Предыдущую главу читайте здесь.
Конечно, «Бур» скучал по жене и, когда появлялась возможность, выходил поговорить с ней по «скайпу».
Находясь на задании, он из года в год внимательно следил за новинками в области компьютерных технологий и интернета, так как это напрямую относилось к его сфере деятельности по легенде. Узнавая о чём-то новом, скрупулезно исследовал вопрос с точки зрения применения новации в собственной жизни и в бизнесе, который требовал идти в ногу с прогрессом.
Так произошло и со «скайпом». Напомним читателю, что шли нулевые годы нашего века, и сервис интернет-видеосвязи только-только получил в мире широкое применение, так как давал пользователям возможность общаться повсюду. Где бы ни находились корреспонденты, с ними можно организовать видеосвязь, телефонные звонки, обмен мгновенными сообщениями и файлами. Возможности сразу привлекали внимание.
Как только разведчик разобрался в технической новинке и установил приложение на своем ноутбуке, тут же обратился в Центр с просьбой организовать видеосвязь с супругой, то есть подключить её к сервису и обучить, как пользоваться. Московское начальство пошло навстречу ценному сотруднику и выполнило просьбу. При этом канал связи между супругами был максимально зашифрован, что не только позволяло сделать закрытым от посторонних содержание разговора, но и скрыть само место, откуда он вёлся. Теперь «Бур» периодически использовал усовершенствованный «скайп», чтобы пообщаться с женой, узнать её новости, а главное, посмотреть на кроху-сына, который начал самостоятельно ползать по кровати. Наблюдая за неуклюжими движениями маленького человечка, он в самом деле чувствовал себя участником домашних событий. Для разведчика это стало реальной отдушиной, возможностью ненадолго отвлечься от повседневной работы в Африке, которая продолжалась без малого десять лет.
События со «скайпом» начались в то самое время, когда он терпеливо месяц за месяцем ждал сообщений от «Мишеля», обещавшего прилететь в Мозамбик на встречу с руководителем. Ждал, но понимал, что такая поездка трудно выполнима, ведь Центрально-Африканская Республика тонула в жестоких штормах гражданской войны. И всё же настал момент, когда Жорес Багану вышел на связь. Штофферс уточнил время и место их предстоящей встречи. Не надо быть сверхдальновидным, чтобы угадать желание Багану окунуться в море с аквалангом после длительного перерыва. Поэтому встречу по традиции назначили на пляже Понто д’Оуру возле дайвинг-клуба. В первой половине дня на пляже и в клубе обычно посетителей немного, поэтому отыскать безлюдное место не составит труда. Там можно поговорить на любые темы, не скрываясь от посторонних ушей.
Тедди приехал на пляж перед встречей и велел молодому парню из числа обслуживающего персонала поставить два шезлонга на пустынном пляже у самого уреза воды, где на песок накатываются ласковые морские волны. Ждать гостя долго не пришлось, его спортивную фигуру с большой сумкой через плечо он заметил издалека. Выглядел Жорес не очень: лицо осунулось, на висках молодого человека пробилась первая седина, в глазах застыло выражение озабоченности. Только широкая белозубая улыбка осталась прежней. Они обнялись, похлопывая друг друга по плечам.
– Очень, очень рад тебя видеть дружище! – с улыбкой говорил Тедди.
– И я так же! – откликнулся Жорес.
Они облачились в гидрокомбинезоны, надели акваланги и опустились на дно морское. Вдоволь поныряв, отвели душу и устроились в шезлонгах на пляже с бокалами «мохито» в руках. Беседу начал Штофферс:
– Я ведь тогда прилетал в Мали по делу. И тебя хотел увидеть, чтобы, кроме всего прочего, расспросить, известно ли тебе об «экваториальной лихорадке», эпидемия которой охватила соседние с ЦАР страны Нигер и Чад. Ты вырваться на встречу не смог, поэтому пришлось отложить этот вопрос на сегодня.
– Скажу прямо, – ответил Багану, – вряд ли сейчас тебя удовлетворят мои слова. Мне известно очень немного. Да, я слышал, что территории к северу от наших границ охвачены эпидемией тяжелого заболевания. О том, что зараза просочилась к нам, сообщений не имел. Но ты же знаешь, что север нашей республики находится под властью племен мятежников-исламистов, поэтому нет сведений о том, что там происходит на самом деле. Вот всё, какими сведениями располагаю.
– Понятно. Тогда ответь на другой вопрос на ту же тему. Слышал ли ты о биолабораториях, развернутых в некоторых странах Экваториальной Африки?
– Слышать-то слышал. Вернее, читал в каких-то документах, что в одной из стран, то ли в Гвинее, то ли в Сьерра-Леоне имеется лаборатория, укомплектованная зарубежными врачами, которая предназначена для борьбы с эпидемиями в Африке. Но я темой не интересовался, поэтому точного ответа у меня нет и на этот вопрос, ты уж меня извини.
– Ладно, чего здесь извиняться. Отрицательный ответ на вопрос – тоже ответ. Буду знать, что ты с важной для меня темой по эпидемиям и биолабораториям не знаком.
– Вот именно! В связи с теми событиями, которые происходят у нас в стране, мысли мои сосредоточены лишь на нашей междоусобной войне.
– Тогда прошу рассказать подробнее о военных событиях, в которых тебе приходится участвовать.
– Хорошо, об этом могу рассказывать долго. Моего шефа, генерала, который был заместителем военного министра, президент назначил министром внутренних дел. Шеф предложил мне уйти в МВД вместе с ним, возражать я не стал, и сейчас занимаю должность заместителя министра. Кстати, можешь поздравить: теперь моё звание – подполковник!
Тедди улыбнулся и крепко пожал Жоресу руку. А он продолжил:
– Борьба с мятежниками – это главное дело, которым мы занимаемся. Мятежники – не просто некий неорганизованный сброд. Мусульманские государства на севере их поддерживают деньгами, проводят обучение отрядов, снабжают современными видами вооружения и боеприпасами, направляют инструкторов для проведения боевых операций. Дело серьезное. Почему я нашел возможность уйти на несколько дней в отпуск и прилететь к тебе в Мозамбик? Потому что наша армия при содействии полиции буквально на днях успешно отразила наступление мятежников на столицу и отогнала их боевые отряды подальше на север страны.
– То есть, вы победили мятежников?
– Если бы это было так… Увы! Вскоре эти бандиты получат подкрепление и новую партию оружия, соберутся силами и вновь полезут свергать законную власть в республике. Возможно организуют очередной поход на столицу, и мы опять будем вести с ними уличные бои в центре Банги.
– А как же твои вопросы по разминированию?
– К сожалению, сейчас до них у меня не доходят руки. Приходится заниматься на государственном уровне огромным количеством других проблем. Но, дело, которым я занимался, не стоит на месте. По твоему совету в ЦАР действует боевое саперное подразделение из России. Русские прекрасно справляются со своей задачей и продолжают разминирование, несмотря на то, что в стране повсюду ведутся боевые действия.
– Разве мятежники не оказывают на них воздействие?
Багану засмеялся.
– Пытались как-то оказать. Но русские, вовремя заметив, что бандиты вознамерились их атаковать и сосредоточились вдоль дороги на своих пикапах с пулемётами, применили такой прием, которого от них не ожидали. Использовали самоходную реактивную установку разминирования! Поясню, что это. Такая инженерная установка предназначена для проделывания безопасных проходов в противопехотных и противотанковых минных полях, расчищая взрывом проходы шириной до 14 метров. Разминирование осуществляется путём возникновения ударной волны от взрыва реактивного заряда, которая воздействует на взрыватели мин. Зрелище впечатляет, когда подрыв заряда вызывает непрерывный вал взрывов протяженностью от 80 до 90 метров. Так вот, русские своевременно ударили из своей установки по направлению вдоль дороги и, когда взрывной вал образовался рядом со стоящими на ней машинами, отряд мятежников будто сдуло с того места. Больше к сапёрам они не совались.
– Молодцы сапёры! То есть, руководство республики довольно действиями русских военных?
– Да, так уж получается, что там, где стоят русские, бандиты ведут себя смирно. Я тебе ещё не рассказывал, что мой министр в прошлом году летал в Москву и договорился с соответствующими структурами в России о передаче уранового рудника, находящегося неподалеку от города Бриа в ведение российских предприятий.
Ты в тот район приезжал, если помнишь, три года назад. Рудник теперь официально передан в распоряжение российской фирмы, которая завезла оборудование, построила вертолётную площадку и начала промышленную добычу залежей. Для охраны привезли из своей частной военной компании таких бойцов, которые не боятся самого чёрта. Места, где находится рудник, вообще-то контролирует одна из группировок исламских повстанцев. Русские для начала провели показательное боестолкновение с этими бандитами, силой оружия убедили их, что лучше к ним не соваться, потом каким-то образом нашли способ договориться с вождями, и теперь спокойно работают, не опасаясь нападений. Так что, как я и говорил, где находятся русские, у нас мирная территория. И налоги от деятельности русских поступают нам в государственный бюджет. Хотя никогда прежде от уранового рудника доходов не было.
– Ну, а как в этой ситуации действуют французы?
– Французы с начала боевых действий в стране соблюдали нейтралитет. Долго делали вид, что межэтнические и межрелигиозные проблемы ЦАР их не касаются. В столице у нас квартировал гарнизон численностью 600 человек из состава 2-го парашютного полка Иностранного легиона. К французам официально обратился наш президент, указав им на пункт межгосударственного договора, где сказано, что ответственность Пятой республики распространяется на весь спектр угроз для жителей нашей страны. Лишь после этого они зашевелились. По указанию военного командования из Парижа для успокоения международной общественности была запланирована антитеррористическая операция под названием «Сангарис». Транспортными самолетами в Банги были переброшены подразделения 3-го и 8-го парашютных полков морской пехоты. Тем временем мусульманские повстанцы атаковали город Бирао на севере, захватили много оружия и боеприпасов, благодаря чему заняли три северные префектуры. Ситуация становилась критической, и тогда наша армия при тактической и логистической поддержке французов начала контрнаступление. Французские истребители «Мираж», вызванные для поддержки, нанесли авиаудары по повстанческим колоннам. В районе Бирао высадилась рота парашютистов 3-го полка. Вместе мы отбили город и зачистили прилегающие территории.
– Оказывается, от французской армии есть какой-то прок?
– Да, следует отметить, что в той операции военный успех очевиден. Продемонстрирована оперативность в принятии и исполнении решения, понесены минимальные потери, а противник разгромлен. Тем не менее на дипломатическом фронте случилось очевидное фиаско. Правозащитные организации обвинили французских солдат в попустительстве уголовным элементам, которые пытали и убивали пленных и мирных жителей, устроили вакханалию грабежей и убийств. Повстанцы в свою очередь свидетельствовали, что французская авиация бомбила мирные деревни на севере.
– Понятно. Сами себе создали скандал. Но какие-нибудь преимущества от победы в городе Бирао французы получили?
– После окончания боев они настояли на том, чтобы мирное соглашение было подписано. Наше правительство объявило амнистию всем повстанцам, а часть боевиков была интегрирована в вооруженные силы страны. Однако спокойная жизнь продолжалась недолго. Лидеры мусульманских группировок предъявили претензии нашему правительству в несоблюдении мирного соглашения и вновь взялись за оружие. В течение двух недель взяли пять городов на севере страны и центр алмазодобычи. Поначалу французы участвовали в боях, перехватили несколько караванов с оружием для мятежников, разрушили их опорные пункты. Но после того, как отбили у боевиков центр алмазодобычи, интерес к ведению боевых действий у них пропал. Хорошо, видимо, французы обогатились на наших алмазах. О боевых операциях речь больше не шла. Мятежники вновь вышли на подступы к нашей столице Банги. Начались недавние бои, о которых я тебе рассказывал. К нам вовремя подошла военная помощь Африканского союза, и боевики отступили. Мне удалось взять несколько дней отпуска и прилететь в Мапуту. Вот, собственно, и вся история.
Вдруг собеседники одновременно обратили внимание на быстроходный белый катер, который шёл в море метрах в пятидесяти от берега. На корме был закреплен длинный трос, поднимавшийся в небо. Там на высоте парил раскрытый парашют, на подвесной системе которого сидели два человека, летевшие в воздушной синеве.
Тедди с видом знатока пояснил:
– Это парасейлинг, новый вид морского отдыха для любителей острых ощущений. На пляже в Мапуту таких приверженцев активного отдыха размещают на сидении под парашютом, и катер, именуемый паракрафтом, разгоняясь, поднимает их в воздух. Смельчаки в восторге парят над морем, пока их не опустят в то же место, откуда стартовали.
Жорес заворожённо смотрел на людей под куполом парашюта. В этот момент катер заметно сбавил ход, трос дал слабину и парашют довольно быстро начал опускаться вниз. Это было неожиданно для всех, сверху даже послышался испуганный девичий визг. Но через мгновения мотор катера прибавил обороты, и парашют взмыл вновь.
Жорес, улыбаясь, указал рукой на парашютистов и воскликнул:
– Испугались, наверное! Страшно стало!
– Конечно, страшно! Ребята в катере играют на нервах у клиентов. Между прочим, парасейлинг появился в шестидесятые годы в качестве тренировки военных. Лишь позже предприимчивые люди решили использовать эту идею в коммерческих целях и стали предлагать отдыхающим на курортах разнообразить досуг водно-воздушным экстримом. Стоимость этого развлечения отнюдь не малая, но любителей отдохнуть под небесами всегда находится много.
Они еще долго смотрели вслед удалявшемуся белому катеру, выделявшемуся на фоне изумрудных волн и плывшему в синем небе большому парашюту, яркий купол которого состоял из широких шелковых полос красного и оранжевого цвета.
Помолчав, Штофферс решил вернуться к обсуждению политических проблем Африканского континента и спросил:
– Какие же теперь у вас в стране взгляды на французский воинский контингент, если Франция не собирается выполнять своих обязательств перед вашим правительством?
– Руководство моей страны с беспокойством наблюдает за тем, что французские солдаты год за годом тычутся в глухую стену и фактически за исключением некоторых незначительных успехов не достигли никаких серьезных побед в борьбе с мятежниками. Дело дошло до того, что боевики, ворвавшиеся в нашу столицу, устроили стрельбу и взрывы рядом с их военной базой, но из-за высокого забора никто даже не выглянул. Мы давно поняли, что главным критерием использования французских войск является соблюдение интересов Парижа. Притом, что французы по договору должны были продолжить боевые действия в рамках своей операции «Сангарис». Ничего толкового они так и не сделали. Это официальный взгляд на проблему, а если рассмотреть неофициально, то станет ясно, что Франция изрядно погрела руки на этой операции, особенно когда захватили центр алмазодобычи. Понятно, что значительное количество алмазов, залитых кровью наших людей, ушло во французские карманы. В связи со сложившейся обстановкой президент страны провел совещание представителей силового блока правительства, в ведении которых находятся вопросы вооруженного противостояния мусульманским повстанцам.
В этот момент Багану приостановил свой рассказ и многозначительно посмотрел на Штофферса. «Театральная пауза», – мелькнуло в голове Тедди – Станиславский бы аплодировал». А собеседник тем временем продолжил, понизив голос:
– То, о чем скажу дальше, должно тебя заинтересовать. Но учти, сведения совершенно секретные, до поры до времени они не должны становиться достоянием гласности. Президент принял решение официально обратиться к правительству Российской Федерации за помощью. Он попросит направить в ЦАР российскую военную технику и боеприпасы для перевооружения армии и военной полиции, потребуются также военные советники и специалисты для обучения военнослужащих использованию этой техники. Помимо этого, хорошо было бы договориться о направлении бойцов частных военных компаний для охраны правительственных учреждений. На помощь французов у нас уже никто не надеется, поэтому, как только будет заключен договор с русскими, моё государство заявит о прекращении военного сотрудничества с Францией.
– Да, интересный поворот событий.
– Тедди! То, что я рассказал, происходит не только в ЦАР. Вслед за моим правительством о текущем неудовлетворительном положении задумалось руководство соседних стран. Во всем Сахаро-Сахельском регионе, куда входят такие страны как Нигер, Мали, Буркина-Фасо, Мавритания и Чад, не первый год продолжаются боевые столкновения с мятежниками-мусульманами. В этих странах дислоцированы французские войска, которые были введены якобы для борьбы с терроризмом и стабилизации обстановки до того уровня, когда местные власти сами смогут обеспечивать безопасность. Французы проводят антитеррористическую операцию, однако её эффективность внушает сомнения. Наш президент часто встречается с главами Нигера, Мали и Буркина-Фасо. Постепенно не только нам, но и остальным становится ясно, что французские войска не сумеют справиться с мятежниками. По свидетельствам очевидцев, французские солдаты при огневом контакте с противником отступали к своим базам и не покидали их больше. Происходит то же, что у нас. Очевиден и дальнейший провал антитеррористической операции, ведь в ней участвует техника из Франции, скверно адаптированная к действиям в Африке, к песчаным бурям, жаре. К тому же у них слабая броневая защита. На данный момент операция не дала региону ничего положительного: не снизила активность боевиков, не повысила безопасность жителей, число жертв среди которых год от года только возрастает. До сей поры в этих странах еще сильно влияние Франции, но у населения и у властей зреет недовольство французским присутствием. Мне известно, что такие настроения проявляются в Буркина-Фасо и в Мали. Не удивлюсь, если к ним присоединится и Нигер. Тем более, что в этих странах с беднейшим населением имеются огромные залежи золота, алмазов, урана и прочих ископаемых, которые могли бы их обогатить. Но вчерашние колонизаторы-французы под предлогом заботы о бывших колониях не позволяют государствам самим распоряжаться своими богатствами. Опыт моей страны показывает, что помощь России сможет кардинально улучшить ситуацию.
– Ну, что же, Жорес. Ты провел для меня подробный военно-политический обзор событий, которые происходят в ЦАР и соседних с ней странах. Будем наблюдать за тем, что последует дальше. Мне кажется, ты окажешься прав и в своих политических прогнозах.
– Я рад, что ты оценил мой доклад. Всегда готов оказывать тебе подобные услуги. Тем более, что мне самому нравится заниматься аналитикой.
Чтобы развеяться друзья решили устроить еще один заплыв с аквалангами на прощание, ведь надвигался вечер, и посетители дайвинг-клуба разъезжались.
Багану не мог долго задерживаться в Мозамбике и через день улетел домой. На прощание он неожиданно с усмешкой сказал:
– Совсем забыл рассказать случай, который будет тебе интересен. Я всё же добился наказания для тех преступников, которые напали на тебя у гостиницы в Банги. Был суд, и за решётку отправились не только исполнители, местные парни, но и их руководитель – сенегалец из Иностранного легиона. Он не был гражданином Франции, поэтому и попал в руки нашего правосудия. И представляешь, каким наглецом он оказался? Посмел угрожать мне в зале суда расправой: жестом показал, что перережет мне горло. Да, он из тюрьмы живым не выйдет, если я распоряжусь.
Разведчик выслушал его рассказ с большим вниманием:
– Жорес, я прошу тебя быть очень осторожным. От французских легионеров можно ожидать любой подлости.
«Мишель» ответил серьёзным взглядом и согласно кивнул головой.
Агент улетел, а «Бур» тем временем взялся осмысливать те сведения, которые получил от него. Несомненно, о многом из услышанного он знал или догадывался. Что тут говорить, ведь разведчик не год и не два провел в Африке, накопил много информации по обстановке в разных странах на континенте. Но в основном его знания представлялись общими и порой недостаточно детализированными. А «Мишель», как непосредственный очевидец происходивших событий, разложил всё по полочкам. Причем не только по собственной стране, но и по всему региону в целом. Теперь разведчик имел абсолютную ясность в вопросе о порядке предоставления данной информации в Центр.
Его доклад, ушедший в Москву, получился обширным и детальным. Из содержания было понятно, что Россию ждут, ей пора возвращаться в Африку. Центр несколько раз присылал вопросы с указанием уточнить те или иные аспекты международной и военной политики государств, о которых шла речь в докладе. Уж очень животрепещущими для политического руководства России оказались темы о ближайшем будущем африканских стран.
И.Дроканов. А.Бондаренко
Все главы романа читайте здесь.
======================================================Желающие приобрести дилогию в одной книге "Одиссея капитан-лейтенанта Трёшникова" и её продолжение "Судьба нелегала Т." обращаться ok@balteco.spb.ru
======================================================
Дамы и Господа! Если публикация понравилась, не забудьте поставить автору лайк и написать комментарий. Он старался для вас, порадуйте его тоже. Если есть друг или знакомый, не забудьте ему отправить ссылку. Спасибо за внимание.
Подписывайтесь на канал. С нами весело и интересно!
======================================================