«Любовь моя, цвет зелёный», — эти строки из «Сомнабулического романса» Федерико Гарсии Лорки, одного из моих любимых поэтов, я вспоминаю, когда мне грустно. Наравне с: «Я с тобой танцевать буду в Вене, в карнавальном наряде реки, в домино из воды и тени. Как темны мои тростники!» — и другими колдовскими стихами загадочного испанца. Поэтому, когда я узнала, что театр «Револьвер» ставит пьесу Лорки «Дом Бернарды Альба» в открытом театральном пространстве «Арт-платформа» в Новом Манеже, то сразу поняла, что непременно должна посетить премьеру. Для этого была и ещё одна важная причина, но о ней позже.
«Дом Бернарды Альба» Лорка дописал в июне 1936 года, 19 июня он прочитал пьесу своим друзьям. Постановка была намечена на октябрь, но 16 августа Лорку арестовали и, предположительно, на следующий день расстреляли и тайно захоронили. Есть версия, что Лорке удалось избежать смерти, ведь его тело так и не было найдено при проведении эксгумации захоронений во всём районе, но больше поэт себя нигде не проявил, поэтому, скорее всего, летом 1936 мир потерял великого Федерико.
До середины пятидесятых книги и пьесы Лорки оставались в Испании под запретом, и только в марте 1945 года «Дом Бернарды Альба» был впервые представлен в Буэнос-Айресе труппой Маргариты Ксиргу, и в том же году пьеса была опубликована отдельным изданием.
С тех пор «Дом Бернарды Альба» получает мировое признание и считается одной из лучших пьес поэта.
Я прочитала пьесу ещё в школьном возрасте, после того как открыла для себя ни на что не похожую поэзию символиста Лорки, оценила её красоту и драматизм, но тогда в полной мере не поняла, насколько актуальные проблемы для нашего мира в ней поднимаются (и говоря «мир» я подразумеваю не Россию, а именно весь мир).
Признаться, если бы текст мне попал в руки сейчас, я бы подумала, что он принадлежит перу женщины-феминистки, а не испанскому поэту, отдававшему своё предпочтение мужчинам. В пьесе столько смыслов и слоёв, что по ней при желании можно написать не одну диссертацию.
Пьеса начинается с похорон. Бернарда хоронит мужа и объявляет восьмилетний траур, который накрывает пятерых взрослых дочерей бетонной плитой, лишает жизни. Бернарда любит своих девочек и по-своему желает им счастья, не понимая, что на самом деле навсегда перечеркивает их судьбы. У дочерей только одно развлечение – подглядывать из окон за настоящей жизнью да пересказывать сплетни, порой жуткие и ужасные. О том, как развлекаются мужчины, не таясь, покупают женскую любовь приезжей артистки, увозя её в оливковую рощу и обнажая сразу по дороге. И о том, как забивают камнями другую несчастную, которая втайне родила и попыталась избавиться от ребёнка, чтобы сохранить собственную жизнь. Но ей это не удаётся.
«Правильно!» – восклицает Бернарда. Потому она и запирает дочерей, потому и лишает их возможности насладиться жизнью. Она знает по себе: там, за дверью дома – жестокий мир, которым правят мужчины, которые могут растоптать и унизить, превратить в пыль неугодную. Самое главная для Бернарды – честь. И отдать дочерей безродным она тоже не готова, обрекая несчастных на безрадостную жизнь в доме, лишая счастья замужества и материнства. Лишая возможности сделать собственный выбор. От дочерей требуется полное послушание, даже от старшей, которой всего через год исполнится сорок.
Но самая младшая Адела не готова похоронить себя заживо в родительском доме. Наперекор матери она надевает яркое зелёное платье («Любовь моя, цвет зелёный»), и зрителям становится понятно, что одной одеждой дело не ограничится. Ведь в двери запертого дома стучит сама любовь, и игнорировать этот стук не может ни одна из дочерей. А строгая Бернарда, которая затыкает уши, только приближает этим трагедию.
Так вот вторая причина, по которой я побежала смотреть премьеру: в постановке обещали много фламенко. Оксана Серик, которая сыграла Бернарду, профессиональная танцовщица фламенко. Она выступила не только как актриса и исполнительница фламенко, но и как хореограф-постановщик. Спектакль начинается с гнетущего танца, продуманных строгих линий и чёрных костюмов. Танцами будут обозначены самые волнующие и страшные моменты, к примеру, как забивают несчастную, посмевшую родить незаконного ребёнка.
Бернарда в исполнении Оксаны получилась великолепная, ей веришь, её боишься, споришь с ней, негодуешь и отдаёшь должное её так и не склонившейся голове. Она вызывает и страх, и боль, и сочувствие, и такое негодование, что хочется выйти на сцену и хорошенько тряхнуть её за плечи, с криком: «Ну посмотри же, что творится у тебя под носом!» Но останавливает холодная поступь фламенко.
Сама Оксана заметила: «Поэт, родившийся в Андалусии, много сделал для популяризации фламенко, и песни на его стихи настолько прочно вошли в эту культуру, что ни у кого нет сомнения: Лорка, который в молодости вдохновлялся поэтикой канте, сам сегодня стал его воплощением, символом, плотью от плоти фламенко».
Немало внимания уделено и шикарной, но грустной и трагичной песне фламенко Verde que te quiero verde, которая написана на одно из самых символичных и загадочных стихотворений Лорки «Сомнамбулический романс». В конце спектакля стихотворение на русском языке читает сумасшедшая мать Бернарды, Мария Хосефа в исполнении Таши Романовой.
В спектакле звучит перевод О. Савича, хотя мне лично нравится более известный перевод А. Гелескула. Пусть его и принято ругать сейчас, и говорить, что у самого Лорки нет рифмы, но лично меня предлагаемые альтернативы перевода радуют куда меньше, и на мой взгляд, в них утрачен символизм.
И поднялись они оба
к этим перилам зеленым.
И след остался кровавый.
И был от слез он соленым.
Фонарики тусклой жестью
блестели в рассветной рани.
И сотней стеклянных бубнов
был утренний сон изранен.
При всё великолепии поставленного спектакля меня удивил выбор артистов. К примеру, тридцатидевятилетнюю, старую и некрасивую Ангустиас, дочь Бернарды, играет миловидная и статная двадцатидвухлетняя Полина Сенчилина. Если не знать текст пьесы, то совершенно непонятно, чем Ангустиас «плоше» (как выражаются сёстры в личном разговоре) остальных сестёр, ведь кроме упрёка в том, что Пепе женится на Ангустиас из-за денег, больше ничего о ней не сказано. И мне лично было бы непонятно, почему Пепе предпочёл красивой и высокой Ангустиас Аделу. Создатели спектакля даже не стали гримировать Ангустиас. А ведь по меркам 1936 года сорок лет – это практически старуха. Замечу, что самой Бернарде в пьесе шестьдесят.
Да, хорошо идти смотреть спектакль подготовленной чтением пьесы, но боюсь, что не у всех зрителей есть такая возможность.
Сценография со стульями мне показалась удачной только в одном из танцев. В целом, немного напрягало, когда артисты постоянно носили их туда-сюда по сцене.
Но по драматизму, накалу, глубине спектакль получился прекрасным. Любителям Лорки и фламенко такое точно пропустить нельзя. И – возьмите с собой носовые платки. Совершенно не факт, что вы удержитесь от слёз. Их может вызвать и страшный финал, и роскошная игра труппы театра.
Режиссёр спектакля — лауреат международных фестивалей «Пространство юных» и «Наш Кислород» Сергей Власов
Художник по свету — номинант «Золотой Маски» Елена ПерельманХудожник-сценограф — Марина Филатова
Вам может понравиться статья о переводах Лорки:
О спектакле вам рассказывала Оксана Есипова
Больше фотографий со спектакля ищите в телеграмме 📖
Рецензии на другие спектакли можно прочитать здесь:
❤️ Жду вас в гости ТГ | ВК | ОК ❤️ Книги на Литрес ❤️
Мой дебютный мистический детектив "Парс фортуны" (в девичестве "Опасная связь"), победитель премии "Русский детектив" в номинации Дебют, можно приобрести здесь:
Озон | ВБ | ВБ2 | Эксмо | Читай-город | Буквоед | Book24 | Яндекс-маркет
Здесь можно приобрести книгу с автографом (книжная закупка)
Записаться прямо сейчас на совместные чтения