Что движет обольстителями? Где грань между расчетом и искренними чувствами? Анализируем героев романа «Опасные связи» и исследуем вечную борьбу разума и чувств.
НЕОБХОДИМЫЙ ДЛЯ ПОНИМАНИЯ СПОЙЛЕР
Кадры, используемые в статье, взяты из экранизации «Опасные связи» (1988), реж. Стивен Фрирз.
Если вы не читали роман, дальше идти не стоит – или же этот параграф лучше пропустить. Стоит его прочесть в том случае, если статья вам интересна, если сам роман читать вы не планируете, ну или если известная концовка не портит лично для вас удовольствия от чтения.
Действие происходит во Франции 18 века. Аристократ виконт де Вальмон и маркиза де Мертей – давние любовники, а ныне – (не)добрые друзья. Отношения их строятся на единстве философии, взглядов на мир: главное в жизни – наслаждение, а любовные победы – лучшее и изысканнейшее из этих наслаждений. Обольщает мужчин маркиза, соблазняет женщин виконт. И вот он заинтересовывается набожнейшей, нежнейшей юной замужней дамой, президентшей де Турвель. Соблазнить ее – значит доказать всему свету, что умения Вальмона на этом поприще безграничны. Маркиза же одновременно просит своего друга заняться и другой юной особой – невинной Сесиль де Воланж. Соблазнив невесту своего недруга, она рассчитывает на сладкую и жестокую месть. У Сесили есть возлюбленный, юный Дансени. В результате долгих переписок (а роман эпистолярный и читатель здесь видит только их) соблазненной оказывается Сесиль, обманутым – Дансени, госпожа де Турвель поддается искушению, но находит себя в любви – ровно до тех пор, пока Вальмон не уничтожает это чувство, признавшись в обмане. В окончательном же финале старшая пара героев, де Турвель и де Вальмон, гибнут, а младшая – Воланж и Дансени – удаляются за стенами монастырей.
ЭРОТИКА В РОМАНЕ
Несмотря на то, что это центральный, жанрообразующий образец фривольного французского романа, эротики здесь немного. Нежно, хотя и страстно, описывает Вальмон моменты близости с госпожой де Турвель, иронически, игриво – с юной и неопытной Сесиль. Эти две науки – соблазнения и любви – проходят в романе двумя важными линиями (сюжетными, мотивными, идеологическими); об этом рассуждают и причастные к ним герои, и герои-резонеры. И они интересуют автора куда больше, чем описание физиологических подробностей секса. Текст местами действительно искрит сексуальным напряжением, но это – о флирте, а не о порнографии.
Вообще, понимание того, что «фривольный» в данном случае – не описывающий, а просто называющий то, что, по мнению ханжей, называть бы не следовало, хорошо объясняет нам, какую силу придавали художественному слову писатели восемнадцатого столетия (читатели, впрочем, тоже). Спойлер: огромную.
ПОЧЕМУ ПИСЬМА?
Ну, во-первых, жанр. Эпистолярный роман – целая традиция, расцвет которой пришелся как раз на 18-е столетие. Де Лакло вдохновлялся Руссо, а в зоне психологической мотивировки характеров – Расином и Ларошфуко (в числе прочих, конечно). Прямая письменная речь персонажей позволяла автору сделать две важные вещи: максимально полно раскрыть психологию персонажей, дать им возможность подробнейшим образом обрисовать свою систему взглядов, сложные переливы чувств, а кроме того – показать все связи между героями максимально ярко (а связей там, как вы понимаете, достаточно). Де Лакло вживается в каждого из своих персонажей и делает это мастерски.
При этом, эпистолярная форма скрывает главное: она нигде, совершенно нигде не допускает голоса повествователя. Он не существует в этой художественной системе, никаких комментариев мы от него не дождемся. Тем более, не дождемся осуждения или оправдания происходящего. Некую его причастность к происходящему в романе можно заметить разве что в предисловии (где он пишет, что письма эти – не плод его воображения, а переписка реально существующих людей) и в последовательности фрагментов. Но первому мы не доверимся (ибо знаем, что установка на правдоподобие – общее место и знаменательная черта литературы эпохи), а второе нивелируется простой хронологией.
СИСТЕМА ПЕРСОНАЖЕЙ: КТО С КЕМ СВЯЗАЛСЯ?
На первом уровне – Вальмон с двумя женщинами. Образ харизматичного, дьявольски привлекательного обольстителя типичен для литературы Нового времени (вспомним, например, Дон Жуана в этом ряду), но Вальмон хорош тем, что де Лакло нашел выгодный ракурс для раскрытия этого героя, нашел его ахиллесову пяту. Впрочем, об этом чуть позже.
На втором, более дидактичном и сложном – юные Сесиль и Дансени вошли в свет, познали аристократические нравы, сполна были ими испорчены, деформированы – и удалились не только из этого общества, но и из мирской жизни вообще.
На третьем – связались де Вальмон и де Мертей, скорпион и змея, два душегуба и соблазнителя чистых и невинных. Он и она – одинаково тщеславны, рассудочны, ревнивы, себялюбивы, честолюбивы. И он, и она полагают, что люди – лишь инструмент удовольствия. Соблазнить, воспользоваться и выбросить (если заблагорассудится, то еще и публично опорочив) – все, чего достойны те, кто не может устоять перед их чарами. Примерно так их и рассматривает наше литературоведение, Виппер, например. Для Вальмона, впрочем, иногда делается исключение: дескать, он тоже попался в сети маркизы. Да и сами герои называют в финале романа именно ее виновницей всех злоключений, выпавших на долю и соблазненных, и самого виконта.
Давайте разбираться. Виконт в сюжете активен, маркиза – пассивна. Пока он уничтожает честь и доброе имя соблазняемых им женщины и девушки, она завершает надоевшие отношения с опостылевшим поклонником, хлопочет о процессе против наследников своего почившего мужа и о получении наследства (которое ей, судя по всему, не принадлежит), заинтересовывается и в итоге очаровывает юного Дансени. И все же это пассивная позиция: она лишь дергает за ниточки, а действуют за нее мужчины. Маркиза сложнее виконта в мотивации: да, цель ее – наслаждения, но это не самоцель. Ей важно доказать, что только жизнь плоти имеет смысл, жизнь сердца же – скучная нелепица. Важно, что в предисловии персонажа не содержится указаний на травму, которой просветители зачастую объясняли такие характеры (вспомним, например, леди Мильфорд у Шиллера в «Коварстве и любви»). Нет, де Мертей не может любить просто по природе, точнее, секс для нее куда надежнее чувств и эмоций. Травма привязанности как она есть, сказали бы сегодня психологи (ну, мои внутренние психологи, ибо профессией не владею и ручаться за диагноз, пожалуй, не буду).
Важно, что распространить эту травму на всех вокруг – вторая важная цель маркизы. «Я не люблю и не любима – и никто не будет» – примерно так звучит ее внутреннее кредо. На этот крючок ловит она Вальмона, этому обучает Сесиль, к этому привела бы и Дансени, если бы ее интриги не раскрыли.
И здесь мы приходим к ключевому конфликту произведения…
ЧУВСТВА VS РАЗУМ
Об этом исследователи тоже пишут – но в центр произведения не ставят. Но мы бы поставили. Ибо противостоят в романе друг другу не праведные и не праведные, не целомудренные и распущенные – а чувствующие и осознающие. Для всех соблазненных (президентша, Сесиль, Дансени) все происходящее – морок, иллюзия, но очень правдоподобная (иллюзия вообще – один из главных мотивов книги). И они верят в нее, потому что доверяют тому, что чувствуют. Для очаровывающих (Вальмон, Мертей) все происходящее видится ясно, кристально ясно. Такая вот «Матрица» чувств 18-го столетия.
И теперь, в контексте этого противостояния, нам необходимо еще раз вернуться к ответу на вопрос, заявленный в предыдущем параграфе: кто виноват – оба соблазнителя или одна маркиза? Полагаем, что только она. Поясним (попытка номер два, что называется).
Первое: Вальмон чувствует. Это очевидно маркизе, президентше, читателю – да кому угодно. Только сам Вальмон этого не признает. И боится признать до ужаса. Точнее, до смерти – в прямом смысле слова. Он скорее умрет, чем признает, что полюбил – и умирает, и забирает возлюбленную с собой.
Второе: перейдя на сторону «чувствующих» из стана «осмысляющих» он становится для маркизы чужаком – и она мгновенно избавляется от него. А то, что он губит и ее перед смертью – так он и не идеальный всепрощающий персонаж. Тот еще дьявол, этим и хорош.
Третье, важное, композиционное: Вальмон умирает не вслед за своей возлюбленной, а перед ней. Это важно, так как последней гибнет (уезжает, на самом деле, но фактически гибнет, слепая на один глаз и рябая после оспы) маркиза де Мертей, и в романе подчеркивается, что болезнь и гибель ее – наказание за ее злодейства. Так вот Вальмон гибнет до президентши, а, значит, за нее он не наказан. Наказывает его Дансени за то, что он соблазнил Сесиль. Но Сесиль Вальмон и не любит… Следовательно, герой к концу романа двойственен: «чувствительным святошей» он не стал, но полюбил глубоко и искренне, а, следовательно, имел шанс на исправление.
МУЖЧИНА VS ЖЕНЩИНА
Подбираясь к финалу нашего текста, скажем еще и о том, что соблазняют и соблазняются в романе и мужчины, и женщины. Это снимает гендерную однозначность рассматриваемых в романе проблем и делает его более сложным. Создается зеркальная система персонажей: двое младших возлюбленных, Сесиль и Дансени, двое старших – де Турвель и де Вальмон. Маркиза – в прямом смысле пятое колесо в этой системе. Такая система углубляет и усложняет роман, делает его интереснее и правдоподобнее (к сожалению).
А ЧТО ЕЩЕ?
А пока на этом все. Мы не сказали ни слова об образе деревни в романе, о мотиве удаления от света, о сцене дуэли и воинской доблести Вальмона, о финале их любовной линии с госпожой де Турвель… Впрочем, недосказанное о тексте иногда – самое ценное. Так и оставим.
🖇️ Материал подготовлен лектором Vita Nuova, Еленой Хомухиной