Финал рассказа «Чистый понедельник» как будто представляет собой эпизод из символистского романа или стихотворения. Бунин описывает мистическую сцену со взглядом девушки во тьму, в то место, где стоит главный герой, которого не может быть видно в темноте. Последний абзац туманно намекает на то, что герой видит свою возлюбленную, которая исчезла из его жизни два года назад. Хотя читатель также может подумать, что это всего лишь вымысел самого героя, и не воспринимать это как сюжетный ход. Финал выглядит так:
«Мне почему-то захотелось непременно войти туда. Дворник у ворот загородил мне дорогу, прося мягко, умоляюще:
— Нельзя, господин, нельзя!
— Как нельзя? В церковь нельзя?
— Можно, господин, конечно, можно, только прошу вас за ради бога, не ходите, там сичас великая княгиня Ельзавет Федровна и великий князь Митрий Палыч...
Я сунул ему рубль — он сокрушенно вздохнул и пропустил.Но только я вошел во двор, как из церкви показались несомые на руках иконы, хоругви, за ними, вся в белом, длинном, тонколикая, в белом обрусе с нашитым на него золотым крестом на лбу, высокая, медленно, истово идущая с опущенными глазами, с большой свечой в руке, великая княгиня; а за нею тянулась такая же белая вереница поющих, с огоньками свечек у лиц, инокинь или сестер, — уж не знаю, кто были они и куда шли. Я почему-то очень внимательно смотрел на них. И вот одна из идущих посередине вдруг подняла голову, крытую белым платом, загородив свечку рукой, устремила взгляд темных глаз в темноту, будто как раз на меня... Что она могла видеть в темноте, как могла она почувствовать мое присутствие? Я повернулся и тихо вышел из ворот»
И. А. Бунин "Чистый понедельник" (1944)
Действительно, такая сцена могла бы вполне стать одним из лирических сюжетов в поэзии Блока. Интересно, что и другие мотивы бунинского рассказа встраиваются в художественный мир Блока с точностью пазла. Загадочная героиня, о которой ни герой, ни читатель, полагающийся на точку зрения героя, почти ничего не знают, находит себе параллель у Блока – Незнакомка или Прекрасная Дама. Каждый вечер («…каждый вечер я возил её обедать…») герой возит свою возлюбленную в рестораны, и «каждый вечер, в час назначенный» в ресторане появляется незнакомка в одноимённом стихотворении Блока. «Девичий стан, шелками схваченный» блоковской незнакомки откликается в образе главной героини «Чистого понедельника», которая питает слабость к шелкам и мехам. Проходящая меж столиков бунинская героиня, за которой все следят с восхищением, снова напоминает блоковскую незнакомку, которая «пройдя меж пьяными» становится объектом наблюдения. Эти параллели с Блоком кажутся тем более странными, если учесть, с каким яростным неприятием и презрением Бунин относился к символистам и особенно к Блоку. Так, например, в 1922 году он писал в своем дневнике:
«Читаю Блока – какой утомительный, нудный, однообразный вздор, пошлый своей высокопарностью и какой-то кощунственный. Да, таинственность, все какие-то "намеки темные на то, чего не ведает никто" – таинственность жулика или сумасшедшего. Пробивается же через все это мычанье нечто, в конце концов, оч. незамысловатое»
Дневники Бунина (1922)
Зачем Бунин так последовательно гнёт блоковскую линию в своём позднем рассказе (1944), когда Блока уже нет на свете 23 года и прошлые противостояния давно позади?
Большую часть рассказов, входящих в цикл «Тёмные аллеи», Бунин написал в 40-е годы XX века, будучи эмигрантом и живя в Париже более 20 лет. Эти рассказы стали слепком старой России, которой больше не существует. Для Бунина, слишком остро переживавшего послереволюционные изменения в России, было очень важно воскресить старую, привычную Россию – со всеми подробностями, реалиями, топонимами, культурой и атмосферой. Восстановить реальность последних благополучных дней России – до Первой мировой и революции. В «Чистом понедельнике» мы видим этот скрупулёзный подход:
- городские объекты, разрушенные в советское время (Красные ворота, Храм Христа спасителя, Иверская часовня, Собор Спас-на-Бору и др.);
- популярные рестораны и трактиры (Прага, Метрополь, Стрельна, трактир Егорова, вегетарианская столовая на Арбате и др.);
- реалии начала XX века (лифт, электрический чайник, калориферы, трамваи);
- упоминания культурной жизни (лекции Андрея Белого в Художественном кружке, чтение «Огненного ангела» Брюсова и рассказов Леонида Андреева, концерты Шаляпина, капустник Художественного театра).
Бунин занимался реконструкцией старой России – в том виде, который сохранился в его памяти. Этому принципу в «Чистом понедельнике» подчиняются не только материальные и культурные элементы, но и общественная атмосфера, настроение эпохи. Кто главный поэт первого десятилетия XX века? Конечно, Блок, у которого было множество поклонников и особенно поклонниц. Несмотря на резкую неприязнь к Блоку и поэтам-символистам, Бунин, следуя принципу реконструкции, изображает атмосферу времени, где мотивы поэзии Блока будто витают в воздухе, определяют поведение героев, становятся частью их образов.
В финале Бунин, с одной стороны, копирует блоковский стиль – загадочный, туманный, намекающий. С другой стороны, он продолжает придерживаться реалистической правды и вводит в рассказ новое лицо – историческое. И именно в нём заключён ужасающий смысл, предвещающий события «новой» России. Бунину, писавшему в 1944 году рассказ о 1912-1913 годах, была, конечно, известна судьба царской семьи. В финале «Чистого понедельника» герой видит, как из Марфо-Мариинской обители выходит великая княгиня Елизавета Фёдоровна (сестра императрицы Александры Фёдоровны), а следом за ней тянется вереница инокинь и сестёр. Княгиня Елизавета Фёдоровна, основательница Марфо-Мариинской обители, не смогла избежать чудовищной расправы над представителями царской семьи. В 1918 году она была заживо сброшена в шахту около города Алапаевск вместе с другими «алапаевскими мучениками». Вместе с ней была убита сестра Марфо-Мариинской обители Варвара Яковлева.
Эти люди появляются в конце бунинского рассказа неслучайно – как предвестник катастрофических событий в России, смерти старого мира и как намёк на судьбу главной героини, которая, вероятно, находится среди идущих за княгиней сестёр. И автор, и читатели знают, куда они идут. Уже через несколько лет от описанных в рассказе событий таким девушкам, как бунинская героиня и сёстры обители, не будет места в России. Вместе со страной они исчезнут в хаосе исторических переломов. Это и есть тот нерв, который проходит между строк «Чистого понедельника», который был так важен для Бунина.
Автор: Екатерина Арефьева