Корпоратив для меня – дело святое. Отродясь такого не было, чтобы я пропустила корпоратив. Он же для чего придуман? Правильно! Для сплочения коллектива. Недаром после всех корпоративов, даже самые суровые коллеги меня начинают любить. Я в кабинет войду – коллеги сразу улыбаются. Я же женщина компанейская. А танцы люблю… ох, как люблю танцы. А вот когда во время танца меня со стола пытаются стащить – этого я не люблю.
Взяла я отгул. Сделала маникюр, педикюр, наложила макияж, посыпала волосы блестками, нарядилась в новое платье цвета шампань (длина – мини, декольте – макси). Приехала вечером в ресторан.
А там все сидят серьезные, деловые: женщины при параде, но в темных тонах, мужики по струнке сидят, спины ровные, животы впали, а галстуки так затянуты... дышать мешают.
И хоть бы одна добрая душа мне смс написала, что директор за два часа до окончания рабочего дня сообщил о своем заслуженном уходе на пенсию (как-никак срок давно вышел, а он все пашет и пашет… на нас). Да и не это главное.
Вначале корпоратива коллективу представили нового директора - Артура Сидоровича. Ах ты, Боже мой! Не женатого!
Смотрю я на нового директора – глаза радуются. Статный, высокий, костюмчик дорогой. И главное – возраст мне самый подходящий, и залысины отсутствуют!
- А чего вы вырядились, как на похороны? – шепчу я Машке Смирновой из бухгалтерии.
- Не любит, – одними губами отвечает бледная Машка.
- Чего не любит? – не поняла я.
- Броско когда одеты, не любит. – Маша кинула взгляд в глубины моего декольте и добавила, – и вульгарно тоже не любит.
Загрустилось мне. Что это за корпоратив такой, где все серые и скучные?
- А чего это на столе так выпивки мало? – опять донимаю я Машку.
- Не любит…, - с досадой отвечает она, но уже громче. – Сам не любит, и когда другие, не любит.
Все прошлые корпоративы пронеслись перед моими глазами чередой разноцветных картинок. Прощайте, веселые празднества.
По традиции мероприятие начиналось с пожеланий. Раньше, когда добирались до последнего тоста, все уже были изрядно наклюкавшиеся, довольные жизнью и рвались участвовать в конкурсах. Только в этот раз поздравления звучали вяло, вспоминали крупные закупки, удачные проекты и даже годовой отчет упомянули. Пить за это не хотелось.
Когда дошла очередь до меня, я, трусливо (что уж таить), потянула свое декольте вверх, привстала, но не совсем, чтобы не было видно, как поднимается вслед за декольте мое мини.
- Людмила, – представилась я, – Паровозова.
Я затаила дыхание и огляделась. В тайне я еще надеялась, что вот сейчас кто-то крикнет привычное «Паровозова, жги!», что станет сигналом перейти на «ты» с директором, рассказать пошлый стишок, и осушить наполненную до краев водочкой рюмку.
Но «Паровозова, жги!» не прозвучало.
- Где вы работаете, Людочка? – спросил новый директор.
- В сметном отделе, – жалостливо затянула я сопрано, – сметчицей.
- Ах, сметчицей, – понимающе закивал Артур Сидорович. – Нравится вам сметчицей работать?
- Нравится, - проблеяла я и поперхнулась воздухом.
Давясь и кашляя, я плюхнулась на стул. Маша подала водичку, помахала на меня салфеткой.
- Погоди, - злобно отстранила я салфетку от лица. – Рано, Машка, ты со мной прощаешься, тут тебе не вокзал.
После моего провала эстафету по произнесению тоста получила Нинка Пивоварова – секретарша. Фамилия у нее хорошая, а как человек она… так себе человек.
- Не обращайте внимания, уважаемый Артур Сидорович, - говорит Нинка. – Наша Людочка – женщина отличительной фантазии. Всегда самые лучшие тосты придумывает. Это она, глядя на вас, на нового нашего, высокой культуры директора, подавилась.
Я нетерпеливо смолчала.
Потихонечку народ стал расслабляться. Давно практики не было, вот они с малого количества спирта и развеселились. Начались конкурсы, но я смирно ожидала своего звездного часа.
Зазвучала медленная музыка, ведущий объявил белый танец. Вы бы видели, как подпрыгнули столы, когда все наши женщины встали и ринулись к директору. Не тут-то было!
- Приглашаю! – выкрикнула я, еще не добежав двух метров. В своем платье цвета шампань (декольте – макси, длина – мини) я затмила всех этих серых мышей! Только импотент или мужик с низкой самооценкой откажет мне.
- Как же неудобно, – лукаво прищурился директор. – Я, Людочка, уже обещал этот танец.
Главная бухгалтер (ее возраст скрывается в сейфе бухгалтерии, но я уверена, что ей четыре раза по двадцать) взяла директора под руку и повела на танцпол. Во время танца, ее черное платье колыхалось как балахон, а накладной высокий парик кренился в бок, как Пейзанская башня.
- Что, Паровозова, журавль улетел? – хихикнула Нинка.
Не было в моей жизни такого корпоратива, когда хотелось скорейшего его окончания. Я съела все закуски в радиусе «куда руки дотягиваются», потанцевала в дальнем углу зала, а когда «первые ласточки» потянулись на выход, я тоже засобиралась.
Роняя слезы от обиды, шмыгая носом, я сидела в раздевалке на лавочке и пыталась натянуть сапог на отекшую ногу.
- Что же вы, Людочка, так рано уходите? – раздался голос из дверного проема.
Я психанула. Швырнула сапогом в того, кто задал глупый вопрос, вскочила и закричала:
- Хочу, ухожу! Скучно у вас тут! Весь год вкалываешь, вкалываешь! А потанцевать нормально не дают!
- В таком случае предлагаю покинуть эту скучную вечеринку, – улыбаясь, сказал новый директор и протянул мне сапог. – И вместе посетить веселую.
- А! Что? Ой. – Я приняла сапог. – А вы меня завтра не уволите?
- Завтра Новый год, Людочка, день нерабочий. Завтра я вас точно не уволю.
Автор: Елена Леонтьева. г. Отрадный И еще один ее очень душевный рассказ... Уверяю, не пожалеете
Публикация прислана в помощь ребятам. Все, что зарабатывает канал, переводится на приобретения материала для маскировочных сетей.
С теплом, ваша Я)