…о картине программиста Аллена, словесно подсказочной программой создавшего такую картину.
Отвечать буду по наитию в результате просмотра двух видео с участием Гутова. Мне кажется, что я понял, что он за художник (он творец того, что называется современным искусством, очень трудно понимаемым, Гутов это называет избеганием литературности, которою страдало чуть не всё изобразительное искусство до современного).
Что мы видим на картине?
Судя по тому, что у публики (она на втором плане) видны затылки, а не лица (будь лица, они бы были светлее одежды), люди сидят спиной к сцене. Сидят на хаотически поставленных стульях. Сцена на переднем плане и на ней поют оперные артисты. А то, о чём они поют, зрительно как бы проецируется на киноэкран. То есть пение их – как бы закадровое. Но киноэкран не белый матерчатый экран, а как бы живое пространство. Может, созданное голограммой. Она изображает залив, на ближнем береге которого, справа, несколько человек, а на дальнем береге – набережная, на неё дома, за ними горы, как кулисы уходящие вдаль. И над ними – небо. Всё видно, как в каком-то мареве. Слева и справа от зала для публики – уходящие вглубь театра коридоры, кончающиеся одним окном. Левый коридор заставлен чем-то вроде картин в рамах, стоящих каким-то образом на полу вертикально.
Но всё это я описал после внимательного всматривания. На которое Гутов в видео не пошёл. Как ему интервьюер показывал изображение, не известно. Оно просто несколько секунд висит на экране. И Гутов немедленно после этих секунд реагирует:
«- Как вы думаете: что будет с нейросетями, с художниками и изобразительным искусством?
- Смотрите, это очень интересный челендж [совершение какого-то действия и привлечение к его повторению других людей], который сейчас вообще сети бросают человечеству.
Можно подойти двумя разными способами.
На современном этапе, в целом эти сети генерируют чушь собачью.
Кто, что это была за выставка? Что это был за конкурс? Кто там были кураторы? Кто давал эту премию? Я не знаю. Я бы изучил вопрос.
- Посмотрите, вот изображение.
- Так, по этой картинке я ничего не могу сказать. Где-то кто-то получил первую премию. Я вообще в премии не верю. Всё это – включая Венецианскую биеннале и всё остальное. Бывает, что премия даётся действительно выдающемуся\ произведению. Бывает, что даётся такой ахинее, что просто поверить невозможно, по каким-то политическим или другим соображениям.
Но то, что в целом вот эти, все эти будут сражаться за место под солнцем… И художникам придётся отстаивать себя – это факт. А любая конкуренция, я считаю, прекрасна» (Временная метка 38:52 https://yandex.ru/video/preview/13029914467233231789).
То есть Гутов не больше секунд смотрел на картину. И за такое время лично я ничего в ней не понял. – То, что я испытываю перед произведениями современного искусства и при длительном смотрении.
Подозреваю, что не понял и Гутов.
И испугался перспективы разбираться. Потому что это всё равно, что браться отдавать себе отчёт, почему он в собственной картине сделал такую-то непонятность.
Например, в такой картине.
Почему первая буква писалась с таким малым количество туши на пере, что аж не прописалась вертикаль буквы «Г»? Почему с таким нажимом сделана левая часть буквы «о»? И так – по каждой букве. И ясен ответ: чтоб уйти от литературности. Ведь если написать все буквы одним шрифтом, то зритель обратит внимание на смысл написанного. И это станет литературностью. То есть всё это разнообразие обеспечено подсознанием, обеспечивающим эстетическое качество – органическую целостность. Это когда всё говорит об одном и том же. Как любая капля в море. То есть каждая буква своей уникальностью кричит: «Это не литература, которою было пронизано всё изобразительное искусство до современного». А то было в вегетарианские времена. Когда не было так противно всё вокруг. Как теперь. (Это 2013 год, начало майдана, когда мир быстро приближался к ядерной катастрофе из-за того, что НАТО приступило к военному освоению Украины.)
И всё это – из головы рождено, что стыдно, положа руку на сердце.
И не ново последние 150 лет «фэ» говорить миру нелитературно - натурокорёжением.
«…мир настолько мерзок» (Временная метка 44:37 там же).
Живописи впору вообще прекратить своё существование, что она почти уже и сделала, что тоже мерзко, о чём я, Гутов, и кричу, заменив изображение письмом. На противного цвета фоне. Что, - этот вот момент, - может, родилось и не как замысел сознания. Но если всё же, как он. Долго ль по отношению ко всеобщей мерзопакостности подумать, что надо в качестве «фэ» изображение полностью заменить текстом, когда другие, не полностью, уже это же «фэ» выражали (Ларионом в начале ХХ века выпускал пузыри из ртов людей и там писал, что они говорят). И так противно выкапывать, как до этого доходило твоё подсознание в порядке количественного увеличения разных «фэ» миру. Этих солёных капель моря…
Так противно это проделывать с собой, что противно и по отношению к Аллену, который, вон, тоже что-то непонятное на первый взгляд сделал. Не важно, что машиной. Важно, что словами, продиктованными машине. То есть от ума всё. Что стыдно.
От тайного стыда за второсортность современного искусства Гутов и отказался обсуждать картину Аллена и искусственного интеллекта.
11 января 2025 г.