Не люблю своё имя. Когда его произношу, то мне кажется, что оно и не моё вовсе, а чужое, которым почему-то меня окликают знакомые и родные. Это как будто я надела чужую одежду на пять размеров больше, а моя собственная вымокла под летним дождём и пока сохнет на веревке.
Надежда. Зачем меня так назвали? Это словно, когда было очень плохо, и вот родился ребёнок, который должен всё исправить. Мы вспоминаем о надежде только тогда, когда балансируем на краю бездны, когда идём навстречу отчаянию, когда испытываем это противное чувство неуверенности в завтрашнем дне.
А если не Надежда, а Надя? Произносишь «Надя» и, словно во рту языком перекатываешь жесткий леденец в форме октаэдра. Мама рассказывала, что хотела мальчика и даже имя ему заранее придумала – Миша, а родилась я. В день моего рождения мама плакала. Может быть она назвала меня Надеждой, думая, что я стану ей хорошим сыном?
Хотя сама мама говорит, что так меня назвал отец, вроде бы в память о его первой любви, которую именно так звали. Но папа говорит, что в тот момент, когда он узнал о том, что я родилась, по радио просто пели песню: «Надежда – мой компас земной, а удача – награда за смелость». Надежда – это нечто незавершенное, неосязаемое, некая середина пути, когда уже плохо, но еще нехорошо.
Короче, как бы то ни было, а теперь я на всю жизнь останусь надеждой, то есть Надеждой. Хотя, честно сказать, полным именем меня никто и не звал, пока я не стала студенткой, и преподаватель однажды сказал:
– Надежда, вы могли бы и лучше подготовиться к семинару.
А до этого все звали Надей, Надькой, но чаще всего Надюхой. Пожалуй, последнее из всех вариантов лучше подходило мне. Ну уж Надежда точно не стала бы скакать во весь опор на коне без седла. Или же, например, навильники сена на омёт кидать. Или сидеть вечером на столбе, возле старых силосных ям и провожать солнце. А вот это я очень любила.
Вечером, когда все дела переделаны, когда волосы все ещё пахли дневным зноем и пылью, а косые тени удлинялись и уже полезли на соседние дома, я уходила на небольшой холм на задах. Там я забиралась на столб и смотрела, как огромное солнце меняло свой цвет с палевого на цвет серы, а затем, исчезая за горой Верблюжкой, становилось огненно-медовым. Зачем я ходила смотреть на солнце? Не знаю. Наверное, потому, что вечерняя тишина дарила ощущение чего-то удивительного, большого, вечного – это как поговорить с мудрецом о самом главном.
Бывало, что и днём я в одиночестве уходила побродить вдоль речки, поесть репис в посадке или сходить на гору, чтобы увидеть больше, чем видишь внизу.
В тот день я как раз пошла на гору. Не знаю, как она называется, да и имеет ли она сейчас название, но мы ее звали просто горой. По меркам многих приезжих она до горы не дотягивала – всего метров триста высотой. Для нас же она была настоящей горой. Перейдя речку вброд, я не стала обуваться и пошла по мелкой серой пыли, наслаждаясь ее мягкостью.
Конец августа. Скоро поеду домой отбывать последний школьный год, а потом нужно будет куда-то поступать и я подумала, что половину следующего лета придется провести в душном тесном городе. Но это все будет потом, зачем расстраиваться и переживать о том, что еще не случилось? Я улыбнулась. Сейчас все хорошо.
Я обулась, потому что нужно было сойти с мягкой дороги, и пошла по траве. Начался пологий подъем. Жесткая, высушенная степным солнцем трава царапала ноги, оставляя на загоревшей коже белые полоски. Из-под кед тяжелыми крупными брызгами разлеталась по сторонам саранча. Поднявшись на гору до половины, я села передохнуть. Говорят, что у крымчан загар бронзовый, у нас не такой. Интересно почему? Может у нас солнце светит по-особенному? Я посмотрела на свою серо-коричневую ногу. По ней медленно, раскачиваясь на каждом шагу, поднималась вверх, словно на гору, степная дыбка. Я подставила ей руку и она, покачавшись, сделала шаг на ладонь. Большущая какая, размером с указательный палец. Отпустив дыбку и пожелав ей удачной охоты, двинула дальше вверх, к вершине.
На горе жил ветер. Когда бы я туда не пришла, он всегда был дома и встречал меня то радостно, то сердито. Сегодня хозяин был ласков. Он перебрал и разгладил по-своему каждый волосок на моей голове, прохладой провел по щеке и подергал за майку. Я забралась на вышку тригопункта и, прижавшись к металлической трубе спиной, раскинула руки в стороны.
Хорошо, до чего же хорошо! Внизу у моих ног деревня, слева течет спокойно и величаво Урал, справа – цепь холмов. А что сзади? Сзади по склону горы идет большая отара колхозных овец. Овцы все одинаковые, грязно белые. Спасаясь от жары, они опустили низко головы и идут, идут почти без остановки. Что-то не видно дядь Саши, он вроде сегодня пасёт овец? И собак чабанских тоже нет. Странно. Может дядь Саша спит где-нибудь в тени, а овцы ушли?
Я спустилась с железной вышки и подошла к другому краю горы. Нет, не видать чабана. Уйдет отара, потом будет он гонять на мотоцикле, искать овец. Склон горы был холмистым. Метров на сто ниже начинался ручей, который узкой серой лентой сползал к подножью и устремлялся к реке. Я десятки раз напивалась с того родника, вот и сегодня посижу еще немного наверху, и спущусь к нему.
Вдруг из-за холмика, как раз в том месте, где бил родник выбежала большая белая собака. Я сразу узнала Тумана, пса дяди Саши. Туман вёл себя как-то странно: он торопливо что-то вынюхивал, искал, потом скрывался за холмом, а через минуту вновь выбегал и рыскал по траве. Сама не знаю почему, но мне показалось, что он встревожен. Я стала спускаться к роднику. Чем ближе, тем быстрее несли меня ноги:
– Туман, Туман, ко мне!
Пёс обрадовался, увидев меня. Он подбежал, стал прыгать, пытался лизнуть в лицо, потом покрутился у ног и рванул к роднику. Явно что-то было неладно. Я побежала.
И вот за холмиком показался родник, а в нём барахтался дядя Саша.
– Надюха, – прокряхтел он надсадно, – не подходи близко, земля осела, обвалилась. Беги в деревню за помощью.
От увиденного сердце забилось чаще, меня словно обдало изнутри кипятком, и горячая волна, зародившись где-то в середине между ребрами, поднялась в верх и запульсировала в голове. Спокойно, не паниковать.
– Дядь Саш, как же это вы? – я встала на четвереньки и поползла к нему.
– Стой! Куда лезешь, дура, вдвоем потопнем, – я остановилась. – Долго не продержусь, устал уже. Дна нету и вода ледяная, ног не чувствую. Туман не понимает, я гоню его, а он вокруг только бегает. Беги в деревню.
– Нет, не успею, далеко бежать. Сейчас что-нибудь придумаю. – Я вскочила на ноги и стала озираться. Вокруг ни деревца, ни кустика – степь голая.
– Палка, которой овец гоня...– дядя Саша ушел с головой под воду, но тут же опять вынырнул, стал отдуваться.
Господи, только бы найти, только бы найти. Я стала ползать по траве. Зачем, также меньше видно? Встала. Палка, где она? Должна быть рядом, он же пришёл с ней. Вот она.
–Ничего, дядя Саша, мы сейчас вас вытащим, – я даже улыбнулась ему.
Потом легла на землю и поползла к краю ямы, заполненной водой. Я лёгкая, меня выдержит. А если не выдержит? Выдержит, конечно, по-другому никак. Я ж не толстая. Я ползла. Паники не было. Напряжение, только сильное напряжение.
Под животом стало мокро, под локтями захлюпала вода. Все будет хорошо, не провалюсь.
– Стой, не ползи дальше!
Я протянула палку:
– Давай, дядя Саша, тянись, – я даже не заметила, как перешла на «ты», – ну, еще чуток.
Но он не дотягивался.
– Не могу, видать, прощаться будем, Надюха.
– Рановато, ты дядя Саша, прощаешься, подожди. Ты ж мужик, терпи. Я сейчас.
Я отползла назад, подозвала Тумана и сняла с него ошейник. Потом встала, стянула с себя штаны и затянула одну штанину ошейником на палке. Получилось что-то вроде удочки.
– Сейчас я тебя выловлю, ты только крепко держись, – я подползла опять поближе, размахнулась палкой и постаралась закинуть свою удочку как можно дальше. Палка с плеском ударилась о воду, штанина, описав дугу, плюхнулась и стала медленно намокать. Дядя Саша потянулся к ней. Было видно, как ему трудно, как он устал.
– Давай, дядь Саша, давай! Еще малость.
Наконец, он схватил штанину одной рукой, потом второй и подтянувшись, взялся за палку. Я, пятясь задом, потащила палку на себя. Сначала было нетрудно, но, когда дядя Саша оказался там, где воды стало мало, а земля была раскисшей и встать на ноги он ещё не мог, стало тяжело. Я, стоя на коленке, упёрлась другой ногой в грязь и, откинувшись назад всем телом, тянула палку.
– Всё, всё, я сам, сам дальше. Дай немного отдохну, сил нет.
Дядя Саша, прополз ещё немного по грязи и, перевернувшись на спину, замер, глядя на небо. Я тем временем, сняла дрожащими руками с палки штаны, выжала их и натянула на себя.
– Я думал, что мне конец, – проговорил дядя Саша, откашливаясь, – думал всё. Знаешь, что мне показалось самым обидным? Что подохну здесь, а никто даже не догадается, где меня искать, так и сгнию на дне этого проклятого родника.
Он сел, потом встал на четвереньки и подполз ко мне:
– Надюха, я твой должник, – он протянул мне руку, а когда я её пожала, обнял меня и не отпускал. Мы качались, обнявшись, из стороны в сторону, и вдруг он зашмыгал носом. – Спасибо. Я сначала надеялся на себя, потом на собаку, а потом уже ни на что не надеялся. Думал, всё...
Тут и меня проняло. Напряжение спало, и слёзы потекли по пыльным щекам. Отлежавшись, дядя Саша пошел к овцам, завернул отару в сторону деревни, а сам пошел домой. Я пошла своей дорогой. Мокрые штаны облепили ноги, а я, не замечая этого, переживала все заново и думала, что в тот самый момент, когда тянула дяде Саше палку, не было страха. Страшно было, когда я только увидела его. Потом было страшно всё время, пока палку искала, а когда тянула, не было страха. Почему? Наверное, потому что, когда я нашла палку, когда догадалась привязать штаны к ней, загоралась искра надежды.
Имя я своё все равно не люблю, а само слово хорошее. Надежда – путеводная звезда, это то, с чем человек никогда не захочет расстаться, это то, что даёт ему силы жить.
Автор: Кубик
Источник: https://litclubbs.ru/articles/53963-imja-moyo.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Подписывайтесь на канал с детским творчеством - Слонёнок.
Откройте для себя удивительные истории, рисунки и поделки, созданные маленькими творцами!
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: