Иду, погруженная в свои мрачные мысли. Все бесит. Работа. Погода. Даже муж. Причем муж непонятно за что. А нет, понятно, потому что не за что. Собаки гавкают. Воробьи чирикают. Голуби гадят. Спина болит. Голова не работает. Хочется пИсать. Настроение все гаже. В пустой голове болтается два исконно русских вопроса: “Что делать?” и “Что выпить?”. Спотыкаюсь. Вопросы перемешиваются и объединяются в один: “Что выпить, чтобы ничего не делать?”. Это уже перспектива. Становится немного легче. А нет, показалось. Звонит телефон. Ребенок сообщает, что у меня больше нет новых румян, зато есть розовый пол и розовые стены. В поликлинике не открыли больничный. На диск вместо МРТ записали КТ. На попе почти не осталось вакантных мест для уколов. Полка с любимым лимонадом пуста. Мороженное шмякнулось с палочки на асфальт. Но прежде сделало сальто мортале на блузку и брюки. Влажные салфетки оказались сухими. Глаза стали мокрыми. “А можно номер 13?” - умоляю вытащить метафорическую карту в люб