Хорошего, правильного детства без сказок Пушкина у русского ребенка быть не может. Лично я в этом убеждена.
Сказки – это менталитет народа, корни всех традиций, система мышления, культурный код, личностная и национальная идентичность. Все это должно закладываться в детстве.
Читать с ребенком сказки Пушкина, вместе вслушиваться в мелодику родного языка, объяснять малышам непонятные старинные слова и выражения – это необходимая часть воспитания.
Конечно, читать можно и нужно не только Пушкина. У нас огромное сказочное богатство есть для детей. Тут и «Конек-Горбунок» Ершова, и «Черная курица» Антония Погорельского, и сказки Корнея Чуковского, и Бориса Шергина, Ефима Честнякова, сказы Павла Бажова и т.д. И народных, и литературных сказок у нас предостаточно. Через них дети входят в мир литературы и русской культуры.
Раньше в эту сокровищницу культурного наследия входили еще и былины. Не знаю, как теперь, а в советской школе с 5 класса – когда, собственно, и начиналось изучение предмета «литература» (с 1 по 4 класс был предмет «Родная речь» - изучение языка и литературы вместе), оно начиналось именно с чтения и изучения русских былин.
Можете считать меня жутким ретроградом и параноиком, но я с ужасом смотрю на то, как современный кинематограф и мультипликация вторгаются в святая святых, в самое ядро и основу русского национального самосознания – русские былины, переиначивая их на свой лад в сознании молодежи. «Осовременивание» былин якобы должно сделать их понятнее и доступнее для юных умов. Но такие вещи нужно делать аккуратно, бережно, чтобы не погубить, не извратить заложенного глубинного смысла этих художественных произведений, заключенного, в том числе, в их своеобразной эстетике.
К сожалению, повышение доступности от нынешних "творцов", как правило, означает не столько упрощение, сколько опошливание высоких смыслов и героики прошлого.
Вообще эта тенденция упрощать сложное – для нашей исторической перспективы довольно новая. Прежде вектор обучения был иным: человеку требовалось дорасти до сложного, заострить мозг, напрячь его, чтобы понять. Разжевывание и упрощение смыслов в конечном итоге ведет к деградации.
Мультфильмы, фильмы и сериалы про «богатырей» на современный лад – пустое развлечение и отвлечение от высоких смыслов. А то и извращение того хорошего, доброго и светлого, что было заложено в старинных сказаниях. Меня, например, настораживает тот факт, что в популярной франшизе о «Последнем богатыре» хорошим персонажем сделался вдруг Кощей бессмертный, и, наоборот, богатырь Добрыня совершает злые поступки. Из Колобка и вовсе какого-то монстра сделали. Для чего? И главное – к чему все это приведет? Кинодеятели об этом вряд ли задумывались. У них нет никаких обязательств перед зрителями и тем более, потомками.
А у нас такие обязательства есть.
Поэтому, прежде чем ребенок увидит переиначенные творения современников, необходимо дать ему прикоснуться к чистому источнику культурного наследия своего народа, чтобы именно эти чистые источники стали основой его мировоззрения.
Поэтому давайте читать детям Пушкина, чтобы они полюбили сначала его сказки. А уже потом окунулись в «современность».
Я не задумывала изначально какой-то большой статьи. Хотела просто похвастаться, какие книги купила за последний месяц. Но когда начала фотографировать – поняла, что хочу перенести в материал каждую картинку, а это слишком: я ведь не фотограф и не фотоальбом составляю.
В итоге решила написать не только о конкретных изданиях, но немного и о художниках – иллюстраторах «детского» Пушкина.
А. Пушкин «Руслан и Людмила», иллюстратор - Леонид Владимирский
136 стр.
Недавно «Эксмо» переиздали сказочную поэму Пушкина с иллюстрациями Леонида Владимирского – замечательного художника, которого книгочеи отлично знают, в первую очередь, по его иллюстрациям к сказкам А. Волкова об Изумрудном городе и Волшебной стране.
Но именно рисунки к поэме Пушкина были дебютом для будущего известного художника – это была его дипломная работа. Она так понравилась, что на основе этих рисунков был выпущен диафильм для детей, а Леонида Владимирского пригласили на работу в московскую студию диафильмов. Таким было начало его профессиональной карьеры. Я довольно подробно писала об этом вот тут: «Все волшебники Изумрудного города. Как сошлись звезды для изумительной сказки Александра Волкова»
Так что повторяться не буду. Относительно издания «Эксмо»: книга выпущена на плотной, офсетной бумаге, с твердым качественным переплетом. Но, к сожалению, в моем экземпляре иллюстрации затемнили. Скорее всего, это совместная ошибка издательских цветокорректоров и типографских печатников. Рисунки получились не яркие. Но я все равно рада иметь такую книгу в своей коллекции.
А. Пушкин «Сказки», иллюстратор - Борис Зворыкин
80 стр.
Эту книгу выпустило изд-во «Ино». Единственное, о чем можно пожалеть в ее отношении – так это формат. Квадратный, не на много больше формата школьного учебника – чуть выше и чуть шире А4. Понятно, что бумага – а в данном издании это дорогая мелованная бумага – повышает цену, и все же такое царское оформление, как тут, безусловно, требовало по-настоящему парадной величины!
Борис Зворыкин, Иван Билибин. Русский стиль
Дело в том, что оформление сборника было выполнено Борисом Васильевичем Зворыкиным. Первое издание состоялось в Париже, в 1925 году.
Борис Васильевич Зворыкин родился 19 сентября 1872 года в Москве. Кто-то из современных энтузиастов - исследователей русских родословных - раскопал архивы и выяснил, что, скорее всего, Борис Васильевич принадлежит к тому же роду купцов Зворыкиных, выходцев из Мурома, что и знаменитый изобретатель телевидения, Владимир Козьмич Зворыкин, хотя прямого родства между ними нет.
Борис Васильевич с ранних лет обнаружил талант рисовальщика. Окончив гимназию, он поступил в Московское художественное училище живописи, ваяния и зодчества, но уже после пары лет обучения в столице стали выходить первые книги с его рисунками. Зворыкин оформил множество томов для популярного издательства И.Д. Сытина и других.
Первый опыт оформления им сказок Пушкина состоялся в 1903 году: товарищество скоропечатни А. Левенсона выпустило «Сказку о золотом петушке», которую проиллюстрировал Зворыкин. Это был также его первый опыт рисования для детей. Он оказался чрезвычайно удачным. Художественный талант Зворыкина сделался исключительно востребованным. Помимо детских сказок, он оформил множество календарей, юбилейных и подарочных изданий, поздравительных адресов, театральных афиш. Выполненные им серии акварельных открыток на исторические темы: «Нашествие Наполеона 1812 года», «Смутное время», «Русские храмы», «Русские былины», «Пословицы» и т.д. были очень популярны.
Но Борис Васильевич работал не только как книжный график, но и как живописец, иконописец. Императорская семья с большим уважением и интересом относилась к творчеству Зворыкина, поэтому ему доверили участвовать в оформлении Феодоровского Государева собора в Царском Селе и росписи кафедрального собора Св. равноапостольного Александра Невского в Симферополе. В 1913 году художник трудится над оформлением «Летописного изборника дома Романовых» - парадное издание к 300-летию династии.
Мне встречались мнения, что якобы Борис Васильевич Зворыкин – всего лишь последователь Ивана Билибина и подражатель «билибинского стиля». Это мнение глубоко ошибочно.
Иван Билибин – современник Зворыкина, младше Бориса Васильевича на четыре года, но свои первые шаги в профессии сделал чуть позднее. Дело в том, что изначально дворянин Билибин получил юридическое образование, и в 1898-1904 годы (когда Зворыкин уже рисовал для издательств) занимался в художественных школах и мастерских – в том числе в качестве вольнослушателя в Академии художеств под руководством Репина.
Свои первые иллюстрации к сказкам Пушкина Иван Билибин создал в 1904 году – после совершенной им этнографической экспедиции на земли русского севера, в Архангельскую, Вологодскую, Олонецкую губернии.
Иван Билибин невероятно талантливый художник, театральный оформитель, участник прославленной группы «Мир искусства», собранной А. Бенуа и С. Дягилевым; заслуги Билибина перед русской живописной культурой огромны и неоспоримы, но считать его одного творцом знаменитого «русского стиля» несправедливо. Как несправедливо и считать Бориса Зворыкина последователем Билибина.
Они не были «оригиналом» и «копией»; они были единомышленниками. И в 1915 году, оба они, и Борис Зворыкин, и Иван Билибин, наряду с В. Васнецовым, К. Маковским, М. Нестеровым, Н. Рерихом, а также и несколькими писателями, искусствоведами, архитекторами, государственными и общественными деятелями – учредили «Общество возрождения художественной Руси». Этот союз провозглашал своей миссией возрождение и пропаганду в массах древнерусского искусства.
На самом деле «русский стиль», царивший в конце 19-начале 20 века в книгоиздании, живописи, театральном, балетном искусстве и архитектуре был превалирующим стилем того времени. Самая модная и красивейшая тенденция эпохи!
Это легко заметить даже людям, неискушенным в искусствоведении – достаточно открыть глаза и посмотреть на то, что и как издавали в те годы, что строили, ставили в театрах. Русский стиль главенствовал над всем!
Самое удивительное, что, когда говорят о русском искусстве той эпохи, о русском стиле не упоминают – он совершенно ушел в тень так называемого «русского авангарда» и «русского конструктивизма». И вот этот теневой навес лично мне представляет буквально какой-то зловещей диверсией по отношению к русской культуре. Потому что на мой взгляд весь этот хваленый авангард и конструктивизм – настоящее уродство, дешевый концептуализм, ничего общего не имеющий с искусством. За все произведения хваленого авангарда я бы и одной зворыкинской открытки не отдала. Но это мое личное мнение.
"Сказки" Пушкина в исполнении Зворыкина – это следование художественным традициям русской книжной миниатюры, русских летописных манускриптов. Только взгляните, с какой тщательностью и любовью выполнены орнаменты на одеждах, как прорисованы узоры, продуманы оригинальные буквицы.
Такое оформление хочется рассматривать в деталях. На бумажных страницах книги нет позолоты, но кажется, что она есть. Она должна быть, она смотрелась бы здесь абсолютно естественно – ведь от этих рисунков исходит какое-то духовное сияние!
Такова работа Бориса Васильевича Зворыкина.
И таков «русский стиль», созданный творцами конца 19-начала 20 века.
Сказки Пушкина в оформлении Ивана Билибина большим отдельным томом в современном издании я не нашла. Но есть комплект из 5 книжек в мягкой обложке от изд-ва «Проспект» и два тома с иллюстрациями этого замечательного художника к русским народным сказкам в черной серии «Библиотека мировой литературы» («Русские сказки» и «Волшебные сказки»).
Судьба Бориса Зворыкина и Ивана Билибина, чьи работы и устремления в искусстве были так схожи, развела художников, казалось, по разные стороны: Зворыкин покинул Россию после революции, Иван Билибин – тоже, но вернулся в 1936. А умерли они оба в 1942: Зворыкин – в оккупированном немцами Париже, Иван Билибин – в несдавшемся блокадном Ленинграде. У судьбы – своеобразные рифмы.
"Сказки" Пушкина, иллюстратор - Владимир Конашевич
В детстве у меня была книжка издательства «Детская литература» 1971 года издания, оформленная Владимиром Михайловичем Конашевичем. Большая, нарядная книга с яркой оранжевой обложкой. До сих пор помню, как раскладывала ее на коленках, читала, рассматривала рисунки.
Рука художника, его стиль, были мне уже знакомы – я уже читала оформленные Конашевичем стихи Маршака и сказки Чуковского, в том же большом формате и такие же яркие, детализированные и, как бы сейчас, выразились – 3D. В отличие от Зворыкина и Билибина, Конашевич создавал в иллюстрациях объем, а вот узоры, напротив, упрощал, приближая их к детскому рисунку. Но в композициях рисунков, в «буквицах» и форзацах, сделанных Конашевичем, чувствуется если не прямое влияние, то уж точно близкое знакомство художника с работами старших мастеров.
Иначе и быть не могло: ведь Владимир Конашевич, уроженец Новочеркасска (Область Войска Донского Российской империи) 1888 года рождения оканчивал то же самое Московское училище живописи, ваяния и зодчества, что и Борис Зворыкин, а в 1922-24 года был участником группы «Мир искусства», как Иван Билибин.
Только по сравнению с работами предшественников рисунки Конашевича легче, наполнены детской беззаботностью и фантазией – сходство с парадными буквицами и заставками Зворыкина и узорами Билибина несомненно, но такое, будто ребенок решил их перерисовать из «взрослой» книжки.
В прошлом году издательство «Мелик Пашаев» выпустило переиздание той моей книги детства - сказки Пушкина с иллюстрациями Владимира Конашевича. Но если в книге 1971 года было 136 страниц – ее дополняло предисловие К. Паустовского и небольшая статья о художнике-иллюстраторе книги, то в современном переиздании все «излишества» убрали, чтобы сэкономить бумагу. Увы, но «с бумагой в стране напряженка». Снова.
"Сказки" Пушкина, иллюстратор - Татьяна Маврина
Может показаться удивительным, но художница, так много привнесшая в свой авторский стиль из русского лубка, народных промысловых росписей, из фольклорной простоты и наивности - по рождению - аристократка. Ее мать – потомственная дворянка Анастасия Маврина, вышла замуж за литератора Алексея Лебедева. У пары родилось четверо детей. Татьяна Лебедева, 1902 года рождения, была младшей.
Большая интеллигентная семья жила в Нижнем Новгороде; интеллигентные родители много читали, дети учились рисовать, петь, играть на музыкальных инструментах. В семье издавался свой домашний литературный журнал, в доме царила атмосфера творчества, игры. Уважение к традиционным русским художественным промыслам и увлечение ими у Татьяны Лебедевой родилось именно в семье. Это было модное веяние эпохи: по всей стране русское народное искусство переживало возрождение, им интересовались и художники, и меценаты, и даже члены царской семьи.
После революции Лебедевы переехали в Москву, и Татьяна поступила на обучение в знаменитый ВХУТЕМАС, где ее преподавателями были Николай Синезубов и Роберт Фальк – авангардисты. Их заслугой стало умение учеников работать быстро, легко ломая стереотипы, и следовать собственному художественному видению, развивая свой стиль.
В 20-х годах Татьяна вошла в группу молодых художников «Тринадцать», а в 30-х годах начала работать в качестве книжного графика. И в эти же годы, словно в пику советским классовым стереотипам, стала подписывать свои работы девичьей – дворянской – фамилией матери: Маврина. Она вышла замуж за художника-графика Николая Кузьмина, бывшего товарища по группе «Тринадцать». Он был намного старше Татьяны и уже вполне сложившийся, признанный рисовальщик. Сейчас его знают больше, как иллюстратора «взрослых» вещей Пушкина – в частности, Евгения Онегина, которого Кузьмин старался отрисовывать, как он сам объяснял: «в темпе автора». Брак двух творческих личностей оказался вполне счастливым. Хотя, казалось бы, в этой семье могли быть причины для размолвок – Кузьмин был уже признанным книжным графиком, востребованным и заваленным работой. А Татьяна Маврина до самого начала войны работала как художник-станковист. В те годы ее очень вдохновляли импрессионисты. Она много писала обнаженные женские фигуры – и эти радостные, полные жизни «нюшки» (ее собственное выражение) действительно заставляют вспомнить полотна Ренуара, Мане, Тулуз-Лотрека.
Она словно не замечала, как вокруг сменилась эпоха – и художественная манера. Соцреализм уже не жаловал экспериментальную распущенность, требуя большей строгости, соответствия новым моральным канонам. Маврина не вписывалась в эти каноны – ее лихость, бесшабашность, волшебная фантазия выбивались из всех рамок.
Во время войны она увлеклась книжной иллюстрацией, но издательские чиновники не особенно жаловали ее, и книги Мавриной выходили редко.
Прорыв случился после войны, в 60-е. Как раз в те годы в среде интеллигенции снова возродился интерес к русским художественным традициям, к русской иконе. Татьяну Маврину, наконец, признали. Она создала иллюстрации более чем для 200 детских книг. Ее начали ставить в один ряд с Васнецовым, Билибиным, Е.Поленовой.
Но даже несмотря на то, что в 1975 году ее труды были отмечены Государственной премией СССР, а в 1976 она получила самую высокую награду для детского художника – международную премию Андерсена – и долгое время оставалась единственным русским художником, удостоенным такой престижной награды; в 1981 году получила звание заслуженного художника РСФСР – ее продолжали держать несколько в стороне от официального искусства. Она продолжала считаться художником-неформалом.
Татьяна Маврина умерла в 1996, на 9 лет пережив своего мужа.
Летом 2021 года в Третьяковской галерее была организована ее большая выставка. На ней были представлены выполненные ею эскизы, графика, живописные полотна – портреты, сюжетные картины, городские пейзажи, натюрморты, серия иллюстраций к книгам, сказкам Пушкина и расписанные ею предметы быта.
Я была на этой выставке, и была просто потрясена фантастической, яркой колористикой, чудесной фантазией и юмором художницы. Сказочная графика Мавриной – настоящий взрыв цвета, фонтан эмоций, заряженный невероятной энергией солнца, счастья, детства, радости. Собственно, и выставку так и назвали: «Ода к радости».
Как истинный художник, она преображала мир вокруг себя. Не важно – как, не важно – чем, и на чем – она рисовала, преображала, создавала вокруг себя другую, фантастически прекрасную удивительную реальность.
Издательство «Проспект» выпустило иллюстрированную ею книжку сказок Пушкина. Я не могла ее не купить: на эти рисунки хочется смотреть и подзаряжаться тем жизненным восторгом, который существует внутри всего творчества Татьяны Алексеевны Мавриной.
Тем более, что именно эта книга – наиболее полная; она содержит все написанные Пушкиным сказки, в том числе «Сказку о попе и работнике его Балде» и совсем редко публикуемую «Сказку о медведихе». А еще – вступление к поэме «Руслан и Людмила».
Помните? «У Лукоморья дуб зеленый…»
А. С. Пушкин «Сказки»
204 страницы
Издательство «Проспект», твердый переплет, бумага офсетная.