2 часть
Начало статьи смотри по ссылке https://dzen.ru/a/Z344l2OwHnTzRE3F
В 1018 году польский король Болеслав Храбрый[1], приглашенный своим зятем Святополком, разбил войска Ярослава на берегах Буга, после чего прошел в Киев, захватил сестер, жену Анну и мачеху Ярослава и, вместо того, чтобы, как и договаривались, передать город, а вместе с ним и престол мужу своей дочери Святополку, сам попытался стать киевским князем.
Что же, хорошая попытка, и возможно, Болеслав сумел бы какое-то время удержаться на месте великого князя, не распоясайся его дружина до такой степени, что кроткие и терпеливые киевляне не выдержали и начали убивать поляков. Так что Болеслав поспешил покинуть негостеприимный Киев, оставив Святополка разгребать последствия.
Ярослав же был вынужден вернуться в Новгород, и уже совсем было решил отказаться от борьбы, когда жители вдруг обратились к князю, сказав, что готовы за него биться со Святополком. Вече собрало деньги на новую армию, заключили очередной договор с варягами конунга Эймунда и сами вооружились, так что через год Ярослав вел новое войско на Киев. Братья-князья встретились на реке Альте, и на этот раз Святополк был разбит и ранен.
Таким образом, после Владимира на Киевском престоле меньше года находился Святополк[2], но очень скоро его сместил Ярослав. Не исключено, что изначально братья действовали в сговоре, уж очень все слаженно получилось с этим переворотом, и новгородцы с варягами заключили военный договор, и степняки подоспели, чтобы Киев, не дай бог, не кинул свое войско на подавление восстания Ярослава, и поляки, а в конце концов еще и старый великий князь помер. Князья то и дело объединялись ради походов в чужие вотчины, а тут не просто чужой огород, тут добыча покрупнее.
Так это было или иначе, но Святополк и Ярослав действительно двинули свои войска на Киев, когда стало известно, что старый Владимир Святославич заболел и командование войском получено Борису.
Далее в Киев приходит весть о вторжении печенегов, Борис отправляется наводить порядок, но не находит нарушителей спокойствия.
Куда делись печенеги? Пограбили и сбежали? С награбленным далеко не убежишь. Двинули в другую сторону, и Борис с ними элементарно разминулся? А может, их и вовсе не было? Или были, но с какой-то иной целью? Пошумели, отвлекли внимание. На обратном пути, на реке Альте, он получает известия о смерти отца и о том, что престол занял старший брат Святополк.
Дружина тут же предлагает Борису возвращаться в Киев и овладеть престолом, у него получится, армия на стороне Бориса, и они легко выдворят Святополка из Киева. Но Борис отказывается. В сущности, он был один из младших сыновей Владимира Святославича, то, что ему поручили войско, еще не сделало его старшим. После Владимира по праву престол должен занять его старший сын, а Святополк на тот момент времени как раз и был старшим. С другой стороны, Святополка продолжали считать сыном Ярополка, но даже в этом случае перед Борисом находилась целая очередь из братьев-князей.
Так что Бориса понять можно. Займи он престол, против него немедленно ополчатся все кому не лень. Да и хотел ли он реально захватить власть? Но не все были такими же праведными, как князь Борис. Многие откровенно считали, что Святополк не имеет права на киевский стол, и сам Святополк отлично понимал, что любой из его братьев может поднять народ против него, поэтому единственное решение, которое приходит ему в голову, – это уничтожить всех конкурентов, чтобы ему уже наверняка никто не мешал.
Отчего же Святополк решил первым делом избавиться именно от Бориса? А как раз потому, что Владимир выделил его из всех своих сыновей, доверив войско, то есть, формально, отдал ему привилегию, традиционно предназначавшуюся наследнику престола.
Святополк написал Борису, предлагая увеличить его удел, а сам послал вышегородских бояр, дав им задание убить Бориса. Боярин Путша[3] с товарищами пришел на Альту, к шатру Бориса, ночью на 24 (30) июля; услыхав пение псалмов, доносившееся из шатра, Путша решился дождаться, пока Борис ляжет спать. Как только Борис окончил молитву и улегся, ворвались убийцы и копьями пронзили Бориса и его слугу венгра Георгия, пытавшегося защитить господина собственным телом.
После еще живого Бориса завернули в шатёрное полотно и вывезли из опустевшего после ухода дружины лагеря. Но, должно быть, по дороге князь очнулся, и тогда его добили, после чего труп доставили в Вышгород и там погребли у церкви Святого Василия.
Покончив с Борисом, Святополк вызвал в Киев Глеба, так как боялся, что, будучи с Борисом не только единокровным, но и единоутробным братом, тот может захотеть отомстить. После того, как Глеб достиг Смоленска, он получил послание от Ярослава, в котором тот обрисовал сложившуюся ситуацию: отец умер, Киев занял Святополк, Борис подло убит по его приказу. О последних событиях самому Ярославу сообщила сестра Предслава. По сведениям Н.М.Карамзина, к Предславе явился выживший после убийства своего князя ближний дружинник Бориса Моисей Угрин[4], который рассказал ей об убийстве Бориса.
Глеба Святополк уничтожил, точно агнца на заклании. Согласно житие, к князю явились посланные Святополком убийцы. А дальше просто песня: «Сопровождавшие его отроки приуныли», по житиям святого князя «им запрещено было употреблять в защиту его оружие. Горясер, стоявший во главе посланных Святополком, приказал зарезать князя его же повару, родом торчину[5]». В общем, зарезали князя Глеба 5 сентября 1015 года. А его тело погребли «на пусте месте, на брези межи двемя колодами» (имеется в виду, в простом гробу, состоящем из двух выдолбленных бревен).
В 1019 году, по приказу Ярослава, было произведено расследование обстоятельства гибели Глеба, и его тело привезли в Вышгород и погребли вместе с телом Бориса, у церкви Святого Василия.
А вот интересно, для чего Святополку все же потребовалось убивать всеми любимого Бориса, который, ко всему прочему, откровенно не желает с ним воевать? Его и дружина просила отбить Киев, да он отказался. Не пошел против закона, против старших братьев. Отец ведь не оставил письменного завещания, не представил Бориса народу как наследника, не сделал при своей жизни князем-соправителем. Посмей Борис или его брат Глеб вдруг заявить о своих правах, их бы тут же остановили старшие братья. С другой стороны, известно, что Святополк предложил Борису дружбу и даже обещал увеличить его удел. Лишь два брата – Борис и Глеб – заявили о своей верности новому киевскому князю и обязались «чтить его как отца своего». Так каким же нужно быть дураком, чтобы, находясь в столь шатком положении, убивать собственных союзников?
В саге про Эймунда («Эймундова прядь»), перевел которую в 1834 году профессор Санкт-Петербургского университета Осип Сенковский[6], рассказывается, что конунг Ярислейф (Ярослав) сражается с конунгом Бурислейфом (Борисом). Там же сказано, что Бурислейфа лишают жизни варяги по распоряжению Ярислейфа. Мы помним, что, будучи князем Новгорода, Ярослав нанял Эймунда с его варягами для ведения войны с отцом.
Кроме того, историки, начиная с С.М.Соловьёва, предполагают, что повесть о смерти Бориса и Глеба выглядит как вставленный позже элемент в «Повесть временных лет», иначе летописец не стал бы снова повторять о начале княжения Святополка в Киеве.
Следующей жертвой Святополка, согласно официальной версии, стал его брат Святослав Владимирович. На самом деле история не сохранила точных дат рождения сыновей Владимира Святославича, да и жен у него было превеликое множество. Считается, что Святослав Владимирович был сыном Малфриды и, возможно, родился в 982 г., а если так, он был младше Святополка, но старше Ярослава. Известно, что около 990 г. Святослав получил Древлянское княжество.
Когда в 1015 году Святославу сообщили о смерти Бориса и Глеба, разумеется, добавив, что убили их по приказу Святополка (что же это за секретность такая, что все всё знают?), Святослав собрал всех своих детей и решил бежать в Карпаты; есть версия, что он держал путь к своему тестю. Возможно, в письме как раз говорилось о желании Святополка уничтожить всех братьев без исключения, и сообщено, что начнет-то он непременно с древлянского князя, и сделает это в ближайшие дни. Иначе к чему такая спешка? Тестя с подмогой можно было вызвать к себе письмом, а самому тем временем как следует подготовиться к обороне.
Конечно, киевское войско намного больше древлянского, но то ли у Святослава и раньше были конфликты со Святополком, то ли что, но собрался он молниеносно, и всё равно не успел. Погоня догнала князя на берегу Опир, недалеко от нынешнего города Сколе. На берегу реки Стрый состоялось сражение, в котором погибли семеро сыновей Святослава. В память об этом печальном событии поселок, находящийся по соседству от поля боя, стали называть Семигинив (семь погибших). Силы Святополка были большими, и он отдал приказ: «Сколоть их всех». Князь Святослав погиб в этой битве, его дочь (по другой версии – жена) Парасковия (Парашка) укрылась на вершине горы и, настигнутая дружинниками Святополка, бросилась вниз. Сейчас гора названа в ее честь Парашкой.
Странные эти смерти, получается, что либо Святополк маньяк, убивающий всех подряд и не боящийся отмщения, либо что-то во всех этих убийствах не так, и настоящему виновнику удалось остаться неузнанным.
Так или иначе, но Новгород, поддержавший Ярослава в борьбе против отца Владимира Святославича, а затем брата Святополка, получил за свою помощь грамоты вольности новгородской.
[1] Болеслав I Храбрый (ок. 967 –17 июня 1025) – польский князь (992-1025 годы) и король (1025 год), сын Мешко I, князя Польши, и чешской княжны Дубравки, представитель династии Пястов.
[2] Святополк Владимирович (в крещении Пётр, в древнерусской историографии по прозвищу «Окаянный», ок. 979–1019) – князь туровский (с 988, первый из рода Рюриковичей), великий князь киевский в 1015–1016 и 1018–1019.
[3] Путша – убийца св. Благоверного кн. Бориса Ростовского.
[4] Моисей Угрин (– 1043) – монах Киево-Печерского монастыря, православный святой, почитается в лике преподобных. Память совершается (по юлианскому календарю): 26 июля и 28 сентября (Собор преподобных отцов Киево-Печерских Ближних пещер). По происхождению венгр из Трансильвании, в молодости вместе со своим братом Георгием служил у князя Бориса. При его убийстве в 1015 году на реке Альте уцелел и скрывался у Предиславы, сестры Бориса.
[5] Экземплярский А. В. Глеб Владимирович, князь муромский // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). – СПб., 1890–1907.
[6] Осип-Юлиан Иванович Сенковский (19 (31) марта 1800, Антагонка, Виленского уезда, Литва, – 4 (16) марта 1858, Санкт-Петербург) – русский востоковед, полиглот, писатель, редактор, коллекционер.
Продолжение https://dzen.ru/a/Z4tHlvKVx0URNpW3