«Во время исследований у мыса Ак-Бурун подводный отряд Института археологии РАН обнаружил терракотовую голову мужчины (вероятно, божества) в натуральную величину» (цитата из «Известий»). «Это настоящая сенсация в изучении памятников античного искусства Северного Причерноморья, и, пожалуй, для античного искусства в целом» (Сергей Соловьев, РАН).
Я проверил: да, это сенсация. И, пожалуй, — послание прямиком из древнего Милета.
Это молчаливое лицо — гвоздь, острая эмоция и магнит для глаз в первом зале Керченского музея древностей. 2500 лет сверхъестественное высшее существо с горы Олимп было скрыто под метровым слоем ила на дне Боспора Киммерийского — то есть, Керченского пролива.
Но сейчас 2025 год. Несокрушимый и бурный властитель, изобретатель коневодства и бог без своей земли (да видимо, это он — Посейдон) возлег на улице Свердлова, дом 22, в древнем Пантикапее, то есть, в республике Крым Российской Федерации.
Его может увидеть каждый, вход в музей на общих основаниях — 150 рублей.
Как и где это нашли
Голую голову с отломанным левым ухом подняли со дна Керченского пролива в 2017-м, в ходе подготовки к строительству Крымского моста.
«Никаких сомнений в подлинности головы нет, — говорил тогда начальник подводного отряда Института археологии (ИА) РАН Сергей Ольховский в интервью „Газете.Ru“. — Столь свежий вид она имеет потому, что лежала под морским дном на глубине метра в отложениях. Она была законсервирована в иле и остальные 60 тысяч находок, которые мы оттуда подняли, приблизительно в такой же степени сохранности».
«Голова настоящая, — подтвердил три года спустя ведущий научный сотрудник отдела классической археологии ИА Сергей Внуков, потративший на подготовку к этому короткому ответу месяцы труда и целевой грант от Российского фонда фундаментальных исследований (РФФИ). — Неожиданная, редкая находка. Ее стиль очень необычен — такой архаический. Но, возможно, это всё сделано преднамеренно — под старину».
Это всё сделано преднамеренно — под старину?
«Керченская бухта близ мыса Ак-Бурун более 2000 лет служила основной перевалочной базой на торговом пути из Средиземноморья в Азовское море. При морской перевозке часть керамической тары нередко разбивалась, и при разгрузке в порту поврежденные амфоры и посуду часто выбрасывали в море. Так у древних причалов постепенно образовались целые залежи из керамики разного времени», — объясняет «Российская газета».
Упомянутые выше 60 тысяч артефактов, поднятых со дна в окрестностях мыса Ак-Бурун — это, в основном, тарная, кухонная, столовая и строительная керамика, крышки, светильники и лутерии, изделия из кости. Плюс эта голова бога — в единственном и неповторимом экземпляре.
«Обычно мы имеем дело с мелкой терракотовой пластикой, как известно, нередко имитирующей монументальные оригиналы, сделанные из мрамора или бронзы, — пояснял в беседе с ТАСС научный сотрудник отдела охранной археологии Института истории материальной культуры РАН Сергей Соловьев.
Соловьев, там же: «Находка головы монументальной терракотовой скульптуры — настоящая сенсация для античного искусства в целом».
Таких больше не находили. Это — что-то особенное, изготовленное по случаю.
Кто это и откуда
Институт археологии РАН и НИЦ «Курчатовский институт» изучили скульптуру с помощью вообще всей имевшейся в наличии аппаратуры: применены методы оптической и растровой электронной микроскопии, энергодисперсионного рентгеновского микроанализа, рентгеновской дифракции и инфракрасной спектроскопии.
Установлено: глину для головы вырыли в окрестностях Синопы к востоку от мыса Карамбис. В V в. до н.э. Синопа была колонией и большим гончарным цехом могущественного Милета, города-государства в Малой Азии. А теперь это северная Турция.
Античный мастер гравировкой по сырой глине прочертил волосы и бороду, а затем обжег изделие. Зону волос художник залил сандараком (водостойкой смолой хвойного дерева), а поверх покрасил в темно-коричневый. Губы статуи алели охрой.
Радиоуглеродное AMS-датирование образца смоляного покрытия в Университете Джорджии (США) указало на время создания статуи: V век до нашей эры. Скульптура с помощью свинцовой стяжки крепилась нижней частью к утраченной опоре или основанию — скорее всего, это был нос корабля.
Обратите внимание, как срочно и очень подробно была исследована керченская голова. Ученые (и власти), похоже, сразу поняли — это непростая находка.
Или, может, они все вспомнили историю старика Хоттабыча, который вот так же томился под слоем вод? И в таком случае — что ж это за пионер Волька, который так энергично потёр эту голову из Керчи, в желании вызвать древних духов?
Или, выражаясь более литературно — кто был тот Владимир?
Да кто ж его знает — кто?
«Можно предположить, что это часть статуи мужского божества, скорее всего, Посейдона, по аналогии с известной бронзовой скульптурой 5 века до нашей эры, найденной на дне Эгейского моря у мыса Артемисион на севере острова Эвбея», — завершает этап исследований эксперт Соловьев.
Милет — лучше для мужчины нет
Ресурсы Греции бедны — в основном это козы (и оливки). Племя ионийцев, занимавшее остров Эвбея и часть Аттики, уже в 11-9 вв. до н.э. двинуло из этих выжженных долин через море на восток, во влажную Карию. Так на берегах извилистой азиатской реки Меандр возникла жемчужина Ионии — великий Милет.
Удачное расположение сделало этот город важным центром торговли между Средиземным и Черным морями. Милетские суда с регулярностью поездов метро ходили на Кубань и на Дон, где так пышно колосились пшеничные поля царства синдов-меотов. Милет стал «матерью городов» (от греч. «метрополия») Черного моря: по берегам Понта и в окрестностях милетцы основали 90 колоний.
В их числе были, например, хутор Недвиговка (эмпорий Танаис) в 36 км от Ростова-на-Дону, Одесса (Ольвия), Феодосия, Керчь (Пантикапей).
Главным богом ионийцев был Посейдон, старший брат Зевса. Что логично, ведь этот бог — тоже без своей земли, единственный из олимпийцев. Посейдон не просто так оказался на дне морском, с трезубцем, дворцом и Амфитритой. Полагая себя выше прочих олимпийцев, этот сын Кроноса вел себя дерзко — и так потерял все, проиграв Афине схватку за Аттику, Зевсу — за Эгину, Гере за Арголиду и т.д. Ну и ладно — ионийцы повезли Посейдона на Понт и на Дон. Им всем там жилось неплохо.
Хорошая материальная база — неизменный фундамент высокой культуры. В Милете, в нынешней Турции, родился, жил и вошел в вечность Фалес Милетский. Это основоположник древнегреческой мысли, математик, «отец философии» и, таким образом, всей нынешней науки разом (включая Институт археологии РАН).
С местным населением бывшие греки то воевали, а то укладывались спать в одну постель. Когда молодое соседнее царство Лидия разбогатело и возвысилось — ионийцы вступили с ним в созависимое партнерство. Воспитанный милетскими няньками царь Лидии Крёз изобрел деньги как монету и стал богат как... эээ... ну, допустим, Крёз.
А когда в Лидию пришла воевать соседняя Мидия — союзные ионийцы обнажили свою математику. Фалес Милетский рассчитал дату очередного солнечного затмения — 28 мая 585 года до н.э. Решающую битву с мидянами как бы случайно назначили на этот день. И когда свет на поле боя померк — мидийцы в ужасе побросали мечи. Рядом, правда, зазвенели о землю и мечи ошалевших от неожиданности лидийцев.
Делать нечего — стали играть свадьбу: дочь царя Лидии выдали за царевича мидийцев. Внук от этого брака Кир II Великий основал Первую Персидскую империю. А греки-ионийцы при всех новых режимах жили неплохо.
Но потом вмешались политики.
Тиран против сатрапов
К 499 году до н.э. тогдашний тиран Милета Аристагор — по сути, глава муниципалитета в составе Персии — так запутался в долгах и интригах, что пришлось делать ход конем. Аристагор ушел с должности, призвал к торжеству демократии и начал борьбу за независимость греков Персии.
Первым делом он разграбил Сарды, столицу сатрапии Лидия — и сжег почитаемый храм богини Кибелы. Персы в ответ сожгли всю Ионию до уровня почвы.
В 494 г. до н.э. Милета не стало, а выжившие милетцы разбежались кто куда. Гордая дочь аристократа Аспазия, скажем, стала гетерой в Афинах. Впрочем, потом она стала любимой и единственной гетерой политика по имени Перикл — и с этого, как говорят, начался феноменальный взлет Афин.
А самые дерзкие милетцы водрузили на носы своих кораблей терракотовые копии некой старой, а потому священной для них статуи Посейдона — и отплыли на северо-восток. Велик шанс, что белая от соли голова бога из Керчи — с носа корабля того самого аристократа Археанакта, который добрался из Милета до Пантикапея и стал первым архонтом Боспорской конфедерации греческих полисов.
Того семечка, из которого потом вырастет Боспорское царство (480 до н.э.—VI век).
Куда Милет уехал после драки?
С независимостью у греков и тут не задалось (а может быть, не очень-то хотелось). Полвека не прошло, а власть в Пантикапее уже взяли синды из Анапы — простите, Горгиппии, то есть, Синдики, главной древней гавани плодородного Северного Причерноморья. Династия Спартокидов правила многонациональной империей на Боспоре Киммерийском следующие триста лет.
И все шло как обычно — каждый занимался своим. Синды кормили, греки торговали и разукрашивали жизнь ювелиркой, скифы по краям государства отбивались от кочевников. Аристократов трех народов хоронили на горе Митридат и в ее окрестностях.
Но с Посейдоном из Милета тут, как сейчас выясняется, вышла какая-то нехорошая история. То ли его выбросили, то ли уронили — то ли третий вариант, который мы пока и представить не можем. Любимым богом боспорян стал Сатир, жизнерадостное лесное существо с ногами козла (речь о животном) — демон плодородия.
А какой из Сатира вояка? Уже в 1 в. до н.э. в Пантикапей пришли войска Помпея и блестящий полис стал глухой провинцией у моря. А в 5 веке нашей эры город добила Степь. На Митридате теперь хоронили вождей гуннов.
Милет — мать городов русских. И наоборот
В 9 веке на горизонте появился новый молодой народ: русские. Сначала князь Владимир взял штурмом Херсонес Таврический чтобы там креститься и так войти в родственный союз с Восточной Римской империей. Потом русские встали крепостью Тмутаракань ровно напротив Пантикапея, через пролив — теперь это станица Тамань Краснодарского края.
В 11 веке Византия все же вытеснила русских. Такие проливы нужны самому, решил Константинополь. Но русские не сдаются: они (мы) вернулись сюда в 18 веке с хорошим огнестрельным оружием. Крым стал Тавридой, а партнер Екатерины II, создатель Черноморского военного флота и сильный мужчина Григорий Потёмкин — стал светлейшим князем Таврическим.
Потом с мечом сюда приходили англичане, французы, немцы и даже румыны. Но наши держались за гору Митридат зубами и собственной кровью. Еще в конце X века византийский историк Лев Диакон называл Боспор Киммерийский, вот эти самые земли по обе стороны пролива — «родиной русских». Нельзя покидать родину, так ведь?
И вот когда СССР окончательно вроде отбился от претендентов на господство и зажил мирно — в пионерских здравницах по всему Боспору стали каждое лето шумно праздновать День Нептуна, то есть — Посейдона. Наверное, совпадение.
А потом — вы знаете. «Потом» наступило «Сейчас».
Что сейчас
Я на минувших новогодних каникулах проехал от Торика (Геленджик) через Бату (Новороссийск) и Горгиппию (Анапа) — в сам Пантикапей, по Крымскому мосту на автобусе. Докладываю: по всему побережью приводят в порядок античные города и памятники, везде торгуют недорогими амфорами.
Набережную Геленджика украшают шлемы боспорской аристократии.
А в центре Пантикапея, рядом с монументом Ленину — теперь памятник статеру, золотой монете боспорян.
Ленин и Сатир буквально смотрят друг другу в глаза.
Что я могу сказать по этому поводу? Да то, что не терпится выпалить уже пару недель:
Здесь за углом продаются решетки на окна и двери стальные,
Их для дворца своего покупал шлемоблещущий Гектор.
Мы восстановим колонны, Горгону над входом повесим.
Дух Древней Греции — мы.
Мы — наследники синдов, мы — дети славян.
Песнь Эллады поём, и торгуем, и точим мечи.
И историю двигаем дальше.
Простите, не сдержался.
Давайте все же лучше ученый человек завершит эту публикацию: «Площадь керамического скопления, найденного под Крымским мостом, — 75 тыс. кв. м. Из них мы раскопали 4,5 тысячи То есть на дне Керченской бухты у мыса Ак-Бурун остались лежать еще сотни тысяч археологических предметов, в том числе наверняка и совершенно уникальные» (Сергей Ольховский из подводного отряда РАН в интервью «Газете.Ru»).