416 стр.
Всем здравствуйте!
Сегодня поговорим о дебютном романе американского писателя афганского происхождения Халеде Хоссейни (род. 1965), который в следующем месяце отметит своё шестидесятилетие. Халед Хоссейни родился в Кабуле в семье дипломата, мать преподавала фарси в средней школе в столице Афганистана. В 1976 году отец будущего писателя получил назначение в Париж, а после ввода в декабре 1979 года советских войск в Афганистан, дипломат попросил политического убежища в США. Вскоре семья Хоссейни перебралась в Калифорнию, где Халед Хоссейни закончил потом Калифорнийский университет в Сан-Диего и стал врачом. С 1996 по 2004 год Халед занимается медициной и практикует как терапевт. В 2003 году публикуется его первый роман "Бегущий за ветром", который становится мировым бестселлером. С этого события начинается литературная деятельность Халеда Хоссейни. В 2007 году роман был экранизирован.
Повествование ведётся от лица Амира - мальчика из обеспеченной кабульской семьи. Его отец, Баба, стал со временем одним из самых богатых предпринимателей в Кабуле.
Со своим партнёром Рахим-ханом они создали процветающую компанию по экспорту ковров. Кроме того им принадлежали две аптеки и ресторан.
Мать умерла зимой 1963 года, когда рожала Амира. Всю жизнь потом Амиру казалось, что отец невольно винит своего сына в смерти своей жены и относится к нему несколько прохладно. Баба и Амир живут в роскошном особняке.
В южной части сада, в тени локвы, стоял дом слуг, скромная глинобитная хижина, где жили Али и Хасан.
Хасан родился на год позже Амира, Али работал в доме Бабы слугой. Мать Хасана через неделю после его рождения сбежала из семьи с труппой бродячих артистов.
Иногда, сидя на дереве, я подговаривал Хасана пульнуть из рогатки орехом в соседнюю одноглазую немецкую овчарку. Хасан поначалу не соглашался, но если я просил, по-настоящему просил, он не мог мне отказать. Он всегда выполнял любую мою просьбу, а с рогаткой был просто неразлучен.
Амир - по национальности пуштун (национальное большинство в Афганистане, доминирующий этнос), Хасан, сын Али, - хазареец (одно из нацменьшинств в Афганистане, составляющее 8-10 % от общей численности населения; часто к ним относились как к людям "второго сорта"). Амир - суннит, Хасан - шиит. Но это всё не мешает мальчикам дружить и вместе проводить всё свободное время.
Как-то в кабинете Бабы мне в руки попалась старая матушкина книга иранского автора Хорами. Я сдул с неё пыль, взял с собой, чтобы почитать на сон грядущий, раскрыл и был потрясён, обнаружив, что народу Хасана, хазарейцам, посвящена целая глава. Оказалось, мы, пуштуны, исторически преследовали и угнетали хазарейцев, вот те и подняли в девятнадцатом веке бунт, который был "подавлен с неслыханной жестокостью". В книге говорилось, что мой народ перебил массу хазарейцев, продал в рабство их женщин, сжёг их дома и изгнал с родных земель. В книге говорилось, что хазарейцы - шииты, и это одна из причин ненависти к ним суннитов-пуштунов.
Однако отец Амира очень тепло относится и к Али и к Хасану, которому всегда делает на день рождения дорогие подарки. Амир нередко ревнует Хасана к своему отцу.
Меня и Хасана вскормила одна женщина. Свои первые шаги мы сделали на одной и той же лужайке на одном и том же дворе. И под одной крышей мы произнесли наши первые слова.
Я сказал: "Баба".
Он сказал: "Амир". Произнёс моё имя.
Оглядываясь теперь назад, я вижу: эти наши первые слова заложили основы всего, что случилось зимой 1975 года. По ним всё и исполнилось.
Хасан всецело предан Амиру, считает его своим лучшим другом, всегда встаёт на его защиту, во всех ситуациях. И прощает Амиру все его выходки и насмешки, порой ранящие самолюбие Хасана.
1975 год. Амиру 12 лет, Хасану - 11. В Кабуле проходит одно из традиционных и любимых в народе событий - массовое соревнование по запуску воздушных змеев. Победителем провозглашается тот, чей воздушный змей последним останется в воздухе, "срезав" всех остальных, а приз - последний упавший змей, которого необходимо было ещё и найти первым в месте его падения.
За змеями гонялись ватагами. Но с Хасаном не мог сравниться никто. Просто чудо, как он умудрялся точно угадать точку приземления и прибежать туда раньше змея. Такой у него был дар.
Амир рассчитывает на то, что победа в соревновании змеев поможет ему вернуть полноценное расположение отца. И они вместе с Хасаном побеждают всех остальных участников, последний змей "срезан", осталось только его найти. Хасан, обладающий даром быстрее всех оказываться в месте падения воздушного змея, убегает за трофеем, но долго не возвращается. Амир отправляется на его поиски.
Хасан стоит у глухой стены тупика в угрожающей позе: кулаки сжаты, ноги расставлены. За спиной у него в куче камней и металлолома прислонён синий змей. Вот он, ключ к сердцу Бабы.
Дорогу Хасану загораживают трое парней, тех самых, с пустыря у подножия холма, которые не стали с нами связываться, стоило Хасану показать свою рогатку. С одной стороны - Вали, с другой - Камаль, а посередине - Асеф.
По телу у меня пробегает ледяная дрожь.
Асеф был сыном пилота гражданских авиалиний, из обеспеченной семьи. Но с детства отличался садистскими наклонностями и националистическими взглядами. Вали и Камаль - его закадычные дружки. Из страха перед ними, Амир не обнаруживает себя и не вмешивается даже тогда, когда Асеф насилует Хасана, а Вали и Камаль держат жертву.
Отворачиваюсь. Что-то тёплое ползёт у меня по руке. Оказывается, я прокусил себе кулак до крови. Из глаз у меня текут слёзы. Слышно, как постанывает Асеф.
Надо решаться. Ещё можно изменить свою судьбу. Подняться, вступиться за Хасана - как он частенько вступался за меня, - и будь что будет.
А можно и убежать.
И я убегаю.
Амир не рассказывает никому, что видел происходящее. В том числе и Хасану. Видел ли его Хасан - он не знает. Хасан вскоре приходит домой и отдаёт долгожданного змея Амиру.
Амир, чувствуя свою вину, начинает сторониться Хасана. Хасан предпринимает попытки вернуть прежнюю дружбу.
Наступает день рождения Амира. Множество подарков дарят ему родственники и знакомые, которых пригласил на праздник Баба. На день рождения Амира приходит и Асеф, который дарит ему книгу.
Разворачиваю книгу, подаренную Асефом, и при свете луны читаю название. Это биография Гитлера.
Баба дарит своему сыну дорогой велосипед и наручные часы с золотыми стрелками в форме молний. Амир берёт несколько конвертов с деньгами, которые ему подарили, и часы - и засовывает их под тюфяк Хасану.
Баба поднялся во весь рост и спросил:
- Значит, это ты украл деньги? Ты украл часы Амира?
- Да, - чуть слышно ответил Хасан. Голос у него был хриплый.
Я покачнулся, как от пощёчины. Сердце у меня сжалось, и я чуть было не проговорился. Но тут меня озарило: ведь Хасан жертвует собой ради меня! Если бы он сказал "нет", отец бы ему поверил, все мы прекрасно знали, что Хасан никогда не врёт. Объясняться пришлось бы мне, и стало бы ясно, кто подлинный виновник. Баба никогда бы не простил такое. И вот ещё что: Хасану всё известно. Он знает: я был тогда в том захламлённом закоулке, всё видел и не вмешался. Он знает, что я предал его, и всё-таки старается спасти меня.
Баба объявляет, что он... прощает Хасана. Но Али твёрдо решает уехать с Хасаном из этого дома. Баба лично отвозит Али и Хасана на автовокзал.
Проходит пять лет. В марте 1981 года Баба решает покинуть Афганистан вместе с сыном. Они отправляются в кузове грузовика в сторону Джелалабада с таким же, как и они, беженцами.
В Кабуле никому больше не было веры - за деньги или под угрозами люди доносили друг на друга, сосед на соседа, сын на родителей, слуга на хозяина, приятель на приятеля. Вот, например, певец Ахмад Захир, который играл на аккордеоне на праздновании моего тринадцатого дня рождения, - он поехал куда-то с друзьями на машине, и его тело нашли потом на обочине с пробитой головой.
Ахмад Захир (1946 - 1979) - известный афганский певец и композитор, которого называли "афганский Элвис Пресли". Погиб 14 июня 1979 года на перевале Саланг в ДТП, хотя обстоятельства его гибели до сих пор точно неизвестны.
Через двадцать минут мы стояли у блокпоста в Махипаре.
Махипар - это первый горный серпантин и перевал по дороге на Джелалабад, в получасе езды от Кабула.
Амир рассказывает нам, как на блокпосту советский солдат, находясь под наркотическим воздействием, проводит осмотр грузовика с людьми. Водитель грузовика Карим просит солдата разрешить им проехать.
Карим откашлялся, потряс головой и сказал, что солдат хочет провести полчаса с дамой из грузовика.
Баба встаёт на защиту женщины.
Русский отбросил недокуренную сигарету и достал из кобуры пистолет.
Вот так суждено умереть моему отцу. Здесь, на моих глазах.
Про себя я повторял заученную в школе молитву.
- Переведи ему, пусть хоть тысячу пуль в меня всадит, но я не позволю ему опозорить женщину.
Русский наставляет ствол пистолета на Бабу, но потом всё же стреляет в воздух. На выстрел подходит седой русский офицер и извиняется за поведение "своего товарища":
- На войну присылают мальчишек. А тут полно наркотиков. Накачиваются, вот на подвиги и тянет. Ну что мне с ним делать?
Седой махнул нам рукой, и мы тронулись с места.
На мой личный взгляд, данный эпизод в романе полностью "притянут за уши". Такого не могло быть. Я понимаю, что надо противопоставить поведение Бабы и Амира: Амир - трусит, когда друг в опасности, Баба - геройствует, заступаясь за неизвестную ему женщину. Это всё понятно, но описанная ситуация - маловероятна, а точнее - невероятна. Во-первых, у солдата не может быть пистолета, это оружие не положено ему по штату. У офицера может, у прапорщика может, у солдата - исключено. Даже трофейный пистолет ему иметь не разрешили бы, тем более - носить его открыто в кобуре на ремне. Чушь полная. Во-вторых, если на блокпосту есть офицер - никогда бы солдат не стоял на посту "укуренный", или под воздействием наркотиков. Тем более - на трассе недалеко от столицы, где постоянно перемещаются военные машины, ездит начальство. И солдат и офицер с этого блокпоста угодили бы под трибунал, нарвавшись на первого же проверяющего. Да солдат навряд ли бы и пошёл на такое преступление на блокпосту, где, к тому же, находились, как мы знаем из текста романа, ещё и сарбозы (солдаты правительственных войск Афганистана). Поэтому, данная описываемая ситуация - явно для "красного словца" вставлена. Оставим её на совести автора.
Итак, Баба с Амиром перебираются в Пакистан, а оттуда эмигрируют в США. Баба устраивается в Америке на автозаправочную станцию, Амир заканчивает школу. Амир пробует свои силы на литературном поприще. Со временем его начинают печатать, у него выходят романы. Встретив девушку из такой же эмигрантской семьи афганцев, Амир женится. Но детей у них нет.
Ночью, лёжа с открытыми глазами рядом с мирно посапывающей Сораей, я слушал, как поскрипывает на сквозняке входная дверь, как стрекочут во дворе сверчки, и остро чувствовал всю пустоту бездетности. Она теперь всегда была с нами, в грусти и в веселье, даже любовные ласки были пропитаны ею. А уж поздней ночью она просто лежала между нами.
Совсем как грудной младенец.
Идут годы. Баба умирает. Амир становиться преуспевающим писателем. Амир и Сорая покупают собственный дом в Сан-Франциско.
Наступает июнь 2001 года.
Я положил телефонную трубку на аппарат и застыл. Только когда Афлатун неожиданно гавкнул, я понял, как тихо вдруг стало в доме. Это Сорая выключила звук у телевизора.
- Ты какой-то бледный, Амир.
...
Я старался переварить слова, которыми Рахим-хан закончил разговор, закрывал глаза и видел его у телефона на том конце длиннейшего кабеля, видел его наклонённую набок голову и слегка приоткрытый рот. Теперь я знал тайну, укрытую в его бездонных чёрных глазах. Мои многолетние подозрения подтвердились. Рахим-хану давным-давно было известно всё: и про Асефа, и про воздушного змея, и про подброшенные деньги, и про часы со стрелками в виде молний.
"Тебе выпала возможность снова встать на стезю добродетели" - такими словами Рахим-хан закончил разговор. Он произнёс их лёгким тоном, как нечто само собой разумеющееся.
На стезю добродетели.
Амир вылетает в Пакистан. Что ждёт его впереди, и что ещё поведает ему Рахим-хан, компаньон и друг Бабы? Об этом вы узнаете, прочитав эту книгу. У Амира впереди очень тяжёлые испытания... Но он должен встать "на стезю добродетели"...
Спасибо за внимание!