Антибольшевистская власть рядом с Николаевским уездом была представлена не только КомУчем, но и Уральским войсковым правительством.
Отряды казаков проникали в прилегающие к Уральской области Клинцовскую, Любицкую волости на глубину до 80 километров. Эти рейды подняли внутридеревенскую борьбу. В Любицком погибло 40 сторонников красных. Арестованных успели освободить чапаевские отряды. В Семеновке были сотни жертв с обеих сторон. Село известно как ярмарка рабочей силы, с большим сходом батраков. Коммуна на реквизированной земле, очевидно, и запустила механизм жестокой вражды. В этом селе была эсеровская дружина. Спасенные же чапаевцами вступали в их отряды. В Семеновку пришла уральская казачья сотня. Выбивать белых пошли уроженцы Семеновки и сотня добровольцев из Брыковки. К Уральцам приходили крестьянские депутации с просьбами о помощи или хотя бы небольшом отряде, который помог бы переломить настроение и поднять деревни. Генерал С.А. Щепихин указывает, что в Клинцовке удалось поддержать восставших, а в Семеновке организовать и провести восстание от начала до конца. Но казачьи отряды не могли стоять на месте, по их уходу возвращались красные и начинали расправу. «Подобная жестокость в отношении повстанцев, с одной стороны, увеличивала ряды противников советской власти, а с другой, путем террора совершенно подавляла всякое желание рисковать…» Первые пришедшие к казакам семеновцы – это «в корень разоренные» красными крестьяне. Семеновская дружина стала центром целого района с Клинцовкой, Вязовкой, Любицким и другими селами.
Вражду в сельском сообществе закрепляли и решения власти: так, в начале октября 1918 г. Николаевский уездный исполком конфисковал земли у бежавших в белую гвардию и передал их в распоряжение городского комиссариата.
На основе Семеновской дружины в Уральской армии возник стрелковый полк – 33-й Николаевский. Его история – это история еще одной части николаевских крестьян, выступивших с оружием против большевиков.
Врид командира полка, уральский сотник Домашнев, вступил в исполнение обязанностей 8 сентября. Полк имел денежные отпуски от Самарского казначейства и считался полком Народной армии. Можно полагать, что и странный для номенклатуры Уральской армии номер следует понимать в логике военного строительства Народной армии, в которой были развернуты шесть четырехполковых стрелковых дивизий, а также формировался Казанский корпус двухдивизионного состава в составе 7-й и несостоявшейся мусульманской (8-й) дивизий.
Приказом №4 17 октября 1918 г. на приход записывались 726 винтовок виттерли, 50 штыков к ним, 274 винтовки Бердана, полученные в Самаре по нарядам Управления артиллерии Народной армии. В октябре в полк назначено по меньшей мере 25 офицеров.
Командиры полка не раз менялись. По состоянию на 6 апреля 1919 г. в полку состояло 93 классных чина, с преобладанием младших армейских чинов: 54 прапорщика и всего два есаула, два капитана, пять штабс-капитанов. Приказом №424 от 28 декабря 1918 г. по войскам Уральской армии Уральский учебный пеший полк, 1-й Гурьевский учебный пеший дивизион, Сводный Уральский Льготный пеший дивизион и 33-й Николаевский стрелковый полк с конно-партизанской командой сводились в 1-ю Уральскую Отдельную Пешую Казачью бригаду.
Приказом №11 11 октября объявлялся для сведения состав полка: 1-й Семеновский, 2-й Краснореченский и 3-й Новоузенский батальоны. Красная Речка, оно же Шалаши, - село знакомой уже нам Хлебновской волости Николаевского уезда, родина чапаевского командира И.С. Кутякова.
В конце октября чины полка узнали о распоряжении задерживать добровольцев на службе впредь до объявления закона об их преимуществах по службе. Видимо, это вызвало недоразумения или недовольство, так как в декабре командарм приказал разъяснить людям 1-го Семеновского батальона, что подписки их отменяются, и все добровольцы, а также и мобилизованные за 6 лет в Семеновке и других деревнях должны оставаться на службе впредь до очищения их места жительства от красных.
В октябре – ноябре 1918 г. «состоящие в списке» солдаты зачислялись в списки полка и ставились на довольствие задним числом. Это означало окончательную легитимизацию их как военнослужащих. 20 октября таким образом зачислялись с 8 сентября 1918 г. солдаты 2-го Краснореченского батальона: 80 человек 4-й роты, 51 – 5-й, 128 – 6-й, 25 человек пулеметной команды. Преобладали рядовые, унтер-офицеров мало; довольно много магометанских фамилий. В начале ноября последовали такие же зачисления по 1-му Семеновскому батальону: с 8 сентября 240 человек 1-й роты, 145 человек 2-й роты. А вот 108 человек 3-й роты зачислялись с разбросом чисел от 8 сентября по 12 октября. Вероятно, эта рота была составлена из тех, кто позднее основного ядра присоединился к части. Так же зачислялись 43 человека в команду конной разведки и 20 – в пулеметную команду кольта. С 14 октября в батальон зачислен еще 31 стрелок.
2-й батальон формировался на ходу, очевидно, из самодеятельных повстанческих подразделений. Комбату надлежало 4-ю роту составить из 6-й роты (Сафаровской), а 5-ю – из 4-й и 5-й «конных рот». 6-й ротой становилась 3-я маршевая рота Запасного батальона. Сафаровская рота – это наследник одноименной добровольческой дружины из татар. Запасной батальон полка с 10 октября начал подготовку стрелков, 26 октября был объявлен его штат – три роты по 150 солдат. Две маршевые роты в октябре - декабре 1918 г. пополнили строевые батальоны. 3-й маршевой роте предстояло стать строевой, о чем уже говорилось.
Подразделения полка попеременно выходили на фронт. 8 декабря 1-й батальон с полковой пулеметной командой и командой конной разведки вернулся в Уральск в составе 14 офицеров, 81 унтер-офицера, 303 стрелков и 133 нестроевых. 3-й Новоузенский батальон в составе 18 офицеров и 153 стрелков, а также 6-я рота 2-го батальона прибыли с фронта в Уральск 2 января 1919 г.. В свою очередь, командир 1-го батальона донес 6 января 1919 г. о выбытии на фронт в составе трех рот, команды конных разведчиков, пулеметной команды и обоза общей численностью 14 офицеров, 90 унтер-офицеров и 580 солдат.
С октября по начало января по меньшей мере 658 человек были зачислены в полк через управление Уральского воинского начальника. Все они или большинство являлись мобилизованными 1897-1898 гг. рождения, не принадлежавшими к казачьему сословию. В январе 1919 г. в списке отпускных на 55 человек места выбытия – Илек, Лбищенск, Бударин, Сламихинская и т.п., что подтверждает их несамарское происхождение.
В июле 1919 г. полк был расформирован из-за малой боеспособности. Однако добровольческое ядро вновь превратилось в Семеновский батальон и прошло до конца боевой путь Уральской армии.
Подобная динамика развивалась и по соседству, в огромном Новоузенском уезде Самарской губернии. В нем разворачивал красные добровольческие отряды А.П. Сапожков, а противники красных добровольцев аккумулировались в рядах Уральской армии, прежде всего – 1-м Новоузенском партизанском подпоручика Позднякова полку, а также упомянутом Новоузенском батальоне Николаевского полка. Поздняковцам выпало участвовать в роковом для Чапаева казачьем рейде на Лбищенск в сентябре 1919 г.