Покрыты опереньем инея листочки по ногами, Мерцают напылением алмазным от росы. На зимнем солнце редко обрамляются дарами: Янтарным блеском золота неописуемой красы. Их пятипалые ладони содержали Всю драгоценность уж давно прошедших дней, А заморозки нам возможность дали Взглянуть на самородки поясней. Пока я с восхищением наблюдала За тайнами природы волшебства, Я не нарочно потеряла Нить разговора, там, где были ты и я. Секрет я в тот момент сокрытый распознала, В ракушке клёна жемчугом притих: Мне нравится, кем я с тобою стала, С тех пор, как множим счастье на двоих.
Покрыты опереньем инея листочки по ногами,
Мерцают напылением алмазным от росы.
На зимнем солнце редко обрамляются дарами:
Янтарным блеском золота неописуемой красы.
Их пятипалые ладони содержали
Всю драгоценность уж давно прошедших дней,
А заморозки нам возможность дали
Взглянуть на самородки поясней.
Пока я с восхищением наблюдала
За тайнами природы волшебства,
Я не нарочно потеряла
Нить разговора, там, где были ты и я.
Секрет я в тот момент сокрытый распознала,
В ракушке клёна жемчугом притих:
Мне нравится, кем я с тобою стала,
С тех пор, как множим счастье на двоих.