- Но я не хочу! – возмутился мальчик. – Нам ведь и тут хорошо.
- Матвей, здесь дом Андрея и Веры. У нас есть свой, мы должны жить там.
- Но ведь с ними лучше!
- Да, но мы не можем постоянно пользоваться чужим гостеприимством. Сам подумай.
Вера чуть не прыснула за столом. Вот она, детская непосредственность.
Глава 51. А давайте жить все вместе
В школе все было как обычно, если не считать того, что после занятий в холле ее ждал Матвей.
- А ты чего здесь сидишь? У тебя же на два урока меньше, - изумилась Вера, заметив мальчика, приткнувшегося на стуле рядом с техничкой.
В руках у ребенка были спицы, судя по неровному полотну, выходящему из-под них – это был первый его эксперимент с вязанием.
Но Матвей явно не собирался сдаваться, потому что спицы и моток с пряжей убрал в рюкзачок, а не оставил здесь.
- Тебя жду.
- Ладно, пойдем, - Вера вздохнула.
Как чувствовала ведь, что все из-за случившегося в Надиной семье пойдет наперекосяк. Вот сегодня даже…
Обычно она после школы собирала компанию и тащила ее к себе домой. Это уже было в порядке вещей для них для всех.
Но из-за присутствия в доме Нади и Матвея друзей не позовешь. Да и гулять с ними в то время, когда дома такое творится, как-то неправильно.
Опять же, Матвей абсолютно один будет сидеть, получается. И это не дело.
Нет, Вера не злилась на мальчика, его сестру, их маму и даже сами обстоятельства произошедшего.
Просто чувствовала в очередной раз, что только-только жизнь устаканилась – и в ней начали происходить какие-то перемены.
Все-таки хотелось уже какой-то стабильности, постоянства, а не вот это вот все.
Сколько с ней за последние месяцы произошло? Сколько всего того, что заставило переосмыслить свою жизнь и многое теперь считать ложью.
Все чаще Вера, как ни странно, думала о маме. И скучала по ней, конечно, хоть и расплакалась впервые с тех дней только вчера, когда засыпала рядом с Матвеем.
И в то же время – задавалась множеством вопросов, ответов на которые не мог дать ей никто.
Наверное, не смогла бы ей их дать и ее мама, даже если бы была жива.
Любила ли она Веру? Если да – то почему подложила единственной и вроде как любимой дочери такой сюрприз?
С другой стороны – а что еще она могла сделать? Рассказать маленькой Вере, что папа ей вовсе не папа, сделав ее соучастницей своей лжи?
Тоже так себе идея.
Еще и все эти закосы в воспитании, без которых обходился Андрей. И ведь не поговоришь ни с кем, потому что о таком рассказывать не пристало.
Наверное, Андрей заметил неладное. Или, может, ему опять что посоветовала Надя.
Иначе как объяснить тот факт, что он привел на следующий день девочку к себе на работу и познакомил с Димой.
Сразу представив его, как «местного правщика мозгов».
- Ну ты загнул про правщика, конечно, но что могу - делаю, - ответил Андрею темноволосый коротко стриженый мужчина, чуть улыбаясь Вере. – Сразу говорю, если ты не захочешь разговаривать – можешь в любой момент встать и уйти.
Но что-то мне подсказывает, что тебе нужно выговориться. А я и секреты хранить умею, и, может, посоветую что.
Андрей вышел из кабинета, оставив их один на один.
- И зачем вам это?
- А ты дочь своего отца, как я погляжу, - чуть улыбнулся Дима. – Наверное, девочке, которая всю жизнь прожила в городе, сложно это воспринять, но здесь всех коллег, друзей и просто знакомых воспринимаешь, как близких людей.
У Нади вот мама умерла – так это всех нас касается, а не только ее, понимаешь?
- В общем, да, - Вера вздохнула. А потом решила, что была не была. Если все равно это дальше кабинета этого их Димы не уйдет…
В конце концов, он ей никто, фактически. Коллега отца. Не друг, не родственник, не… Просто встречный человек.
Удивительно, но порой действительно что-то рассказать незнакомцу проще, чем кому-то из родных.
Полчаса спустя Вера выдохнула, закончив свой рассказ тем градом вопросов, которые накопились и так и не получили ответа.
- Любовь у каждого своя, Вер. Ты сама сказала, что твоя мама в юности пережила не самые приятные события.
Это накладывает отпечаток на психику, что бы там не говорили другие.
Просто одни люди становятся настолько нестабильными и неадекватными, что их приходится принудительно лечить в психиатрической лечебнице, а другие сохраняют нормальность.
Это не значит, что они не нуждаются в помощи, вот только ни адекватного обследования, ни нормальной психологической помощи у нас получить практически невозможно даже сейчас.
Молчу уже про то, что было пару десятилетий назад, когда вся эта история произошла.
Человек пережил нечто неприятное, а потом – пытается всеми силами от этого неприятного защитить своего ребенка.
Отсюда и гиперопека, и видение «вуль гар ности» в красном постельном белье, и многое другое.
Ну а крики, ругань и контроль… Есть люди, которые считают, будто бы это показатель любви.
Мол, смотри, я о тебе беспокоюсь, забочусь так, что аж все нервы вымотаю и тебе, и себе заодно.
- Намекаешь, что у мамы с головой было не все в порядке?
- А у кого из нас в порядке? Тебе вот встречался человек, у которого не было бы вообще никаких «бзиков»? – вопросом на вопрос ответил Дима.
Вера растерянно замерла, пытаясь припомнить хоть одного такого человека и… не находила.
Андрей был самым близким к ее представлению об идеальном человеке, но при этом имел кучу проблем с привязанностью, доверием и прочими вещами.
Что обычно бывает, когда ребенка бросает в детском доме родная мать. Ну а остальных оценивать…
Как-то еще неясно, какие тараканы в голове у той же Маши могут быть.
Да, они дружат. Да, на многие темы разговаривают. Но под кожу друг к другу на пять сантиметров не лезут.
В смысле, Маша никогда не пыталась копаться в Верином прошлом, да и Вера не лезла с расспросами там, где подруга явно так пыталась перевести разговор на другую тему.
Поэтому на Димин вопрос она лишь пожала плечами.
Странно, но Андрей был прав. С ним действительно было как-то все просто и понятно.
Он умел объяснять, при этом не принимая чью-то сторону и не делая всех вокруг виноватыми.
Похожее что-то было у Маши, но Маше бы Вера не решилась рассказать все то, что сейчас сообщила Диме.
Потому что с Машей ей еще вместе минимум два года учиться, а Дима… Он с отцом работает. Не с ней.
Максимум, что «здрасте» сказать при встрече, а уж что он там о Вере думает – значения особого не имеет. Да и вообще…
После школы ее в холле встретила та же картинка – вяжущий, как выяснилось, носок, Матвей под руководством технички и его рюкзак рядом на полу.
- Матвей, ты можешь сам ходить домой, если хочешь. Мы ведь дали тебе ключи. Или ты боишься, что тебя След обидит?
Щенок уже дорос до размеров взрослого спаниэля. И если для Веры с Андреем его размер еще не представлял никакой угрозы, то ребенок помладше мог и бояться.
- Нет, он милый. Просто… - Матвей нахмурился и посмотрел в сторону.
- Скажи мне. Я не буду смеяться, хорошо?
- Только ты Наде не рассказывай, ладно? Она и так плачет постоянно, не хочу, чтобы еще и за меня переживала.
- Хорошо, договорились, - Вера взяла мальчика за руку и вместе с ним пошла со школьного двора.
С ребятами она уже договорилась, мол, в ближайшую неделю не получится собираться.
Никто не возражал, потому что у Сени с Мишей приближались какие-то важные контрольные, да и за подготовку к ОГЭ они уже вплотную взялись, не дожидаясь девятого класса.
Да и Маша находила, чем заняться, а будучи девочкой понимающей – не строила типичных для подруг из телевизора истерик «ты меня променяла на другого ребенка».
- Боюсь, что когда приду домой – найду там что-то… Не то. Что лучше не видеть, понимаешь? И да, я знаю, что это не так.
Но пока лучше тебя подожду. Тем более что с Марией Васильевной интересно – она меня вязать учит.
- А не боишься, что тебя дразнить будут? Все-таки вязание – вроде бы как женское занятие.
- Ага, конечно. Историю поучи, вязание изначально появилось из-за необходимости плести сети и вязать силки для охоты.
И женщин к таким занятиям не допускали. Даже потом в гильдии вязальщиков не соглашались взять даже при угрозе штрафом.
Это сейчас все перевернулось и мужское занятие женским считается. А вообще – я же не вяжу не тем местом, которым писаю, а руками.
А руки у нас у всех одинаковые.
А он довольно умный ребенок, этот Матвей. И тролль знатный.
- Готовка вот считается чисто женским занятием, но я, когда дома никого нет, спокойно и пельмени варил, и бутерброды резал и мог яйца вареные с крабовыми палками и зеленью покрошить да майонезом заправить, чтобы салат получился.
А в Китае вот вообще наоборот – всю работу по дому мужчина делает. Или в Японии? Не помню точно, но я что-то об этом читал.
Матвей любит читать. Живет у них второй день, а на тумбочке у кровати уже лежат четыре книги. Он их читает по очереди, то одну, то другую.
Вера не понимает этой увлеченности именно бумажными книгами, ей проще все с экрана воспринимать. Хоть на телефоне, хоть на Андреевом ноутбуке.
На ноутбуке лучше даже, потому что там экран больше и крутить его мышкой проще, чем телефонный пальцами.
Эх, надо будет и правда, когда все уляжется, выпросить у отца себе хоть какую-нибудь, но свою собственную «машину». И принтер, чтобы не бегать распечатывать доклады каждый раз за три девять земель.
Ладно, на самом деле через три дома, но все равно вставать раньше и топать в местный «фотосалон», где делали распечатки, Вере не хотелось.
Да и дешевле будет свой принтер иметь. А это в ней экономия говорит.
На похороны Матвей не пошел. Да и Вера с ним дома осталась.
- Все равно мамы уже нет. А смотреть на тело в гробу или на могилу – что изменится? – совсем не по-детски рассуждал ребенок.
Вера пожала плечами и согласилась. Потому что ей самой совсем не хотелось прийти на мамину могилу.
Она сделает это скорей всего, когда будет родительский день. Попросит Андрея свозить ее, она знала, где мама похоронена.
Но на самом деле это только потому, что надо порядок навести. Мама не любила беспорядок, пусть на ее могиле будет чисто. Без сорняков.
И оградка свежепокрашенная чтобы. Но разговаривать там, как с живым человеком, Вера точно не будет.
Не верит она, что кто-то там их слышит. Да и в загробную жизнь не особо-то и верит.
Благо, что и Андрей, и Надя адекватные. Не стали заставлять Матвея идти на эти похороны.
Лишь спросили, хочет ли он, чтобы Вера с ним посидела и написали записку Вере в школу, мол, так и так, по семейным обстоятельствам ее не будет.
Вере это было только на руку, так как в школе бы все равно ворон считала. Все-таки, когда чужая беда заставляет вспомнить о своей собственной, пусть и достаточно давно уже случившейся, особо не поучишься.
Так что этот день они с Матвеем провели дома. Мальчишка вязал, а Вера смотрела ненапряжные для мозга видосики по урокам макияжа.
Мама бы точно телефон отобрала, а Андрею хоть бы что – лишь бы на сайты «для взрослых» не лезла, а уж косметика там, видео с котиками или еще что – его не интересовало.
Вернулись взрослые поздно.
От Нади слегка пахло, да и движения у нее были заторможенные. Отказавшись от ужина, женщина сразу же пошла спать.
Андрей посидел с ними, натаскал дров, чтобы просыхали, а потом пошел к ней в комнату.
Уже на следующее утро Вера, выйдя на завтрак, обнаружила, что Надя как-то привычно суетится у плиты.
А за самим завтраком женщина поблагодарила Андрея и сказала, что они с Матвеем сегодня соберутся и пойдут обратно к себе.
- Но я не хочу! – возмутился мальчик. – Нам ведь и тут хорошо.
- Матвей, здесь дом Андрея и Веры. У нас есть свой, мы должны жить там.
- Но ведь с ними лучше!
- Да, но мы не можем постоянно пользоваться чужим гостеприимством. Сам подумай.
Вера девочка добрая, но это не значит, что можно постоянно отбирать у нее половину комнаты.
- Тогда пусть переезжают к нам, - мотнул головой ребенок. – У нас в доме три комнаты, как раз вы вдвоем и мы с Верой каждый в своей комнате. Здорово же я придумал?
Вера чуть не прыснула за столом. Вот она, детская непосредственность.
Красная как рак Надя все же уговорила Матвея собираться, потому что «не надо торопить события.
Может быть, когда-нибудь мы и будем жить все вместе, но сейчас этот момент точно не настал, у нас и у Андрея с Верой сейчас другие заботы».
Засыпая в своей кровати и чувствуя, что она непривычно большая без приткнувшегося рядом Матвея, Вера начала понимать, что ей, в принципе, нравится эта идея.
Надя адекватная, Матвей тоже не вредный сводный брат-скандалист из киношки. В принципе, с ними можно было бы и вместе жить, но…
Как сказала Надя – не стоит торопить события.
Все главы будут здесь:
Автор: Екатерина Погорелова