В ОАЭ я ездил по всем эмиратам, чтобы не зависеть хотя бы от примитивных программ турфирм (заточенных под самых медленных, это во-первых, и под посещение магазинов вместо реально интересных мест, это во-вторых. Дубай, Шарджа, Абу-Даби – с ними всё понятно. А что ещё интересного есть в стране и чем живут местные (приезжие не в счёт, они там бесправные рабочие, не то что эмигранты в России)?
Рас-Аль-Хайма на севере Эмиратов, довольно маленький эмират, немного людей, но известный высочайшей вершиной в Объединённых Арабских Эмиратах, двухкилометровой Джебель-Джайс (Jebel-Jais) и самыми крупными скачками верблюдов в стране – вот туда я и захотел попасть. Печатные гиды по стране рассказывали, что где-то в мифическом Camel Racing в этом эмирате проводятся те самые крупнейшие забеги, что только можно вообразить. На вопрос "Что?" ответ уже был. Но "Где?" и "Когда?"
Когда? Адская жара определяет время скачек - раннее утро с восхода солнца с сентября по апрель. Днём, а летом и ночью, спекутся даже выносливые дромадеры, если побегут. Одногорбый верблюд – дромадер – один из трёх видов верблюдовых (другие - двугорбый верблюд бактриан и дикий верблюд хавтагай). До одомашнивания стада диких дромадеров кочевали по пустыням, но сейчас живут только одомашненные. Название «дромадер» с греческого означает «бегущий». В холке примерно пара метров, вес составляет от 300 до 700 кг, стройное тело песчаного цвета и длинные ноги, а в окраске преобладают пепельно-жёлтые тона – эдакий конь-ахалтекинец среди верблюдов.
Дромадеры научились снижать потери жидкости – плотный шерстяной покров не допускает испарения, потовых желёз очень мало и потеют только от 40 градусов и выше. Горб запасает жир для энергии, а жидкость хранится в желудке, почки тщательно извлекают жидкость, аналогично работает и пищеварительный тракт. Вобщем, воды он вам не нальёт, а будет тщательно концентрировать выдачу материала.
Где? На картах есть круги для верблюжьих скачек, но куда на этот круг подъезжать? Где старт, финиш, что смотреть? Накануне я спрашивал в отеле, знают ли они, куда на Camel Racing подъезжать? Нет, не знают... Они понятия не имели, что такое Camel Racing. Я показывал на карту, но в ответ получал пожимание плечами. Что ж, значит надо брать такси рано утром и ехать на свой страх и риск. Утренний таксист переспросил несколько раз, точно ли надо именно в ту точку? Там же пустыня и ничего нет – но если я так хочу, то он довезёт и подождёт меня, если я там ничего не найду, потому что оттуда никакого такси я не вызову, пойду обратно пешком по жаре и умру в пустыне.
Когда в 5:30 таксист довёз до поставленной на карте точки, разочарованию не было предела – круг есть, изображения верблюдов есть, есть следы авто и даже следы верблюдов, но больше нет ничего. Тишина в воздухе, неподвижный безлюдный пейзаж вокруг – таксит предложил подождать 5 минут, и если ничего не произойдёт, то он отвезёт обратно, он очень не хотел брать на себя ответственность за белых, высаженных им в пустыне.
На горизонте появилось облако пыли. Через минуту из него показались силуэты машин. Картинка напоминала кадры из Безумного Макса. Силуэтов становилось всё больше, они неслись, обгоняя друг друга. Они приближались, со свистом и улюлюканьем, долетели до стоящего такси и неуклюже обгоняя его понеслись дальше. На несколько десятков машин, которые ехали с обеих сторон забора, отделяющего трек от пустыни, бежало четыре или пять верблюдов, сопровождаемых очень частым шлёп-шлёп-шлёп-шлёп-шлёп-шлёп-шлёп-шлёп.
Таксист понял, что тут есть жизнь и что белые не останутся одни, ретировался, а я не успел попросить его добросить чуть дальше и побрёл вслед убегающим верблюдам. Следы на песке были с 35 размер обуви... Солнце вставало и начинало припекать, идти было некомфортно, расстояние до нужной точки оставалось непонятным. Километр? Два? Три.
Внезапно подкатил пикап, водитель высунулся и на сносном английском спросил – На скачки? Я подвезу, запрыгивайте в борт.
Он сам тоже прыгнул в кузов пикапа, а его помощник пересел на водительское место – Сейчас я всё объясню – начал араб.
Он был местным. Как все местные, он был богат, но богаче многих, его сокровища заключались в верблюдах, которых было около полутора сотен. Они все участвовали в скачках, утренняя подготовка к которым сводилась к установке седла и всадника.
Раньше на дромадеров сажали детей, но в связи с частыми травмами и высокой смертностью вместо своих детей арабы стали использовать незаконно ввезённых детей из нищих соседних стран, а после запретили и эту практику. Сейчас в седле сидит кукла, робот, если хотите. Это небольшая деревянная конструкция с головой и туловищем, механической рукой с хлыстом и рацией уоки-токи (walkie-talkie, иди-болтай).
Пока яхта пустыни (называть их кораблями не поднимается язык, уж очень грациозны и изящны) несётся по треку, рядом едет погонщик (вместе с оператором съёмок, хозяином, друзьями, вобщем, целая ватага), беспрестанно жмёт кнопку ударов хлыстом и орёт в рацию – "беги-беги", "давай-давай" и что там ещё придет в голову и сорвётся с языка. Хлыст, также как на скачках лошадей, в отличие от выездки, здесь – орудие, а не "длинная рука", призванная достать до дальней точки чтобы подкорректировать движение. Нет, животных во время забега здесь не жалеют.
Как и на скачках лошадей, здесь азарт побеждает здравый смысл, профессиональный спорт бьёт любительский. Бежишь медленно - пойдёшь на еду. Твоё потомство бежит не так быстро, как рассчитывали - ты больше не производитель, а еда. Ты самый крутой? Тогда добро пожаловать в имбридинг, когда успешного папу используют для покрытия своего потомства.
Верблюды стоят в покрывалах, что несколько странно – жара невыносима. Дромадера усаживают на землю так, что пятки его торчат сзади, а пястная кость и фаланги пальцев лежат под туловищем.
Перед установкой робота-буратино покрывало поднимается и закатывается, оголяя круп (по которому будет хлестать бездушная кукла и её кукловод), на складку усаживается робот и готово, можно мчать! Верблюдов группируют по полтора десятка животных, в каждой группе собираются идентичные по гендеру и возрасту – девочки 2 года, мальчики 1,5 года, девочки 3 года.
Их утрамбовывают перед заборчиком. 3! 2! 1! Погнали. Впереди длинный прогон пустынного трека, сзади подгоняет кукла-робот, надо бежать. Через пару минут следующий забег, и следующий, и следующий. Добежавших до конца гоночных болидов пустыни рассёдлывают и уводят, а с дюн спускаются караваны новых, и новых, и новых.
Зрелище походило на гигантское сражение, когда бесчисленные полчища свежих сил сарацин приходили на место павших.
Стало понятно, почему в отелях и в такси никто не знает про Camel Racing – у них нет денег на это увлечение, и нет времени на это развлечение, им надо работать, бежать и бежать вперёд, как дромадерам.
На треке только мужчины – иссиня чёрные рабочие обслуживали животных, а выбеленные арабы контролировали процесс и иногда подбегали поправить складку на своей прелести. Женщин не было ни одной, скачки – мужское развлечение, до которого не допускаются ни скрытые от палящего солнца и похотливых взглядов никабами местные, ни европейки в шляпках, которые надевают от плевков, ибо быдло располагалось на скачках выше знати.
Владельцы пустынных спорткаров радовались как дети, болели, прыгали, подбадривали себя и свои команды, желая выиграть. Оставалось загадкой одно – как азарт и ставки сочетаются с Исламом?... Или, всем нельзя, но когда очень хочется, то "особенным" можно?
============
Больше статей про путешествия здесь.
Подписывайтесь на канал - зарисовки выходят каждый день.
Ставьте лайк, если понравилось