот забыть не смогу, и не проси. И боль мою теперь уж никакими раскаяниями не унять. Одно успокаивает - недолго терпеть ту боль осталось.
А вот тебе жить дальше. Одной. Ведь ты всех вокруг себя "зачистила", вот теперь и живи одна, как сможешь... Ко мне не ходи больше. Больно мне видеть тебя. Мне легче осознавать, что у меня нет никого, что совсем скоро отправлюсь к тем, кого так люблю. Вот только за Тёмочку душа болит, молюсь о нём постоянно.
Если хоть что-то человеческое в тебе ещё осталось - не бросай его. Помни, что кроме него теперь у тебя на всём свете нет никого... По твоей милости... Ты причина всех бед, из-за тебя братишка твой сиротой остался, по твоей "милости" вместо счастливого детства - теперь в детском доме растёт. На твоей совести все несчастья наши, всё горе, что всем нам пережить пришлось, и его беда тоже всегда на твоей совести будет. Так и знай.
А от меня помощи не жди. Я ничем не могу помочь. Коли и действительно переживаешь и раскаиваешься, так в церковь иди. С батюшкой говори, у Бога прощения проси, за души, тобою загубленные, молись, у них проси прощения...
Как же горько на душе, как больно и страшно! Только теперь Настя вдруг увидела всё так, как оно есть на самом деле. Только теперь осознала, что причиной всего и действительно стала она сама. Её, как ей тогда казалось, просто невинная ложь. Ложь во благо. Чтобы в семье всё было как раньше. Чтобы Виктора с ними не было. Чтобы маму ни с кем не делить... А в итоге что?! А самое страшное, что вернуть-то ничего нельзя, изменить невозможно! Сколько ни кайся, сколько ни проси прощения и ни молись - прежнего вернуть не сможешь. Никогда... Вот этого по-настоящему страшно.
ИВ
Советую прочитать: