Необходимость развития, которого требуют здравый смысл и федеральная власть, сталкивается с вопросом банального выживания в условиях западных санкций и сокращения доходов.
Аналитики уже озаботились перспективой появления на отечественных просторах экономических «чёрных» лебедей», которые могут превратить обнародованные на минувшей неделе планы правительства страны в «общество спектакля». Такую угрозу, например, видит гендиректор ВЦИОМ Валерий Фёдоров.
С тем, что на фоне затухающего «бюджетного импульса» и общей пассивности частного капитала, в большинстве своём взявшего инвестиционную паузу на фоне высокой ставки Центробанка и геополитической неопределённости, сохраняется угроза стагфляции – состояния экономики без роста, но с инфляцией, - согласны и другие эксперты.
Они предсказывают, что уже в начале года регионы и отрасли могут столкнуться с трудностями, поскольку, вероятно, их ожидает значительное сокращение доходов. Это означает, что некоторые направления в экономике, которые раньше были направлены на развитие и поддержание стабильности, будут урезаны.
Необходимость перехода в режим экономии может оказаться непривычным для многих регионов, которые до последнего времени (за исключением разве что первого года СВО) жили в условиях бюджетного профицита, который с лёгкостью «закапывался» в развитие инфраструктуры и социальной сферы, в улучшение городской среды. Не стоял вопрос, где взять миллиарды рублей, вопрос заключался в том, куда эти миллиарды потратить.
Ситуация изменилась. Регионы столкнулись с новыми вызовами. От региональных управленческих команд теперь требуют не просто формальных отчётов, а реальных экономических программ, которые должны стать инструментом для решения сложных задач.
Среди этих задач — привлечение инвесторов в условиях геополитической напряжённости, создание новых производств, а также вопросы импортозамещения и обеспечения технологического суверенитета.
И всё это – в условиях бюджетного дефицита. Который, к слову, в Вологодской области в этом году составит почти 35 млрд. В табличке из презентации регионального правительства специальным цветом и крупным шрифтом выделены слова о том, что дефицит будет покрыт до нуля за счёт каких-то «остатков». Каких – непонятно. Учитывая те щедрые бюджетные траты, которые были предприняты с осени 2023 года. Вообще подача структуры бюджета широкому обывателю выглядит несколько странно – довольно подробно описываются расходные статьи и направления, а об источниках доходов не говорится практически ничего.
В результате коллеги начинают импровизировать: кто-то успокаивает своих читателем тем, что региональную казну спасут дорожные штрафы, грядущие инвестиции и даже галопирующая инфляция. А кто-то говорит, что всё это ерунда, потому что штрафов будет меньше (минимум четверть теперь заберёт себе федеральный бюджет), отдача от инвестиций (если они вообще состоятся в том объёме, как обещано) будет получена далеко не сразу, а профицит от инфляции будет тут же съеден подорожанием товаров и услуг для расходных статей бюджета (из-за той же инфляции). Поэтому, мол, у региональных властей есть только два пути: «доение» федерального бюджета под сурдинку нацпроектов и «окучивание» (оно же «раскулачивание») «местного олигархического сообщества» на предмет безвозмездных социальных выплат.
Как всё будет на самом деле – не знает, похоже, никто.
Надежда на то, что выручат русские люди, которые со своими высокими зарплатами станут для государства «новой нефтью», выглядит довольно призрачно. Потому что несмотря на безусловный зарплатный рост (на фоне демографического кризиса, супервыплат участникам СВО и зарплат в ОПК), его масштабирование на все регионы и отрасли будет сдерживаться недостаточностью материальной базы и ресурсов. Повышать же эффективность и производительность одним бесплатным шаманством «кайдзена» невозможно, нужны технологии, автоматизация и роботизация. А с этим у нас сейчас, мягко говоря, всё непросто.
Поэтому долго жить не по средствам, скорее всего, не получится. Вероятно, придётся выбирать: либо вкладываться в «точки роста» и экономить на остальном, либо каким-то образом возвращаться к предыдущей модели, где издержки покрываются за счет либерализации внутреннего пространства, давая больше свободы как частному сектору, так и всему обществу в целом.