Перейти к первой части статьи>>>
Часть 2
Иркутск, сентябрь 1983 года. К этому времени каждый шаг заключённого колонии №3 Владимира Ипполитовича Ветрова находился под строгим контролем. Подозрений в отношении него становилось всё больше:
- Он имел доступ к секретной справке, на основании которой в апреле 1983 года были выдворены из Парижа 47 советских граждан.
- В служебном сейфе Ветрова был найден мини-фотоаппарат, удобный для скрытой съёмки документов.
- Ветров тайно встречался с женой французского военного разведчика.
- Советские агенты, провалившиеся во Франции и в других странах Запада с 1980 по 1983 годы, работали по линии научно-технической разведки (аналитик управления «Т» Ветров не мог их не знать).
- Осенью 1983 года Ветров написал очередное письмо жене, а вместе с ним и записку для её брата, певца Льва Барашкова.
Вот именно эти несколько строк и явились важнейшей уликой!
Что же было в этой записке?
Ветров не мог не знать, что все письма из колонии просматриваются, но вероятно рассчитывал, что безобидное содержание записки не вызовет подозрений: бывший подполковник просил шурина дать знать его французским друзьям, где он находится.
Как выяснится позже, родственник однажды уже помог ему, и Ветров снова рассчитывал на услугу. Но к этому времени всю его переписку контролировала контрразведка, и просьба передать привет французским друзьям стала фатальной ошибкой когда-то успешного оперативника КГБ.
В конце 1983 года Ветрова перевезли из Иркутска в Москву и предъявили ему новое обвинение в измене Родине в форме шпионажа. По началу он отрицал свою вину, но спустя месяц ему пришлось сознаться в содеянном и всё рассказать.
Со своей будущей любовницей Ветров познакомился на службе; каждый день на специальном автобусе они вместе ездили в Ясенево, где находилось первое Главное управление КГБ. Её звали Людмила, она была замужем и также заинтересована в сохранении их связи в тайне. Но вскоре романтика отношений стала таять: Мила требовала к себе уважения, а вместе с уважением требовала подарков. Ну а денег на подарки не было.
У Ветрова в жизни как раз началась чёрная полоса: продвижения по службе даже не ожидалось, уже 7 лет он оставался подполковником. Не давали ему покоя и воспоминания о жизни за границей.
"Наступил Новый год, но не радует простых парижан яркие огни праздничных витрин на Елисейских полях..." — типичный язык репортажей советских журналистов и международников того времени, но Ветров вспоминал о пяти годах работы за границей как о лучшем времени в своей жизни.
Ему снова хотелось оказаться где-нибудь среди ярких парижских витрин.
* * *
Москва, февраль 1981 года. В советской столице открылась международная выставка электронного оборудования. Подойдя к представителю одной из французских фирм, Ветров попросил его передать письмо другу Жаку Прево из фирмы Thomson-CSF. Бизнесмен эту просьбу не выполнил (испугался, что это провокация в отношении него лично; не читая, разорвал и выкинул письмо).
Так и не получив ответа от французов, Ветров попросил помощи у шурина певца Льва Барашкова; тот собирался на гастроли в Венгрию и согласился взять с собой письмо родственника его французскому другу, ведь из Будапешта послание в Париж дойдёт быстрее.
Вскоре Жак Прево получил советский конверт для авиапочты: "Дорогой Жак, пользуясь возможностью, хочу передать тебе привет и сообщить, что мы со Светланой живы, здоровы, часто вспоминаем Париж и тебя... Если будешь когда-то по делам службы, или так, в Москве, то, пожалуйста, ты наш телефон помнишь, позвони нам. Мы всегда рады будем тебя видеть! Мне есть о чём с тобой поговорить. Это вопрос жизни и смерти!"
Через некоторое время подполковнику КГБ позвонил представитель фирмы Thomson-CSF в Москве. 6 марта 1981 года Ветров принёс на встречу с ним толстую папку с секретными документами.
Это было только начало, позже они провели ещё пять таких встреч.
Французы высоко оценили нового агента и присвоили ему оперативный псевдоним Farewell (в переводе с английского — "Прощай"). Затем агента «Прощай» передали на связь военному разведчику, майору Патрику Феррану, он же военный атташе Франции в Советском Союзе.
И здесь КГБ допустил явный просчёт!
Майор Ферран с женой Мадлен и пятью детьми прибыли в Москву в конце 1980 года, он пытался скрытно фотографировать секретные объекты, под разными предлогами посещал интересующие его районы страны. Служба наружного наблюдения КГБ, безусловно, следила за майором и отлично знала специфику работы французских разведчиков но того, что Феррану передали на связь нового и особо ценного агента «Прощай», в КГБ не знали.
Французы подстраховались вдвойне: регулярные встречи с Ветровым поручили не самому атташе, а его жене Мадлен. В ЦРУ были уверены, что за женой Феррана не было установлено наблюдение, и она свободна от подозрений КГБ. К тому же майор был слишком заметной фигурой в буквальном смысле (его рост составлял 198 см).
Контакты Мадлен с Ветровым проходили как в плохом детективе: французы снабдили их одинаковыми сумками, в пятницу вечером они приезжали на Черёмушкинский рынок и разыгрывали случайную встречу старых знакомых, а потом прощались. При этом Мадлен незаметно забирала его сумку с документами, а он уходил с её покупками.
Дома Мадлен вместе с мужем копировали эти документы, и на следующий день она возвращала их Ветрову у музея Бородинская панорама, где их однажды и заметила подруга Светланы.
Подполковник ходил буквально по лезвию бритвы: он скрытно выносил документы с работы, а потом возвращал их обратно. В любой момент его могли взять с поличным.
В дальнейшем французы передали ему компактный фотоаппарат. Он делал снимки во время ночных дежурств по управлению, когда оставался один; у дежурного были ключи от всех кабинетов отдела и ко многим шкафам с документами. Ветров фотографировал целые оперативные дела, отчёты о работе управления, переписку между центром и резидентурами, закрытые решения и постановления различных советских ведомств. На некоторых документах стояли резолюции председателя КГБ Андропова и даже пометки генерального секретаря Леонида Брежнева.
23 мая 1981 года Ветров принёс для Мадлен очередную партию документов, но не только их... Посылку он сопроводил несколькими малокалиберными зенитными снарядами. Когда жена французского майора пришла домой и ожидавший её со встречи муж начал разбирать содержимое сумки с Мадлен случилась истерика, с ним в общем-то примерно то же самое. На следующую встречу отправился уже сам военный атташе.
Всего за 11 месяцев Патрик и Мадлен Ферран встречались с Ветровым 12 раз, но 23 февраля 1982 года на очередную встречу у музея Бородинская панорама подполковник так и не пришёл. Ферран не знал, что агент Прощай к этому моменту уже сутки находился за решёткой.
Шуба, золотые серьги и 8000 рублей — это всё, что успел получить подполковник Ветров в качестве гонорара за свои услуги от французской разведки.
Ветров просил 30-40 тысяч рублей в год; по советским меркам это большие деньги, хотя с точки зрения эффекта, который получили французы, это всё равно что продать Алмазный фонд за 3 рубля.
В феврале 1982 года отношения с Людмилой накалились до предела: его любовница поставила ультиматум — либо он женится на ней, либо она пожалуется начальству. На раздумья Людмила дала ровно месяц и тем самым подписала себе приговор — если бы после этого скандала Ветров потерял работу в ПГУ, он стал бы бесполезным и для французской разведки.
* * *
Москва, 1982 год. Вечером 22 февраля Ветров встретил Людмилу на своих Жигулях у работы и предложил прокатиться на природу под предлогом серьёзного разговора — сказал, что он наконец решился уйти от жены, и счастливая женщина на седьмом небе от радости согласилась.
Они остановились близ деревни Екатериновка (ныне в черте Москвы, Рублёвское шоссе), открыли шампанское и торжественно выпили, после чего Ветров ударил любимую бутылкой только что распитого шампанского по голове, затем выхватил гаечный ключ. Но Людмила неожиданно оказала сопротивление, выбила ключ из его руки, смогла открыть дверцу и побежала к домам. Ветров бросился за ней; догнав, он нанёс ей несколько ударов отверткой.
Крики Людмилы привлекли случайного прохожего — бывшего милиционера Юрия Кривича — Ветров ударил его отверткой в сердце. Мужчина скончался на месте, а подполковник завёл машину и поехал домой. Он был уверен, что убил обоих.
В дальнейшем судебно-медицинская комиссия признает Ветрова вменяемым, и никаких отклонений в его психическом здоровье не обнаружит.
Однако чудом выжившая Людмила сорвала замысел подполковника КГБ; в тот же вечер убийцу задержали. Вероятно, Ветров так и отделался бы 15 годами колонии строгого режима, если бы в марте 1983 года Франсуа Миттеран не решил выдворить из Франции 47 представителей советских учреждений.
Потеряв контакт с агентом «Прощай», майор Ферран с семьёй уже весной 1982 года на всякий случай покинул Москву.
Ветров раскрыл французам имена 422 сотрудников КГБ, работавших под прикрытием легальных должностей по всему миру, и 57 советских агентов в 15 западных странах. Материальный ущерб, нанесённый Ветровым государству, составил по разным оценкам не меньше 10 миллиардов рублей.
И всё же в своём последнем слове он просил о снисхождении...
О дальнейшей судьбе супруги Ветрова почти ничего не известно, кроме того, что суд никаких обвинений в соучастии в шпионской деятельности мужа ей не предъявил.
Позже на Западе о подполковнике будут снимать фильмы, писать книги; в них он выглядит бесстрашным героем и борцом с советской системой, что очень далеко от реального образа этого человека, убийцы и шпиона!
Владимиру Ветрову дали высшую меру наказания; приговор был приведён в исполнение 23 января 1985 года. Известие о смерти семья получила из ЗАГСа на Кутузовском проспекте, который находится как раз напротив дома, где когда-то жил французский шпион по кличке «Прощай».
Друзья, мой канал не является коммерческим!
Вы можете отблагодарить меня за представленную информацию следующими способами:
- поставить лайк
- написать любой короткий комментарий под этой статьёй
- сделать репост на своей странице, в социальных сетях или личных сообщениях