Еще час назад на улице стоял тихий, знойный летний вечер, но сейчас картина совершенно изменилась. Вместо пышущих зеленью деревьев, вдоль остовов зданий из земли торчали огромные горящие палки. Тротуарная плитка и асфальт перемешаны друг с другом, словно мелкая галька, увлекаемая набегающей прибрежной волной. Все еще обжигающая пыль, смешанная с пеплом, падала с неба, напоминая серые снежные хлопья. Она укрывала разбросанные вещи жителей этих домов, вытянутые наружу взрывной волной. Обрывки занавесок, раскуроченные, обожженные куклы, кухонные комбайны, одним словом, все, чем люди окружали себя.
Яшка знал, что любая непогода рано или поздно заканчивается, вот и в этот раз он уселся под чудом уцелевшим козырьком подъезда и просто наблюдал, как пепел ушедшей цивилизации опускался к его лапкам. Потягивая виски из сувенирной бутылочки, он размышлял о том, как ему жить дальше. Он всегда был самостоятельным, однако знал, что у него есть норка, куда он мог вернуться и люди, которых он развлекал вечерами в баре. Сейчас же он был совершенно один. Постепенно его тело наполнялось теплом. Виной тому был не только алкоголь и тлеющие остатки улицы, было что-то еще. Яшка вспомнил одну из передач, увиденную им случайно по барному телевизору. Речь в ней шла про какую-то радиацию и то, что она вызывает какие-то мутации. Там же говорилось и о том, что нейтрализовать ее может красное вино. Взвесив все за и против наш герой решил рискнуть и пробраться сквозь руины бара в подвал, где всегда хранились ящики с вином. Большая часть бутылок, разумеется, была уничтожена, но чудесным образом под заваленной бетонной плитой уцелел ящик с шестью бутылками. Их владелец берег для очень дорогих гостей, и всегда пристально за ним наблюдал. Надпись на ящике гласила, что это было Шато Пьедискло. Разумеется, Яшке это мало о чем говорило, да и целью было выживание, исцеление, а не ублажение эстетических чувств. У мохнатика ушло какое-то время на то, чтобы расковырять своими коготками пробку, отделяющую его от спасительной жидкости, но потом либо из чувства самосохранения, либо потому что вино оказалось необыкновенно вкусным, он очень быстро осушил первую бутылку и рухнул спать.
Пыль и дым снаружи все еще застилали небо, так что после пробуждения Яшка решительно не мог определить время суток, да это и не было важно для него. Он уселся на полу, задумчиво подперев лапками свою все еще упитанную мордочку, так как это делали очень задумчивые люди, и начал размышлять.
- Взрыв, это конечно страшно, но ни один взрыв не может убить всех. Можно очень долго выживать, разыскивая еду в разрушенном городе, но рано или поздно это закончится, да и быстрее я умру от скуки, чем от голода. Так что нужно найти выживших людей.
Приняв это волевое решение, он бросил взгляд на вскрытый винный ящик. Спасительная жидкость хранилась в таких больших бутылках, что нести их с собой не было никакой возможности, так что ему пришлось опустошить абсолютно все маленькие бутылочки, заботливо набранные им в рюкзак, пробраться в бар, достать оттуда оставшиеся флакончики и проделать с ними тоже самое. В такой тяжелой ситуации разбрасываться любыми ресурсами было непозволительной роскошью, так что мохнатый выживальщик опустошал тару в себя. Содержимое флаконов было крепким, поэтому Яша несколько раз бессознательно засыпал, но открыв покрасневшие глазки-бусинки сразу же возвращался к своему занятию. Через какое-то время, дело было закончено. Бутылочки были собраны в рюкзачок и перемещены к заветному винному ящику. Предстояло вновь пустить в ход коготки, чтобы вскрыть вторую бутылку. Наш герой заботливо переливал вино в удобные для себя сосуды, но понимал, что как бы он ни старался, забрать с собой весь запас ему не удастся и в этот момент откуда то сверху раздался шорох. Яшка вздернул свою мордочку в направлении просвета, где раньше располагалась лестница и увидел там большую сухопутную черепаху.
- Эй, ты кто? - енот настолько удивился, что заговорил человеческим голосом, что слегка пискнул. Но еще больше его поразило, что его нежданный гость ответил ему на том же языке.
- Я Тортила. А ты кто?
- Меня зовут Яшка. Откуда ты здесь взялась?
- Вообще-то взялся. Мой хозяин был не сильно умен и дал мне женское имя, а до вчерашнего дня я не мог ему этого сказать, ну а теперь и говорить уже некому.
Это знакомство было неожиданным и в высшей мере удивительным для мохнатого, но черепаха говорила, так медленно, что он решил не выяснять всех подробностей жизни и появления в его жизни Тортилы, а ограничиться только самой важной информацией.
- Я собираюсь отправиться в сторону от места взрыва и найти выживших. Не то что бы я боялся не выжить, но оставаться в одиночестве слишком уж грустно. Составишь мне компанию?
- Мне всего пятьдесят лет, и большую часть своей жизни я прожил в вольере. Наконец у меня есть шанс посмотреть мир, так что я с радостью к тебе присоединюсь.
- Отлично! Но мне потребуется твоя помощь. Сейчас кругом радиация, и чтобы не умереть, нам нужно красное вино. Я не смогу унести больше двух бутылок, сможешь взять на себя хотя бы еще две?
- Разумеется, у меня как раз с собой есть для них крепеж.
Яшка пригляделся и понял, что Тортила весь опутан какими-то ремнями и рискуя нарваться на длинную, но, судя по всему, увлекательную историю, все-таки поинтересовался, что это.
- Видишь ли, у моего хозяина часто бывали женщины, на которых он надевал всякие кожаные сетки, наручники и ошейники, и когда все начало рушиться все это упало из шкафа на меня, и я не смог выпутаться из этих штук. Сначала я подумал, что это будет обузой, но оказалось, что это все нам очень пригодиться.
Яшка принес к Тортиле оставшиеся три бутылки вина, закрепил две по бокам его тела, затянув в кожаные наручники, а третью притянул ошейником к его спине. Сеток на черепахе оказалось даже слишком много, поэтому Яшка решил перевязать ею свои маленькие бутылочки, повесив их на груди подобно пулеметным лентам, так любимыми героями старых боевиков. Еще раз оглядев руины бара, дабы убедиться, что тут не осталось больше ничего, что могло бы им пригодиться, наши герои двинулись на запад к выходу из города.
Они шли вдоль обгоревших стволов деревьев, бывших еще недавно городским сквером и тут поперек их пути возникла лиса. Двигалась она в высшей степени странно. Морда и облезший хвост были опущены, передние лапы семенили мелкой поступью, а задние поочередно подпрыгивали, будто их пересадили ей от какого-то зайца. Не замечая путников, лиса пересекла бывшую аллею, не сбавляя скорости шмякнулась лбом об обгоревший остов автомобиля и упала на спину. Сама по себе подобная авария не способна была нанести даже самому хрупкому организму никаких увечий, но само состояние лисицы было очень уж плачевным. Яшка и Тортила подошли к ней и решили прервать ее внезапный, но такой сладкий тихий час.
- Эй, ты в порядке, - спросил Яшка
- Норымалино… - с трудом и очень неотчетливо прозвучало из лисьей пасти. Оттуда же донесся знатный перегар. Лиса была мертвецки пьяна. Было понятно, что говорить ей было бесконечно тяжело, поэтому товарищи воздержались от лишних расспросов, в том числе и об имени лисицы, и решили назвать ее Белочка. Яшка много раз видел людей в таком состоянии и быстро придумал, как поставить новую подругу на ноги. Он влил ей в пасть одну из своих маленьких бутылочек вина, лисьи глаза открылись, она встала на лапы, заглянула в лица Яшки и Тортилы давая понять, что теперь она будет следовать за ними хоть на край света и уже втроем они двинулись на встречу закату. Взгляды Яшки и Тортилы были серьезны и целеустремлены, придавая их образу какую-то непоколебимость, Белочка лишь немного приподняла от земли свою грустную морду и ковыляла рядом с ними своей замысловатой походкой.