Ринат резко изменился в лице, заморозил меня одним взглядом темных глаз. От его мощной и немного агрессивной в данный момент энергетики по всему телу пронесся приятный жар. Я словно бабочка, лечу на этот яркий свет, исходящий от мужчины.
Стискиваю зубы, мотнув головой. Это помогает снять чарующее наваждение и снова оказаться в суровой реальности.
— Иди ко мне. — Приказывает. — Ты меня знатно завела своей ревностью, — прозвучало хрипло и слишком интимно.
Стою, словно вросшее в землю растение, поглядываю на него исподлобья. Я прокручиваю в своей голове тысячу разных колких фраз.
— Если хочешь еще раз разрядиться, то беги за Катей! А я после ее генитального герпеса к тебе не притронусь! — фыркаю, закончив уверенную и такую бредовую фразу. Нет у нее никакого герпеса, но я не дурочка прыгать к нему вот так просто в постель. Его слов недостаточно, чтобы вернуть хотя бы малость доверия.
Внимательно всматриваюсь в лицо Янгулова, пытаясь разглядеть хоть какую-то эмоцию.
Если бы они действительно спали, он от услышанного занервничал или хоть как-то выдал свою нервозность, но всего этого нет. Муженек насмешливо наблюдает за мной.
Откинувшись на спинку кресла, он выглядит, как никогда, расслабленным, отчего мне становится еще неуютней. Чувствую себя как оголенный нерв в зубе, готова вспыхнуть от любого действия.
— Меня не интересуют болячки твоей сестры, в отличие от тебя, — произносит с каплей иронии. — Хватит стоять, как замороженная! Подойти. — Снова его приказной тон и сотни противных мурашек по телу.
— Меня они тоже не интересуют, а ты по больничкам побегаешь. — От всего этого бессмысленного разговора боль в височной области усиливается. Хочу лечь в кровать и полежать в полном спокойствии.
— Я пойду. Удачного дня, — быстро проговариваю и иду прямиком к двери.
— Ты такая смешная. — Слышу в спину. — Думаешь, что я поведусь на твои детские выпады? — спрашивает требовательно.
— Нет, не думаю. Давай закончим этот бессмысленный разговор? — Снова оборачиваюсь. — Я все сказала, и больше мне добавить нечего.
Он глубоко выдыхает. Чувствую каждой клеточкой, как его задорный настрой начинает пропадать.
Мы смотрим друг другу в глаза, пытаясь что-то в них увидеть и прочитать. Момент очень волшебный. Трогательный. Разрываю эту связь и решительным шагом иду к столу. Останавливаюсь очень близко с коленями Рината. Складываю руки на груди и самым холодным тоном спрашиваю:
— Ты, правда, с ней не спал?
На одном дыхании произнесла и замерла, боясь услышать ответ.
В воздухе разлилась та особая напряженная атмосфера, которая так часто возникает между нами. Внезапно его ладони ложатся на мои бедра, слегка поглаживая их. От его прикосновения тягучее тепло волнами начало разливаться по телу. Это неконтролируемое чувство прошлось от головы к кончикам пальцев, далее от висков к сердцу. Медленно и уверенно сознание начало ликовать, а я таять, как лед на солнце.
— Правда! Она не набивается ко мне в любовницы. — Поглаживающие движения его ладоней и грубый голос будоражат все нервные окончания. Невозможно сосредоточиться и внимательно слушать.
— Она приходила по большей степени к тебе, но не просто так. — Сжимая округлые бедра, Ринат уверенным движением тянет меня ближе к себе. Я не успеваю даже выдохнуть, как оказываюсь на его коленях.
Мысли в голове путаются, прыгают из стороны в сторону, превращая все внутри в настоящий хаос.
— Для чего? — сбивчиво проговариваю.
— Если ты будешь вести себя хорошо в течение дня, то вечером расскажу о сути нашей с ней беседы. — Хрипит где-то в районе шеи, втягивая мой аромат. — Ты в больнице не была?
— Я хочу знать сейчас. — Начинаю сопротивляться и слезать с его колен.
— Какая вредная! — рычит и стискивает меня в своих объятиях еще крепче. — Она попросила одолжить ей денег. Очень много денег. Кстати, не знаешь, зачем?
— Денег? У тебя? — Моему удивлению не было границ. — Сестра в последнее время хорошо зарабатывала и в дополнительных финансах не нуждалась.
— Я в любом случае отказал. Не в моих интересах раздавать бабло неплатежеспособным людям. — Деловито поясняет.
— Хватит разговоров! У нас мало времени. — Ринат неожиданно резко кусает меня за нижнюю губу, оттягивая ее. В этот момент его наглые руки стягивают с меня платье. Не успеваю возразить или хоть что-то сказать. Мне просто не дают этого сделать.
Оголив мое тело, Янгулов начинает покрывать обжигающими поцелуями чувствительную шею. Сильные ладони сминают грудь до болезненного томления.
Я теряюсь в собственных ощущениях. Хочется толкнуть этого хама и броситься вон из кабинета, но вместо этого вся моя сущность тянется к мужчине. Она жаждет его тепла, ласки и с радостью отзывается своей чувствительностью, показывая мою заинтересованность.
Оторвавшись от моего тела, Ринат прижимает меня к себе еще ближе. Наматывает волосы на кулак и впивается в мои губы с животным напором.
Мы тонем в страстном поцелуе. Дыхание сбивается, становится частым. Я вдавлена в его тело так, что, кажется, сейчас задохнусь от такого неистового напора.
Это сладкая тяжесть в смеси с адски жгучим поцелуем сводит нас с ума.
— Кхм… Ринат, нам нужно выезжать. — Раздается знакомый голос за спиной.
Это Бык. Черт бы его подрал!
— Блядь, Саня! Выйди! — яростно произносит мой муж, выглядывая из-за меня.
Дверь хлопнула, а Янгулов продолжил грубо выражаться.
— Прости, солнце. — Целует мой лоб. — Продолжим, когда я вернусь! И не смей спать в другой комнате!
Ринат
— Чувствую какой-то подвох, — нарушив затянувшееся молчание, отозвался Бык. — Кстати, извини, что прервал ваши развлечения. — Саша смутился, покрепче сжав руль.
Он не переставал поглядывать в зеркало заднего вида на Янгулова. Ринат молчал всю дорогу, его лицо выглядело задумчивым.
— Ринат…
— Саня, все нормально! Помолчи! — грубо отчеканил мужчина.
— Если ты не забыл, то я твой близкий друг. Что случилось? — Быкасов нахмурился, но старался разговаривать спокойно. Мужчины дружили со старшей школы. Прошли вместе многое. И огонь и воду. Не раз оказывались на волосок от смерти, но вовремя выручали друг друга.
— Ты прав, многое навалилось в последнее время, сам понимаешь, — потерев переносицу, произнес Янгулов. — Сестра Анфисы странная какая-то, — признался мужчина.
Он находился в полном негодовании от поступившего предложения. Ринат все чаще и чаще прокручивал слова Кати в своей голове.
— Что ей нужно? — вклинился в разговор мужчина, который сидел рядом с Янгуловым. Данила Зайцев был еще одним верным другом Рината со школьной скамьи.
— Попросила три ляма зелени взамен на важную информацию про Анфису. — Скривившись от презрения, мужчина продолжил. — И еще предложила свое тело, чтобы отработать всю сумму.
«Я могу дать тебе важную информацию. Касается она Анфисы, — высокомерно произнесла девушка, вызывая неподдельный интерес у Янгулова. Рината раздражало подобное наглое поведение со стороны девицы, но он не подал вида и внимательно ее слушал.
— А еще… — она игриво состроила глазки, поправив свой бюст. — Могу отработать остаток суммы натурой. Я буду гораздо лучше и опытней, чем твоя женушка. — Усмехнувшись, Катерина расстегнула одну пуговицу на блузке, открывая более аппетитный вид мужчине, который очень интересовал ее в данный момент.
— Не жирновато для тебя столько зелени? — выгнув бровь, полюбопытствовал он. — Что за информация? Может, она меня не интересует так же, как твое тело? — Самоуверенная ухмылка озарила лицо Рината.
— Нет, этого вполне достаточно, — расстегнув еще одну пуговицу как ни в чем не бывало произнесла она. — Ты же хочешь узнать о планах Антона?»
— Что за информация? — кинув короткий взгляд на Рината, спросил Бык.
— Не сказала, дрянь. Только кинула намек про Антона, — холодно ответил Янгулов.
Хитрожопая баба оказалась, но верить ей на слово он не спешил. Слишком много бабла хочет, а Ринат разбрасываться деньгами не привык, всегда расходовал их с умом.
Двуличная оказалась сестренка у Анфисы. Мужчина надеялся, что после сегодняшнего инцидента его жена закончит общение с этой Катей.
Мысли о хрупкой девочке, которая несколько минут назад таяла от его прикосновений, разлились теплом где-то в районе грудной клетки. Хороша чертовка. Вызывает тысячу противоречий одновременно, но тянет к ней, как магнитом. Сопротивляться просто невозможно.
Ее улыбка восхищает, а несносный характер возбуждает и разжигает первобытный огонь страсти. Это неуправляемое и мощное чувство, которое он испытывает впервые. Оно подобно мелким осколкам стекла. Проникает под кожу так глубоко, что вытащить практически невозможно.
Ринат никогда и никого не любил. Мужчина всячески презирал это слабое чувство. Он был уверен, что от него одни только проблемы. В сердце Янгулова пропасть. Черная дыра, где правит злая и гордая сила — тьма. В нем нет места такому светлому и яркому чувству. Не стоит надеяться, что после того дерьма, которое произошло на его пути, Ринат начнет когда-то испытывать любовь. Все эмоции заперты глубоко под семью замками. И выхода им нет.
— Эта семейка не такая простая… — поделился своим мнением Зайцев, вырвав Янгулова из своих раздумий.
— Чтобы размотать этот клубок, придется очень сильно попотеть, — размышлял вслух Ринат. — Я постараюсь взять на свою сторону Деда. Ну или на крайний случай Севера.
Анфиса
Ринат уехал, оставив меня одну в своем кабинете. В голове множество противоречивых мыслей. Этот человек вызывает во мне целую гамму эмоций. От положительных до отрицательных. Он словно торнадо ворвался в мою жизнь и отобрал мое спокойствие.
Я запуталась и совсем ничего не понимаю.
Неужели успела влюбиться?
Другого объяснения моему состоянию у меня не имеется.
Был шанс уйти из кабинета с гордо поднятой головой. Ну нет! Я не такая! И гордость моя где-то заперлась глубоко внутри. Это надо же было добровольно подойти к мужчине и проявить свою слабость перед ним… Показать, насколько он мне небезразличен.
Тело, которое так порхало и ликовало от недавних прикосновений, начало сковывать каким-то странным титаническим напряжением. Обняла себя руками и присела в кресло, где не так давно сидел Ринат и я на его коленях. Аромат новоиспеченного мужа набатом одурманил рецепторы. От него нереально вкусно пахло. Именно так, как в нашу первую встречу.
На столе мужчины идеальная чистота и порядок. Каждая бумажка разложена по отдельным стопкам, которые настолько аккуратны, словно их выравнивали по линейке.
— Какая педантичность, — произнесла вслух и все же поднялась с места, чтобы покинуть кабинет.
В голове снова промелькнула картина: сестра вальяжно сидит на диване, покачивая оголенной ногой.
Обернулась в порыве прекратить видение. Зачем она приходила к Ринату на самом деле? Не складывается в моей голове пазл…
Ринат был искренним, и я ему почему-то верю. Может, Катя что-то задумала и хочет увести у меня мужа? Он же ей приглянулся еще тогда, в клубе. Надо с ней поговорить после того, как остыну. Возможно, тогда ситуация прояснится.
В доме так и стоит гробовая тишина. Прохожу по длинному коридору и направляюсь на кухню. С утра в моем желудке не побывало и маленького кусочка еды. Это нужно срочно исправлять.
— Анфисочка, добрый день! — Перед входом меня встретила наша фея по дому Капитолина. Она была с подносом, на котором красовалась большая порция печеных пирогов. По запаху с печенью. Мои любимые.
— Здравствуйте. Я очень голодна. Найдется что перекусить? — приветливо улыбнулась, сцепив руки в замок.
— Конечно, моя хорошая. Проходи на кухню. Я сейчас отнесу в охранный домик пирожки и вернусь, тебя покормлю, — добродушно ответила женщина. Я благодарно кивнула и прошла на кухню.
Не люблю ждать, поэтому сразу ставлю чайник, чтобы вскипятить воду.
Тем временем, пока он закипает, я собралась на поиски чая. Шкафчиков огромное количество, и мне требуется не одна минута, чтобы найти свой излюбленный зеленый чай.
Капитолина не заставила себя долго ждать и к тому моменту, как я присела за стол, вернулась на кухню.
— Ты уже успела заварить чай? — спросила женщина, указывая на заварной чайник.
— Да, — робко ответила.
Какая замечательная и добрая женщина Капитолина. Ее отношение ко мне поражает. С таким теплом, как она, никто и никогда не заботился обо мне.
— Как дела, дорогая? Пирожки с печенью будешь? — разливая чай, интересуется она.
— Все хорошо, спасибо. — В ожидании долгожданного лакомства ответила на первый вопрос. — Да, обожаю пироги с печенью. В детстве мне покойная бабушка часто их пекла. Жаль, что мама не умеет или не хочет, — признаюсь честно и пододвигаю чашку ближе к себе.
— Тебя что-то беспокоит? — неожиданно спрашивает Капитолина, с небольшим беспокойством поглядывая на меня.
— С чего вы взяли? — Отложив пирожок, опустила взгляд. Делиться с женщиной подробностями отношений с Ринатом не особо корректно.
— На тебе лица нет, — с уверенностью в голосе заявляет она. — Тебя Ринат обидел? — Приложив свою руку к груди, ждет от меня ответа.
— Нет, что вы! — Попыталась успокоить женщину. — Ринат меня не обижал! Просто, когда я вернулась домой, застала в его кабинете свою сестру. — Нервно перебираю руками салфетку. Чувствую себя неуютно, но мне нужно выговориться. У меня никого не осталось из близких людей, с кем можно поговорить по душам.
— Анфиса… — произносит сочувствующе. — Ты не думай, что Ринат способен предать. Он очень верный человек и так подло поступить с близким человеком не может. А ты ему жена! Первая и единственная! — твердо произносит женщина, накрыв своей теплой ладонью мою руку.
«Первая и единственная», — начинает крутиться фраза в моей голове, и я с ужасом осознаю, что ничего о нем не знаю.
Абсолютно ничего.
Стало еще больше неловко и стыдно. Он мой муж, а я даже банальных вещей об этом человеке не узнавала. В наших отношениях нет разговоров «по душам», а других источников информации у меня не было, кроме… Капитолины Иосифовны!
— А вы давно его знаете? — произношу тихо, коря себя за такую глупость. Нужно было давно расспросить Капитолину Иосифовну о Ринате! Он ее уважает больше всех в этом доме, а значит, они близки.
— Очень давно. Я работала на него еще до того момента, как он сел в тюрьму, — начинает свой рассказ женщина.
Тюрьма…
Он сидел в тюрьме…
Липкий страх ползет по спине. Неужели он действительно убивал людей?
Это никак не укладывается в моей голове.
Ринат — убийца…
Я четко помню мамины слова, которые оставили свой отпечаток где-то на подкорке моего подсознания.
Что хранится в его прошлом? Какой он на самом деле?
— Анфиса, не стоит так пугаться, — заметив мое смятение, спешит меня утешить Капитолина Иосифовна.
— Ринат замечательный человек. Тюрьма, конечно, его немного изменила, но хуже он не стал. Да, возможно, холодный и чувств проявлять не умеет, но ты начинаешь менять в нем это. Мне со стороны виднее. Не отталкивай Янгулова от себя, — со всей искренностью в голосе произнесла женщина. Ее глаза были наполнены добротой и теплом. — Я хочу еще ваших деток понянчить.
Ее слова заставили меня задуматься. Может, все-таки дать нам еще один шанс на счастье? Если верить словам Капитолины, наша симпатия взаимна. Но как выбросить из головы мысли о его прошлом? Как смириться, что твой муж способен причинить непоправимый вред любому человеку?
Сложно…
А может, я сама все усложняю? Додумываю то, чего нет, заполняя свою голову ненужными мыслями.
— Не думаю, что значу для него намного больше, чем заслуживает фиктивная жена, — наконец-то неуверенно произнесла я.
— Тебе кажется, дорогая, — убеждает женщина.
— Вы родственница Ринату? — Решаю задать давно мучащий меня вопрос.
Продолжение следует...