Глава 6
Пашка позвонил, когда Андрей утром собирался выезжать в офис.
- Андрюха, у нас беда. Олег отца зарезал.
- Что? Когда? Совсем убил?
- Ну, не совсем… Игоря только что на скорой увезли. Олега тоже увезли, но в полицию…
- Я понял, Паша. Спасибо, что позвонил. Попробую выяснить, что да как.
Пришлось Пузыреву ехать не в офис, а в Пушкинское отделение полиции. За стеклом дежурного сидел вечный капитан Беспалов.
- Привет, Боря, - поздоровался Андрей с бывшим сослуживцем. – К вам тут паренька привезли, который отца порезал. Не знаешь, где он?
- У Рыбина в кабинете, в восьмерке, - ответил дежурный.
- У Рыбина, у Володьки? – удивился детектив. – И давно он у вас работает?
- Две недели, как перевелся, - пожал плечами Беспалов. – У нас Макс Березин в Питер перебрался, вот из области замену прислали.
- Отлично, тогда я загляну к нему?
- Иди, своих пропускаем.
Постучавшись, Пузырев заглянул в восьмой кабинет. Следователь Рыбин развалился в кресле за столом, перед ним, опустив голову, сидел Олег Красовский.
- А, Андрюха, заходи, - улыбнулся Рыбин, - ты что тоже к этому делу причастен?
- Я расследую предыдущее покушение на отца этого парня, - сказал Андрей, проходя к столу и садясь рядом с провинившимся.
- Да, я слышал, что его уже второй раз порезали, - покачал головой следователь, - но тогда дело не возбудили. Впрочем, в этот раз, похоже, будет то же самое. Игорь Красовский отказался писать заявление.
- Как он?
- Пришел в сознание, но на этот раз придется ему в больнице подольше задержаться, пырнул его сынок на это раз как следует.
- В парке не я его, - сердито сверкнул глазами Олег.
- А зачем же сейчас это сделал? – Пузырев неодобрительно посмотрел на парня. – Ты же говорил, не хочешь из-за него за решетку.
- Случайно вышло, - Олег покачал головой. – Я слышал, как вы вечером на кухне разговаривали. Я всю ночь не спал, думал, к утру успокоюсь, но не вышло… Утром я отцу сказал всё, что о нем думаю, а он обозвал меня сосунком и приказал мне не соваться в дела, в которых ничего не понимаю. Ну… я схватил нож со стола и пырнул его. Сам не знаю, как это получилось… Сам же сразу и скорую вызвал.
- А чего ты так на него взъелся-то? – удивился Андрей. – Мы вроде бы ни о чем таком страшном не говорили вчера.
- Аля беременна, - парень покачал головой, - сволочь он.
- Ты думаешь, это твой отец?
- А кто же еще? – взвился Олег. – Кроме меня и него у них в доме никто и не бывает. Я, во всяком случае, больше никого там не видел никогда.
- А ты с Алей по этому поводу не пробовал поговорить? – спросил Андрей.
- Ничего не выйдет, - Олег резко успокоился и покачал головой. – Она ничего не скажет, она, думаю, и не понимает до конца, что произошло.
- Что с ним делать будешь? – Пузырев посмотрел на следователя.
- Да ничего, - Рыбин пожал плечами. – Сейчас запишет свои показания на бумажку. На всякий случай, вдруг папаша его передумает. Ну а потом пойдет домой. У меня нет оснований держать его тут.
- Я понял, - Андрей грустно покачал головой. – Плохо всё это… семейные разборки. Ладно, съезжу, попробую с папашкой поговорить, если он в состоянии.
- Тебя могут не пустить, - Рыбин скептически посмотрел на детектива.
- У меня корочки есть, - усмехнулся Андрей. – А Боря всегда подтвердит, что я тут работаю. Бутылка коньяка порой чудеса творит.
- Ладно, удачи, коррупционер.
- Я не коррупционер, я взяткодатель.
В палату к раненому Игорю Красовскому Пузырева пропустили без особых проблем, поверив на слово, что он из полиции, даже старым удостоверением не пришлось махать.
Мужчина был в сознании и даже улыбнулся, увидев входящего детектива.
- Второе покушение расследовать не надо, - усмехнулся лежащий на кровати потерпевший.
- Я уже с Олегом поговорил, - кивнул Андрей, присаживаясь на табуретку около постели. – Он говорит, что в первый раз был не он.
- Я тоже так думаю, - согласился Игорь. – Но ты, наверное, не просто так ко мне пришел.
- Олег назвал причину, почему он тебя пырнул ножом.
- Я не знаю, откуда у него появилась эта дурацкая идея, что Аля ждет ребенка от меня, - вздохнул Красовский. – Да, у меня есть определенная репутация… думаю, ты уже это всё про меня раскопал.
Пузырев молча кивнул.
- У меня в жизни было очень много любовниц… Только вот в этот раз всё совершенно не так.
- А как? – поинтересовался детектив.
- Андрей, дай мне слово, что всё, что я сейчас скажу, останется между нами.
- Я постараюсь никому ничего не говорить, - кивнул Андрей.
- Понимаешь, я, наверное, не очень хороший человек, и плохой друг… Вовка - отличный парень, у него была очень хорошая и славная жена, Марина, но так вышло, что я спал с ней. У нас это было довольно долго. Володька никогда ни о чем не догадывался, мы были очень осторожны. Марина его любила, но… Он до сих пор не может прийти в себя после ее смерти… Короче, Аля - моя дочь. Разумеется, я никакой не извращенец. Я ее люблю, потому что она моя родная кровь.
- А она знает, что ты ее отец?
- Нет, конечно. Я хочу, чтобы эта информация ушла вместе со мной в могилу.
- А если Владимир что-то узнал или догадался? – спросил Пузырев. – Он ведь мог в таком случае попытаться тебя убить.
- Он бы не попытался, он бы убил. И сделал бы это открыто, не таясь у меня за спиной.
- Если это не ты, то кто отец будущего ребенка? – Андрей пристально смотрел в глаза раненого человека.
- Я думал, что Олег, - усмехнулся Игорь. – Вот такая вот петрушка. Я думал на него, он думал на меня, а там влез кто-то другой.
- И ты не догадываешься, кто это?
- Не имею понятия, - Красовский тяжело вздохнул. – Мы с Вовкой пытались с ней поговорить на эту тему, но она даже не поняла, что мы от нее хотим. Иногда она кажется здоровой и всё понимающей девушкой, а иногда на нее что-то находит. Она или не хочет говорить, или в тот момент реально была совсем не в себе и ничего не помнит. Мы так от нее ничего и не добились.
- Она ведь одна из дома не выходит? – спросил детектив.
- Ну, это вопрос интересный, - Красовский поморщился. – Пару раз Вовка, приходя с работы, заставал ее на детских качелях во дворе. То есть, иногда, когда Вовки дома нет, она всё же выбирается погулять. Это, конечно, опасно, но с этим трудно что-то поделать. Она совершеннолетняя девушка, и врачи ее сумасшедшей не признали. Пару лет назад ее осматривал психиатр, так она на осмотре вела себя, как абсолютно здоровый человек.
- А в дом к ним чужие люди часто приходят, ну кроме тебя и твоего сына?
- Мне кажется, никто к ним и не приходит больше, - Игорь пожал плечами. – Во всяком случае, я ничего об этом не слышал.
- Игорь, у меня еще вопрос, скажем так, личный, - Пузырев слегка замялся.
- Валяй.
- А что ты собирался делать, если бы ребенок у Али был от Олега? Они ведь брат и сестра.
- Я этого очень боялся, - Красовский покачал головой. – Я пытался сделать так, чтобы они не очень пересекались, а потом, когда Вовка переехал к нам поближе, я даже испугался. Ты не представляешь себе, как я обрадовался, когда Олег пырнул меня ножом. Значит, между ними ничего нет, и это очень хорошо.
Из больницы Пузырев вышел с тяжелым чувством, что ничего он в жизни не понимает. Взаимоотношения людей, на первый взгляд, вполне разумных, порой принимали такой оборот, что волосы становились дыбом.
В начало цикла "Пузырь, Соломинка и Лапоть"