В далеком уже 2000 г. на аукционе «Кристис» был продан портрет работы немецко-русско-французского художника Карла Штойбена, датированный (видимо, самим автором) 1815 г. Подписана картина была аукционерами как «портрет офицера».
Молодой «офицер» весьма и весьма непрост. Он изображен в красном английском мундире лацканного типа с лацканом, застегнутым наглухо на левую сторону, и с накинутым на правое плечо подбитым мехом сюртуком или шинелью. Я, мягко говоря, не слишком силен в английской униформе, но, как понимаю, персонаж облачен в английский генеральский вицмундир – аналог «полного», то есть парадного мундира, но без золотого шитья. При этом портретируемый гордо демонстрирует знаки весьма и весьма высоких наград: высшего ордена Пруссии – Черного орла (верхняя звезда) и русского ордена Св. Георгия 2-ой степени (нижняя звезда и шейный крест). Как уже, разумеется, догадались читатели, человек, в столь молодом, как наш персонаж, возрасте имеющий такие награды, должен занимать крайне высокое место в социальной иерархии своего времени. А раз так, у нас есть возможности для идентификации его личности. Полагаю, что со времени продажи портрета в 2000 г. это уже и было сделано, просто соответствующие материалы не попадались мне на глаза.
Представляется, что оптимальным путем поиска нашего персонажа будет просмотр перечня кавалеров 2-ой степени Св. Георгия. Это была высокая, престижная военная награда, число ее кавалеров было ограниченным, хотя, конечно, и более значительным, чем кавалеров 1-й степени.
Просматриваем перечень и выясняем, что на интересующий нас 1815 г. из кавалеров 2-ой степени ордена Св. Георгия могли носить (и носили) английский мундир трое человек. Приведу сначала двоих, которые «не прошли отбор» и отсеялись.
Генри Уильям Пэджет (Пэйджет), 2-й граф Аксбридж и 11-й барон Пэджет с 1812 года, 1-й маркиз Англси с 1815 года. Награжден орденом Св. Георгия 2-ой степени в августе 1815 г. за отличие в сражении при Ватерлоо, в котором потерял ногу.
Известный диалог с Веллингтоном:
«- Чёрт побери, сэр, я потерял ногу!
- Чёрт побери, сэр, это так!»
- это как раз он.
На момент награждения этим орденом был старше персонажа рассматриваемого портрета, внешне не похож и не имел ордена Черного орла.
Роланд Хилл, 1-й виконт Хилл. Награжден орденом Св. Георгия 2-ой степени также в августе 1815 г. и также за отличие в сражении при Ватерлоо. К нему также относится все сказанное выше про Пэджета - на момент награждения орденом Св. Георгия был старше персонажа рассматриваемого портрета, внешне не похож и не имел ордена Черного орла.
Обратите внимание, что Хилл изображен в таком же вицмундире (?), что и персонаж аукционного портрета, личность которого мы устанавливаем.
И, наконец, он, тот самый, кто, как я полагаю, и запечатлен на «портрете офицера» с «Кристис».
Вильгельм Фридрих (Виллем Фредерик Георг Лодевейк), принц Оранский, наследный принц Нидерландский. Родившийся в 1792 г. будущий король Нидерландов Виллем II послужил некоторое время в прусской армии, а затем вступил в английскую, где постепенно к 1814 г. дослужился до чина полного генерала. В этом чине (и в возрасте двадцати двух лет) он принял участие в сражении при Ватерлоо (заслужив при этом не самые лестные оценки своих полководческих способностей со стороны английских коллег и более поздних английских историков), был ранен и вскоре после этого, в июле 1815 г., был пожалован орденом Св. Георгия 2-ой степени. Прусский орден Черного орла он получил еще в 1808 г. В 1815 г., когда, как мы знаем, и был создан портрет – «по горячим следам» участия в Ватерлоо и награждения орденом Св. Георгия - Виллем Фредерик занимал двойственное положение – он был одновременно и наследным принцем Нидерландов и генералом английской армии. Поэтому его английский мундир на портрете вполне объясним. Труднее объяснить, почему, позируя в английском мундире, принц не надел ни одной английской и ни одной «собственной» голландской награды, а лишь прусскую и русскую.
Достоверные портреты принца соответствующего периода его жизни
Безусловно, разница во внешности между персонажем нашего портрета и принцем Оранским на его достоверных изображениях есть. Штойбен на своем (то есть нашем, аукционном портрете) его явно приукрасил. Тем более достаточно сложно соотнести молодого человека с вполне пышной шевелюрой на рассматриваемом портрете с привычным, «классическим» видом Виллема, украшенного обширной лысиной. И тем не менее, это явно он. Больше некому быть.
Все использованные в материале изображения взяты из открытых источников и по первому требованию правообладателей могут быть удалены.