Третий день сижу голодный. Нет, вы представляете? Я! Макар Сергеевич Иванов! Тридцать семь лет отработал на заводе, всю жизнь семью обеспечивал, а теперь вот – стою перед пустой кастрюлей и не знаю, что делать. И все из-за чего? Из-за того, что моя Надежда Ивановна решила, видите ли, "восстановить справедливость".
А началось всё в прошлый четверг...
Никогда не думал, что пенсия может быть такой... беспокойной. Первую неделю после выхода на заслуженный отдых всё шло прекрасно – спал сколько хотел, никуда не торопился, наслаждался свободой. Даже начал подумывать, что зря столько лет оттягивал этот момент.
Сижу я в своем кресле, передачу смотрю про животных в Африке. Красота – никто не дергает, не просит помочь, не отвлекает. После тридцати семи лет на заводе такие моменты – настоящее блаженство. Особенно приятно, что Надежда не пристает со своими вечными просьбами помочь по хозяйству.
Как же я ошибался...
Она вошла в комнату неожиданно – руки в боки, взгляд суровый, губы сжаты. За тридцать семь лет совместной жизни я научился читать её настроение с первого взгляда. И сейчас все признаки говорили – надвигается буря.
– Макар! – голос звенит, как струна. – Мы поговорить должны!
– Надюш, подожди минутку, сейчас реклама начнется...
– НИКАКИХ МИНУТОК! – она встала прямо перед телевизором. – Тридцать семь лет ждала, хватит!
В этот момент я ещё не понимал, насколько серьезный разговор меня ждет.
Пришлось выключить телевизор. А она начала – да так, что у меня глаза на лоб полезли:
– Значит так, дорогой мой муж! – это "дорогой" прозвучало как-то особенно язвительно. – С сегодняшнего дня у нас новые правила. Ты теперь тоже на пенсии – значит, будешь заниматься хозяйством наравне со мной.
Я даже не сразу осознал смысл её слов. Какое хозяйство? Я же мужчина! Я же...
– Надя, ты что?! Какое хозяйство? Я же...
– Что "я же"?! – перебила она. – Всю жизнь работал? А я, по-твоему, не работала?! Думаешь, легко было и на работе вкалывать, и дома все делать?
Тридцать семь лет обид
И тут её как прорвало. Тридцать семь лет совместной жизни вылились в такой поток воспоминаний, что у меня голова закружилась. Каждый случай, каждый момент, когда я отказывался помочь – всё всплыло наружу.
– А помнишь, как в восемьдесят шестом ты отказался помочь с генеральной уборкой? "Устал после смены"! А я тогда после ночного дежурства была!
– Так это когда было-то... – попытался я защититься.
– А в девяностом?! Когда я с температурой лежала, а ты даже обед себе приготовить не мог?!
У неё память, как у слона – всё помнит, всё записала! И ведь каждый случай помнит в деталях, словно вчера было.
– А как ты в отпуск ездил на рыбалку с друзьями? А я дома с детьми, с хозяйством! И ничего, справлялась!
– Надюш, но я же...
– Молчи уж! Сколько раз я просила помочь? Сколько раз намекала? А ты всё "устал", "работа тяжёлая"! А я, значит, не уставала? У меня, значит, работа лёгкая была?
В её голосе звучала такая горечь, что мне впервые стало не по себе.
– А теперь, – продолжала она, уже чуть спокойнее, – я тоже на пенсии, если ты не заметил. И знаешь, чем займусь? Собой! Буду книжки читать, с подругами в парке гулять. Записалась уже на гимнастику для пенсионеров в соседнем центре. Ты теперь тоже дома целыми днями сидишь – вот и занимайся хозяйством.
Мужское ли это дело?
Надо было промолчать. Но когда мужчину загоняют в угол, он начинает защищаться.
– Надюша, но это же... это же женское дело! Я всю жизнь семью обеспечивал, деньги зарабатывал...
– ЧТО?! ЖЕНСКОЕ ДЕЛО?! – она аж побагровела. – А я, значит, не зарабатывала? Моя зарплата медсестры – это так, карманные деньги?!
– Ну как ты не понимаешь, есть же определенные роли в семье! Мужчина...
– РОЛИ?! – она всплеснула руками. – Ах, роли! А моя роль, значит, быть твоей домработницей? Тридцать семь лет я совмещала работу и дом. ТРИДЦАТЬ СЕМЬ ЛЕТ! А теперь моя очередь отдыхать.
Она развернулась и вышла из комнаты. Я остался сидеть в кресле, переваривая случившееся.
Первые испытания
Следующим утром встаю – ни завтрака, ни кофе. Надежда сидит в кресле, читает какую-то книжку.
– Надь, а завтрак?
Даже не подняла глаз:
– А что завтрак? Плита на месте, холодильник полный. Вперед!
И так началась моя новая жизнь.
Я стоял перед плитой как новобранец перед командиром – растерянный и неуверенный. Открыл холодильник – там полно продуктов, но что с ними делать?
Ладно, думаю. Решил начать с простого – яичница. Разбил яйца на сковородку... и тут начались проблемы. Где эта... как её... лопатка? В каком ящике? Почему их тут так много?
Первый блин – в прямом смысле – вышел комом. Точнее, подгоревшей яичницей с кусочками скорлупы.
– Надюш, может...
– Даже не начинай! – отрезала она, не отрываясь от книги.
Следующие дни превратились в настоящее испытание. Надежда словно превратилась в другого человека. Утром уходит на гимнастику, возвращается – звонит подругам, обсуждает какие-то книги, сериалы. После обеда – прогулки в парке.
А я... Я пытался освоить простейшие бытовые навыки.
Стирка? Катастрофа! Загрузил всё вместе – белое, цветное, темное. Результат – красные рубашки и носки, которые раньше были белыми.
Готовка? Сплошные эксперименты с сомнительным результатом. Макароны превращались то в клейстер, то в резину.
Уборка? Спина болит, колени ноют.
Вчера встретил соседа по площадке, Степана Ильича. Он на пенсии уже третий год.
– Что-то ты, Макар, какой-то помятый стал, – говорит, – с женой поругался?
– Да что там ругаться... – махнул я рукой. – Взбрыкнула моя Надежда. Говорит, раз я на пенсии, должен по хозяйству помогать. А какой из меня помощник? Я же мужик!
Степан Ильич как-то странно на меня посмотрел:
– А я вот своей помогаю. И ничего, не развалился. Даже интересно стало – столько нового узнал.
– Ты что?! – я аж поперхнулся. – Ты же... уважаемый человек был, начальником цеха работал!
– А что тут такого? – усмехнулся сосед. – Работа работой, а дома все равны должны быть. Я когда на пенсию вышел, тоже думал – буду отдыхать, рыбачить. А потом посмотрел, как жена крутится, и стыдно стало.
Неожиданное открытие
Слова Степана Ильича засели у меня в голове. Весь вечер я наблюдал за Надеждой – как она двигается по квартире, как успевает делать несколько дел одновременно.
А она словно специально начала показывать мне всю сложность своей работы. Постоянно что-то раскладывает, перекладывает, развешивает...
– Надь, а зачем ты...
– А затем, – перебивает она, – что каждая вещь должна иметь свое место. Иначе потом замучаешься искать.
Внутренняя борьба
Нет, это всё равно неправильно! Я – мужчина, глава семьи. Не должен я с тряпками возиться.
А с другой стороны... Степан-то прав – времена сейчас другие. Вон, его сын, говорят, сам с детьми сидит, пока жена на работе. И ничего, не стыдится.
Но признать своё поражение? Согласиться с Надеждой? От одной мысли об этом внутри всё протестует.
И тут меня осенило – а ведь есть выход...
Неожиданное решение
И я твердо решил – найду себе другую женщину, помоложе, покладистей. Пусть Надежда Ивановна поймет, кого теряет! Да и на примете уже есть несколько кандидатур.
Вот хотя бы соседка с третьего этажа, Зоя Алексеевна, всегда так приветливо улыбается. Или хотя бы Валентина из соседнего подъезда – она-то точно не откажется заботиться о таком видном мужчине, как я.
А что касается быта – обойдусь! Яичницу пожарить я смогу, макароны сварить тоже не проблема. В конце концов, есть полуфабрикаты, разогреть в микроволновке много ума не надо. Ну а с остальным справлюсь как-нибудь, не маленький. Подумаешь, белье постирать или полы помыть – проживу и так.
Надежда Ивановна думает, что я сдамся, начну ей помогать по хозяйству? Как бы не так! Я мужчина, глава семьи, и унижаться не собираюсь. Всю жизнь был хозяином в доме, а теперь, видите ли, должен с тряпкой бегать? Нет уж, пусть сама поймет, что без меня ей будет хуже.
Вчера встретил её в подъезде – она с этой своей гимнастики возвращалась. Прошла мимо, даже не взглянула. Ничего, скоро запоет по-другому, когда узнает про мои планы. Вот найду себе новую спутницу жизни, которая будет ценить настоящего мужчину, тогда и посмотрим, кто был прав.
А пока буду жить как хочу. В конце концов, я это право заслужил – тридцать семь лет работал, обеспечивал семью. Теперь моё время пожить для себя. И никакие капризы не заставят меня изменить своё решение!
Читатели выбирают интересный рассказ
Радуюсь каждому, кто подписался на мой канал "Радость и слезы"! Спасибо, что вы со мной!