Настя как раз собиралась заварить себе чай, когда в дверь позвонили. День выдался суматошный — совещания в офисе затянулись до вечера, и сейчас, в девятом часу, ей хотелось только одного: забраться с ногами в любимое кресло и позволить себе побездельничать перед сном. Звонок в дверь в такое время был настолько неожиданным, что она даже не сразу сообразила, что делать.
Звонок повторился, но как-то неуверенно, словно человек за дверью извинялся за поздний визит. Настя подошла к двери и посмотрела в глазок. На лестничной клетке стоял пожилой мужчина в потёртом твидовом пиджаке, с аккуратно причёсанными седыми волосами. В руках он держал потрёпанный кожаный портфель.
Настя приоткрыла дверь, но цепочку снимать не стала.
— Я могу вам помочь? — спросила Настя. Скорее всего, человек просто ошибся дверью.
— Анастасия Сергеевна? — голос у незнакомца был глубокий, спокойный. — Простите за поздний визит. Меня зовут Михаил Петрович. У меня есть важные новости... касательно вашей родственницы, Алёны Васильевны.
Настя нахмурилась. Мужчина адресом не ошибся, но всё-таки тут была какая-то путаница — произнесённое им имя не вызывало никаких воспоминаний.
— Какой родственницы? Я не знаю никакой Алёны Васильевны.
— Это ваша двоюродная бабушка по материнской линии. Вернее... была, — в голосе мужчины прозвучала искренняя печаль. — Понимаете, дело очень серьёзное, и мне необходимо с вами поговорить.
Что-то в его голосе, в манере говорить располагало к доверию. Настя помедлила ещё секунду и открыла дверь.
— Проходите, — она жестом указала на кухню. — Я как раз собиралась чай заварить. Будете?
— С удовольствием, — кивнул Михаил Петрович, аккуратно присаживаясь за небольшой кухонный стол. — История, которую я должен вам рассказать, длинная. И не самая простая.
Настя достала заварочный чайник и две чашки. Пока закипала вода, она украдкой разглядывала гостя. Лицо его казалось усталым, но ясные глаза смотрели внимательно. Морщинки в уголках глаз говорили о человеке, привыкшем много улыбаться, но сейчас его лицо было серьёзным, почти мрачным.
— Так кто такая эта Алёна Васильевна? — спросила Настя, наливая чай и выставляя на стол простое угощение — хлеб, блюдечко с сыром и колбасой, вазочку с печеньем.
Михаил Петрович достал из портфеля старую фотографию и протянул ей. На пожелтевшем снимке была запечатлена пожилая женщина, стоящая у небольшого деревянного дома. Седые волосы убраны под цветастый платок, в глазах — удивительное сочетание строгости и озорства.
— Это фото сделано прошлым летом, — сказал он. — В деревне Высокое, это километров двести отсюда. Алёна Васильевна жила там последние тридцать лет. А до этого... у неё была непростая судьба. Месяц назад она погибла. И вот здесь начинается та часть истории, которая напрямую касается вас, Анастасия Сергеевна.
Настя села напротив, обхватив ладонями горячую чашку. На город опускалась ночь, и в кухне стало как-то особенно тихо.
— Понимаете, — начал Михаил Петрович, — Алёна Васильевна была не просто деревенской старушкой, она обладала... особыми способностями. Я знаю, как это звучит, — он поднял руку, останавливая готовое сорваться с губ Насти возражение. — Но прошу, выслушайте меня до конца.
Он отхлебнул чаю и продолжил:
— В деревне о ней ходили разные слухи. Кто-то говорил, что она ведьма, кто-то — что она из богатой семьи, что под её сараем рядом с домом спрятаны сокровища. Глупости, конечно. Но эти слухи привели к трагедии.
Настя слушала, как зачарованная. История, которую рассказывал этот странный гость, казалась совершенно невероятной, но что-то было в его голосе... Настя не верила в ведьм, но в ответ на слова мужчины что-то в ней шевельнулось.
— Четверо местных парней, крепко выпив, решили, что богатства старушке ни к чему, и им они точно нужнее. Они пробрались ночью в сарай, думая найти там клад. Алёна Васильевна услышала шум и вышла проверить. Один из них, испугавшись, толкнул её... Она упала, ударилась головой. Смерть наступила мгновенно.
— Боже мой, — прошептала Настя. — Их поймали?
— Да некого было ловить уже... — покачал головой Михаил Петрович. — Рядом с Алёной их и нашли, по частям. Только на этом история не закончилась. Начало в деревне происходить нечто странное. И страшное.
За окном громко каркнула ворона, заставив Настю вздрогнуть. Чай в чашке давно остыл, а на кухне стало как будто темнее, несмотря на яркую лампу под потолком. Настя поёжилась.
— И что же там происходит?
— Люди гибнут, Анастасия Сергеевна. Страшно гибнут. И вы — единственная, кто может это остановить.
Михаил Петрович снова полез в портфель и достал ещё несколько фотографий. На этот раз это были свежие снимки — следы огромных лап на земле, разорванная в щепки дверь сарая, следы когтей на металлической двери какого-то дома.
— Но при чём здесь я? — спросила Настя в недоумении и отодвинула страшные фотографии.
— Вы — её единственная родственница по прямой линии. И только вы можете унаследовать её дар. И её... ответственность.
— Какой дар? Какую ответственность? О чём вы вообще говорите?
Михаил Петрович тяжело вздохнул и посмотрел Насте прямо в глаза:
— О древней магии, Анастасия Сергеевна. О силе, которая передаётся по наследству. И о волке, который сейчас терзает деревню, потому что потерял свою хозяйку.
В наступившей тишине было слышно только тиканье кухонных часов и далёкий шум машин за окном. Настя смотрела на пожилого человека, сидящего напротив, и пыталась осознать услышанное. Всё это казалось каким-то безумием, но в то же время... Что-то глубоко внутри откликалось на его слова, словно пробуждаясь от долгого сна.
— Что я должна сделать? — вырвалось у неё, удивив её саму.
— Поехать со мной в Высокое, — просто ответил Михаил Петрович. — И принять своё наследство.
***
Деревня Высокое встретила их промозглым туманом. Настя смотрела через окно старенькой "Нивы" Михаила Петровича на домики, прижавшиеся друг к другу вдоль разбитой дороги. Голые ветви деревьев качались на студёном ветру, и казалось, что они пытаются предостеречь: остановись, повернись, уезжай.
— Вон там жила Алёна, — Михаил Петрович указал на небольшой аккуратный домик на краю деревни. Забор, в котором стоило заменить пару досок, понурые деревья, тёмные окна. И что-то ещё — какое-то неуловимое ощущение, от которого по спине Насти пробежал холодок.
— А где все? — спросила она, заметив, что на улице не видно ни души.
— Боятся, — коротко ответил Михаил Петрович. — После заката вообще носа из дома не кажут. Да и днём...
Настя присмотрелась. В паре домов дрогнули занавески на окнах, как будто оттуда только что выглядывали люди.
— Приехали! — Михаил Петрович заглушил мотор. — Это дом председателя местного совета, там нас Марья Степановна ждёт. Она... скажем так, знахарка, мы её на подмогу вызвали.
На их стук дверь крепкого, ухоженного, с резными наличниками дома приоткрылась наполовину. Хмурый седой мужчина заглянул приехавшим за спину и коротко кивнул:
— Входите скорее.
В просторную прихожую вышла высокая женщина лет шестидесяти, с прямой спиной и внимательным взглядом тёмных глаз.
— Наконец-то, — сказала она вместо приветствия, пристально разглядывая Настю. — Быстрее. Наверняка он уже чует, что ты здесь.
В доме пахло травами и мёдом. В большой комнате оказались ещё несколько человек — молодой участковый с осунувшимся лицом и пожилая женщина — жена председателя.
— За последний месяц шесть человек погибли, — начал рассказывать участковый. — И не просто погибли. Все... все растерзаны. Но никакой зверь не смог бы... — он замолчал, сглотнув. — Мы и охотников вызывали, и специалистов из города. Следы есть — волчьи вроде, но размером... — он развёл руками.
Марья Степановна поморщилась:
— Да сколько ж раз повторять... Это не просто волк, это фамильяр. Дух-защитник, связанный с родом Алёны. Когда она погибла, не успев передать дар, он остался без хозяина. А теперь мстит всей деревне за её смерть.
Остальные только отводили глаза. Было видно, что они не верят ни в какой дар, ни в какого-то там духа-защитника. Марья Степановна только рукой махнула и повернулась к Насте:
— На тебя вся надежда, милая.
— Но при чём тут я? — спросила Настя. — Что я могу сделать?
— В тебе та же кровь, — Марья Степановна взяла её за руку. Ладонь у знахарки была сухой и прохладной. — Ты можешь принять дар. Усмирить его.
— А если я откажусь?
— Тогда он будет убивать, пока в деревне не останется ни души, — просто ответила Марья Степановна. — А потом пойдёт дальше.
В комнате повисла тяжёлая тишина. За окном сгущались сумерки, и ветер усиливался, завывая в печной трубе. Во взглядах собравшихся в комнате людей ощущалась странная, тягучая смесь неверия и надежды. А вот сама Настя, хоть всё это по-прежнему казалось ей каким-то сном, почему-то верила словам знахарки. Страх и тяга прикоснуться к неизведанному боролись в ней.
— Что я должна сделать? — наконец спросила девушка.
— Для начала принять силу, — Марья Степановна встала. — Пойдём со мной.
Они перешли в другую комнату, и знахарка плотно притворила за собой дверь.
— Это вещи Алёны, — она положила перед Настей выцветший платок и старинное кольцо с тёмным камнем. — Возьми их. Почувствуй.
Настя прикоснулась к платку — и словно электрический разряд пробежал по пальцам. В голове зашумело, комната поплыла перед глазами.
— Тихо, тихо, — голос Марьи Степановны доносился словно издалека. — Дыши глубже.
Вскоре в голове у Насти прояснилось, да ещё как. Ей показалось, что тусклая лампочка, освещавшая комнату, вдруг вспыхнула во много раз ярче. Знахарка, внимательно смотревшая на неё, удовлетворённо кивнула:
— Теперь колечко надевай.
Настя покрутила в руках кольцо, оно казалось ей слишком большим, и она вопросительно глянула на знахарку. Та лишь кивнула. Девушка надела кольцо — и оно вдруг село как влитое, словно было сделано специально для неё. По телу разлилось странное тепло, а в ушах зазвучал далёкий волчий вой.
— Я слышу его, — прошептала девушка.
— Отлично. Значит, и он почуял тебя. Пора вам встретиться.
Когда они вернулись к остальным, уже совсем стемнело. В комнате горел только ночник, отбрасывая причудливые тени на стены.
— Он идёт сюда, — сказала Марья Степановна. — Почуял знакомую силу. Но придётся тебе выйти к нему одной.
— Одной? — ужаснулась Настя и машинально коснулась кольца. Камень в нём словно потеплел под пальцами.
Знахарка кивнула:
— Мы всё равно не сможем ничем помочь. Это теперь дело только вас двоих.
Насте ещё никогда в жизни не было так страшно. А ещё ей, нелогично, необъяснимо, хотелось увидеть существо, которое держало в страхе всю деревню. Вой раздался снова — протяжный и такой громкий, что задрожали стёкла в окнах.
— Пора, — сказала Марья Степановна. — И помни, только признав в тебе хозяйку, он покорится.
Настя вышла на крыльцо. Полная луна заливала деревню призрачным светом, и в этом свете она увидела его — огромного, чёрного как ночь волка, стоящего посреди улицы. Жёлтые глаза смотрели прямо на неё, и в них читался вызов.
Сердце колотилось где-то в горле, но страх, как ни странно, совершенно пропал. Вместо него пришло нечто другое — словно пробуждение давно спавшей силы, словно узнавание.
Она медленно спустилась с крыльца и пошла навстречу своей судьбе.
***
Мир словно замер. Настя открыла отчаянно взвизгнувшую в абсолютной тишине калитку и вышла на пустынную улицу. Волк не двигался с места, только немного поворачивал голову, следя за её приближением. Вблизи он оказался ещё больше — холка вровень с её плечом, шерсть густая, чёрная, с серебристым отливом в лунном свете.
— Здравствуй, — тихо сказала Настя, остановившись в дестяке шагов от зверя. Собственный голос показался ей чужим.
Волк склонил голову набок, разглядывая её. В его жёлтых глазах отражалась луна, и казалось, что в их глубине пляшут золотые искры. Он медленно двинулся вперёд, описывая вокруг Насти круг. Она стояла неподвижно, только поворачивала голову, следя за ним.
— Я знаю, кто ты, — продолжила она. — Знаю, что ты потерял хозяйку.
Волк остановился. В горле у него зародилось низкое рычание, от которого задрожал воздух. Настя почувствовала, как нагрелось кольцо на пальце.
— Я понимаю твою боль. Твою ярость, — Настя сделала шаг вперёд.
Зверь оскалился, обнажая впечатляющие клыки. Но Настя уже не могла остановиться. Слова шли из глубины души, она сама не знала, откуда они берутся:
— Но это не то, чего хотела бы она. Алёна берегла этих людей. Защищала их. Ты ведь это тоже знаешь.
Волк припал к земле, готовясь к прыжку. Настя расправила плечи и посмотрела ему прямо в глаза:
— Хватит смертей! Я — наследница Алёны. Её кровь — моя кровь. Её сила — моя сила. И ты — мой защитник теперь.
Зверь прыгнул. Время растянулось. Настя наблюдала его полёт словно в замедленной съёмке. Кольцо на пальце полыхнуло огнём. А потом...
Мягкий толчок в грудь опрокинул её в снег. Горячий шершавый язык лизнул щёку. Настя открыла глаза — над ней нависала огромная волчья морда, но в жёлтых глазах теперь читались только преданность и какая-то почти человеческая грусть.
— Ну здравствуй, друг, — прошептала она, зарываясь пальцами в густую шерсть на шее зверя.
Волк тихо заскулил и прижался к ней теснее. От его шерсти пахло лесом, морозом и чем-то неуловимо магическим.
Дверь в доме за спиной скрипнула, и послышались осторожные шаги. Настя повернула голову — из-за забора выглядывала Марья Степановна.
— Получилось, — выдохнула знахарка. — Боже правый, получилось!
Настя медленно поднялась, отряхивая снег. Волк встал рядом, выставив вперёд морду, как будто защищая. Теперь она чувствовала его иначе — словно часть себя, продолжение собственной души. Знахарка тихонько засмеялась:
— Скажи ему, что я тебе не враг.
Настя осторожно положила руку на большую мохнатую голову.
— Что же теперь будет? — задумчиво проговорила она. — Я же не смогу взять тебя в город, да?
Волк тихо фыркнул. А Марья Степановна лукаво улыбнулась:
— У Алёны тут же дом остался. Места там хватит. В наше время многие удалённо работают. А я тебе помогу освоиться... с наследством.
Настя посмотрела на волка. Тот склонил голову, словно говоря: "Решать тебе".
— Знаете, — медленно проговорила она, — а ведь я всегда мечтала о домике в деревне.
Она похлопала своего нового друга по спине и улыбнулась:
— Пойдём домой? Нам обоим нужно отдохнуть. А потом... потом разберёмся.
Они пошли по пустынной улице — хрупкая девушка и рядом с ней постепенно растворяющийся в свете луны огромный чёрный волк.
Настя шла и думала о том, как странно устроена жизнь. Ещё вчера она была обычным офисным работником, а сегодня... Сегодня она наконец-то чувствовала себя по-настоящему живой. Словно всю жизнь шла к этому моменту, сама того не зная.
Маленькая деревня Высокое засыпала, чтобы проснуться в новом мире — мире, где у неё снова появилась защитница. И пусть эта защитница пока не умела толком колдовать, зато с ней рядом всегда будет незримо присутствовать древний дух-защитник, принимающий облик огромного чёрного волка в минуты, когда потребуется его сила.
Автор: Нина Зорина