В новом интервью для Heavy бывший гитарист/вокалист SEPULTURA Макс Кавалера рассказал о том, почему он и его брат, бывший барабанщик SEPULTURA Игор "Iggor" Кавалера, решили перезаписать самые ранние релизы SEPULTURA — "Morbid Visions" и "Bestial Devastation" — и выпустить вместе с перезаписанной версией первого альбома с гитаристом Андреасом Киссером в SEPULTURA — "Schizophrenia": «У нас был шанс сделать всё заново, но лучше, не то чтобы исправить ошибки, потому что я думаю, что ошибки были довольно крутыми, но сделать так, чтобы материал звучал лучше. У нас был шанс получить лучшее звучание гитары, барабанов, записываться в лучшей студии со знающими металлистами, которые в курсе, как записывать этот материал. Ничего этого не было, когда мы записывали эти альбомы в Бразилии. Мы были предоставлены сами себе. Звукоинженеры не знали, что делать, и в Бразилии эти записи были словно на чужой земле. Так что у нас был шанс переделать их и сделать так, как мы представляли себе их звучание. Так
В новом интервью для Heavy бывший гитарист/вокалист SEPULTURA Макс Кавалера рассказал о том, почему он и его брат, бывший барабанщик SEPULTURA Игор "Iggor" Кавалера, решили перезаписать самые ранние релизы SEPULTURA — "Morbid Visions" и "Bestial Devastation" — и выпустить вместе с перезаписанной версией первого альбома с гитаристом Андреасом Киссером в SEPULTURA — "Schizophrenia":
«У нас был шанс сделать всё заново, но лучше, не то чтобы исправить ошибки, потому что я думаю, что ошибки были довольно крутыми, но сделать так, чтобы материал звучал лучше. У нас был шанс получить лучшее звучание гитары, барабанов, записываться в лучшей студии со знающими металлистами, которые в курсе, как записывать этот материал. Ничего этого не было, когда мы записывали эти альбомы в Бразилии. Мы были предоставлены сами себе. Звукоинженеры не знали, что делать, и в Бразилии эти записи были словно на чужой земле. Так что у нас был шанс переделать их и сделать так, как мы представляли себе их звучание. Так что перезаписи — это то, как, по нашему мнению, они должны звучать, перезаписи — это то, как мы представляли себе эти песни. Даже будучи детьми, мы надеялись получить то звучание, которое получилось на перезаписи, именно к этому мы стремились в первую очередь. Поэтому очень здорово, что у нас есть возможность сделать это. У многих групп нет такого шанса, они не пытаются или пробуют и терпят неудачу. Они не сохраняют энергию и злость оригинала. Мы сохранили всё это. Мы позаботились о том, чтобы он остался яростным. Он энергичен до самого конца. Так что я думаю, именно поэтому многие любят перезаписи. Фэны чертовски любят эти перезаписи, и они действительно хорошо приняты по всему миру».
На вопрос, считает ли он, что ранние альбомы SEPULTURA были бы так же хорошо приняты, если бы они были так же хорошо записаны в 1980-х, Макс ответил:
«У нас никогда не было инструкции, как всё это делать. Мы делали это на лету. Это сродни импровизации, мы использовали метод проб и ошибок. И в этом вся прелесть этих записей — они полны материала, который действительно появляется из ниоткуда. Например, о чём я думал, когда создавал этот рифф? Этот рифф просто невероятный. О чём, чёрт возьми, я думал? Но это прекрасно. Это круто. Это показывает, что даже в 14–15 лет у меня в жилах тёк металл. В моей крови течёт этот дикий металл, и я просто взял и сделал это. И теперь у меня есть возможность вернуться к этим альбомам, будучи уже взрослым человеком, и получить от них то же удовольствие, что я получал в детстве. Это невероятное чувство. Это отличная возможность. Мне и моему брату очень повезло, что мы можем прославить наше прошлое через эти альбомы и играть их вживую для людей. Это невероятное чувство».