252 стр.
Здравствуйте, любители чтения хороших книг!
Продолжаем знакомство с творчеством известного современного писателя Джулиана Барнса (род. 1946), которому, кстати, 19 января исполнилось 79 лет. С чем мы его и поздравляем!
Сегодня поговорим о романе "Как всё было" (1991). За этот роман Джулиан Барнс был удостоен в 1992 году премии Фемина. Это довольно своеобразная премия: во-первых, исходя из названия - это "женская" премия, т.к. в литературное жюри для определения лауреата входят только женщины, 12 человек. Во-вторых, этой премии исполнилось в прошлом году сто двадцать лет и она считается одной из самых престижных литературных премий Франции. Присуждается премия Фемина за лучшее произведение года на французском языке. Но, как мы знаем, Барнс - англичанин. Поэтому, в-третьих, стоит упомянуть о том, что с 1985 года премия Фемина получила дополнительную номинацию - "Лучшее произведение на французском языке зарубежному автору". Благодаря выходу романа "Как всё было" во Франции, Джулиан Барнс и стал обладателем данной премии. Кстати, первым иностранцем-лауреатом французской премии Фемина в 1985 году стал Джон Максвелл Кутзее за роман "Жизнь и время Михаэла К.", о котором мы тоже, в своё время, обязательно поговорим на канале.
Итак, как же всё было в романе "Как всё было"? Перед нами классический "барнсовский" любовный треугольник: он - она - он. Стюарт - Джилиан - Оливер. Современная английская комедия/трагедия (смотря с чьей позиции смотреть) нравов. Стюарт: скромный среднестатистический банковский служащий. Его друг Оливер: симпатичный малый, талантливый, начитанный, но... немножко неудачник.
Мы довольно разные, Оливер и я, как вы уже, конечно, заметили. Многие даже удивляются, что мы дружим. Вслух не говорят, но я чувствую. Мол, мне здорово повезло, что у меня такой друг. Оливер производит на людей впечатление. У него хорошо подвешен язык, он бывал в дальних странах, владеет иностранными языками, разбирается в искусстве - и не как-нибудь, а всерьёз, - и носит просторные костюмы, словно с чужого плеча, это мода такая, как утверждают знающие люди. У меня всё не так. Я не всегда умею складно выразить то, что думаю, - кроме как на работе, понятное дело...
Джилиан - художница-реставратор. Она познакомилась со Стюартом на одном из свиданий, которые устраивают брачные агентства, прочитав объявление
Вы - молодой работник умственного труда? Вам от 25 до 35? Вы слишком много сил вкладываете в работу, и из-за этого у вас проблемы с дружеским общением и отдыхом?
и придя на встречу.
Я не смущалась. Я нервничала, это да. Но не смущалась. Большая разница. Смущался Стюарт. Он застенчивый, это у него на лице было написано. Он стоял со стаканом хереса в руке, на висках бисеринки пота, видно, что человек не в своей тарелке и мучительно старается преодолеть смущение. Правда, там никто не был - или не была - в своей тарелке. Я ещё, помню, подумала, что мы пришли сюда с целью купить себе кого-нибудь, но не знаем, как за это взяться, в нашем обществе не учат, как покупать людей.
Стюарт знакомится с Джилиан, они начинают дружить, часто проводить вместе время. Стюарт знакомит Джилиан со своим другом Оливером.
Когда они впервые посетили вдвоём моё жилище, он вёл себя ну совершенно как шаловливый щенок, вилял хвостом, играл добытой косточкой, так и хотелось почесать его за ушком.
...
Признаюсь, я не из тех гостеприимцев, которые считают, что переходить в разговоре на личности можно только после долгих обходных манёвров. В отличие от чибиса я не увожу собеседника от гнезда, заводя речи на такие животрепещущие темы, как политические события в Восточной Европе, очередной африканский переворот, шансы на выживание китов или зловещая область низкого атмосферного давления, нависающая над нами со стороны Гренландии. Налив Джилиан и её кавалеру по кружке китайского чая "Формоза Улонг", я без дальних слов стал задавать ей вопросы: сколько ей лет, чем она занимается и живы ли ещё её родители.
Она отнеслась к этому вполне благодушно, хотя Стюарт задёргался, как носовая перегородка кролика. Выяснилось, что ей двадцать восемь; что родители (мать - француженка, отец - англичанин) несколько лет как разошлись, отец дал дёру с какой-то крошкой; и что она - в прислугах у изящных искусств, обновляет потускневшие краски минувшего. Как вы сказали? Да нет, просто реставрирует живопись.
Перед уходом я не утерпел, отвёл Джилиан в сторону и сделал ей бесценное замечание, что джинсы-варёнки с кроссовками - это катастрофа, просто удивительно, что она среди бела дня прошла по улицам до моего дома и не была пригвождена к позорному столбу.
- А скажи-ка, - проговорила она в ответ, - ты не ...
- Да?
- Ты не красишь губы?
В романе "Как всё было" нет описаний, вся книга построена на чередовании монологов главных героев, в которых Стюарт, Джилиан и Оливер дают нам своё видение разворачивающихся событий и их причин. Иногда к этим монологам добавляются небольшие реплики очевидцев "со стороны", которые тоже излагают нам свою оценку. Причём Джулиан Барнс так виртуозно и красиво преподносит нам каждую точку зрения, что мы безоговорочно верим всем персонажам поочерёдно. Но недаром эпиграфом к роману стоит русская пословица: "Врёт, как очевидец". Читателю самому придётся решать, как реагировать на всё происходящее...
Вообще, надо сказать, в романе часто упоминается русское: тут и мемуары Шостаковича будут нам цитировать, и Евгений Онегин промелькнёт, и "Гроза" Островского выглянет из-за кулис, и соболиные меха "Бориса Годунова" лягут на чьи-то плечи и т.д. И даже будут ломать голову над тем, что в русском языке нет рифмы к слову "правда". А определение человеческой жизни Оливер изложит так:
Жизнь подобна вторжению в Россию. Начало похода - блиц, блестят кивера, пляшут плюмажи, как переполошившийся курятник; лихой рывок вперёд, воспетый в красноречивых донесениях, противник отступает; а затем долгий, унылый, изматывающий поход, сокращаются рационы, и в лицо летят первые снежинки. Противник сжигает Москву, и вы начинаете отход под натиском генерала Января, у которого ногти - ледяные сосульки. Горестная ретирада. Казачьи набеги. И кончается тем, что вы падаете, убитый из пушки мальчишкой-канониром при переправе через польскую речку, которой даже вообще нет на карте у вашего генерала.
Джилиан выходит замуж за Стюарта. Оливера приглашают свидетелем на свадьбу. И во время свадебной церемонии Оливер вдруг понимает:
Но я пропал, погиб, затонул. Произошла немыслимая перемена. Я пал, как Люцифер. Рухнул (это для тебя, Стю), как фондовая биржа в 1929 году. Я пропал ещё в том смысле, что преобразился, переродился. Знаете рассказ про человека, который проснулся утром, и оказывается, он превратился в жука? А я был жуком, который проснулся и обнаружил, что может стать человеком.
Тут и Люцифер, тут и знаменитый фондовый обвал на бирже, тут и Кафка. Всё смешалось в "доме Облонских" - в голове Оливера, как он это нам преподносит. Обратите внимание на язык произведений Барнса: ёмко, иронично, элегантно. Всё это вместе будет постоянно заставлять нас, читателей, верить в убедительность каждого "очевидца", монолог которого мы читаем.
Оливер начинает "борьбу" за Джилиан со своим другом Стюартом.
Вольтер, персонаж гораздо более человечный, порой выставлявший, как рассказывают, гостям vin ordinaire ["дешёвое вино"], в то время как сам попивал превосходное бургундское, заметил в одной из своих философских повестей, что вслед за медовым месяцем наступает месяц полынный.
Чем всё это закончится, и к чему в итоге всё это приведёт? Кто всё же из двух закадычных друзей окончательно вступит во владение, выражаясь языком Ивлина Во, узкими чреслами Джилиан? Советую непременно прочитать этот необычный роман!
Ну а к Джулиану Барнсу мы ещё не раз вернёмся!
Спасибо за внимание и подписывайтесь!
Другие произведения Джулиана Барнса - здесь.