Найти в Дзене
Фонд «Круг добра»

«Перестали бояться и стали надеяться»

Трехлетний Богдан из Владимирской области борется со Спинальной мышечной атрофией. Мама Аксинья Викторовна рассказывает его историю – о помощи Фонда, орфанной настороженности и Врачах с большой буквы: «Во всей нашей Владимирской области чуть больше десяти детей с диагностированной Спинальной мышечной атрофией, но речь идет лишь о выявленных заболеваниях. А ведь подрастают детишки, которые, как и Богдан, получают диагноз не сразу, а когда проявляются симптомы. Спасти их, конечно, сложнее. К счастью, сейчас существует расширенный неонатальный скрининг, но раньше, когда родился Богдан, его не было. Богдан появился на свет в 2021 году, в разгар эпидемии COVID-19. В роддоме соблюдался жесткий инфекционный режим, но это меня не уберегло: заболела прямо перед родами. Три недели мы с Богданом были разлучены: я долечивалась, его обследовали в областной детской клинической больнице. Наша совместная выписка была настоящим праздником для семьи! Решили: больше не расстанемся! Осложнений для нас не

Трехлетний Богдан из Владимирской области борется со Спинальной мышечной атрофией. Мама Аксинья Викторовна рассказывает его историю – о помощи Фонда, орфанной настороженности и Врачах с большой буквы:

«Во всей нашей Владимирской области чуть больше десяти детей с диагностированной Спинальной мышечной атрофией, но речь идет лишь о выявленных заболеваниях. А ведь подрастают детишки, которые, как и Богдан, получают диагноз не сразу, а когда проявляются симптомы. Спасти их, конечно, сложнее. К счастью, сейчас существует расширенный неонатальный скрининг, но раньше, когда родился Богдан, его не было.

Богдан появился на свет в 2021 году, в разгар эпидемии COVID-19. В роддоме соблюдался жесткий инфекционный режим, но это меня не уберегло: заболела прямо перед родами. Три недели мы с Богданом были разлучены: я долечивалась, его обследовали в областной детской клинической больнице. Наша совместная выписка была настоящим праздником для семьи! Решили: больше не расстанемся!

Осложнений для нас не последовало, сын рос здоровеньким. На втором году жизни уже отдали Богдана в детский садик, он был спокойным и внимательным ребенком. Казалось, соображает медленно, а двигается будто бы лениво, но мы, как молодые родители, думали: все дети разные. Медленный – значит, вдумчивый! Местные врачи в Коврове говорили: «Не о том беспокоитесь, развивайте лучше речь у ребенка, чтобы не отстал!»

Воспитатели в садике выражали иное мнение. Нянечка встревоженно рассказала нам, что по сравнению с другими детьми Богдан казался апатичным: те бегали, резвились и могли за час прогулки ни разу и не остановиться на передышку, а Богдан все больше времени проводил сидя. В помещении группы он чаще лежал на ковре, занимаясь игрушками, вел себя тихо.

Дома мы стали присматриваться внимательнее и заметили изменение походки, Богдан стал неловок, запинался на ровном месте. Я прочитала о приемах Говерса – по тому, как ребенок встает с горшка или с пола, можно судить о проблемах с мышцами. Так вот, Богдан поднимался, как старичок, опираясь руками на бедра, помогая самому себе.

Мы встали на учет к ортопеду и неврологу. В больнице в Иваново доктор сказал: «Руки в ноги – и на генетический анализ!». Я стала читать о редких заболеваниях, которые могли быть у Богдана, поэтому, пока ждала результаты, морально подготовилась ко всему: и к сложному рахиту, и к болезни Дюшенна. Оказалось, у сына Спинальная мышечная атрофия, неизлечимое генное заболевание, при котором мышцы слабеют, дети оказываются прикованными к инвалидной коляске с юных лет.

Неудивительно, что в наших краевых больницах врачи не заподозрили этот серьезный врожденный недуг: просто таких детей у нас в области почти не было, доктора не привыкли иметь дело с орфанными заболеваниями. К счастью, в Областной детской клинической больнице города Владимира нашелся очень профессиональный и внимательный доктор, уже работавший с пациентами со СМА: мы попали на прием к неврологу Анне Ямщиковой. Мы далеки от медицины, поэтому врач рассказала обо всех нюансах болезни понятным простым языком. Было несколько препаратов, способных замедлить развитие болезни: Нусинерсен, Рисдиплам и Онасемноген Абепарвовек. Даже выговорить сложно, не то что разобраться в составе. Анна Владимировна успокоила нас: все три лекарства подходили для мутации гена Богдана, но последний препарат вводится однократно.

-2

На тот момент уже был создан государственный Фонд «Круг добра», который по назначению врачей обеспечивает детей любым из трёх препаратов от СМА, а значит, мы могли на него рассчитывать.

Мы отправились на обследование в Национальный медицинский иссле­довательский центр здоровья детей Минздрава России на попечение тамошних Врачей – именно так, с большой буквы. Многие из них работают с нами по сегодняшний день и на связи 24/7. Это невролог София Попович, курировавшая нас с поступления до инфузии, и доктор Евгения Увакина, которая всегда была готова помочь в любом вопросе. Стоит отметить также немалую роль ординатора Арины Скроготуновой и ее коллег: когда ты приезжаешь в больницу в первый раз в жизни, да еще и со страшнейшим диагнозом, хочется поддержки на постоянной основе. Нам в ней не отказали. Вместе с Ириной Мельниковой, нашим врачом-педиатром в Коврове, доктора подготовили наши документы и создали заявку в Фонд «Круг добра».

Так весной 2024 года Богдан получил инфузию препарата Онасемноген Абепарвовек (Золгенсма). Сложно описать словами, как мы – родители – переживали во время подготовки к уколу. А Богдан, наоборот, радовался, оказавшись в необычной для себя обстановке. Ординатор заметил его интерес и принес детский коврик, чтобы ребенку было комфортнее «обжиться» на новом месте. Искреннее человеческое участие и внимательное дружелюбное отношение сыграли огромную роль: мы перестали бояться и начали надеяться.

Побочные эффекты лекарства – легкая тошнота и повышенная температура – проявились лишь в самом начале, но Богдан легко их пережил. Потом началось улучшение. Сейчас Богдан активно двигается, поднимается по лестнице, играет.

-3

Получив помощь «Круга добра», я поделилась радостью в родительском чате, посвященном борьбе со Спинальной мышечной атрофией и другими орфанными болезнями, отвечала на вопросы тех, кто только узнал о диагнозе ребенка или лишь подозревал его. Многие врачи первичного звена не сталкивались со СМА, у некоторых все еще крайне мало актуальной и, главное, точной информации о нашем заболевании и эффективных методах лечения.

Поэтому я хотела бы обратиться прежде всего к родителям: будьте максимально внимательны к детям. Заметив даже незначительное отставание в развитии или изменения в поведении ребенка, не надейтесь, что «пронесет», «перерастется».

Генетические заболевания могут проходить и бессимптомно до какого-то возраста, поэтому я возлагаю большие надежды на современный и своевременный неонатальный скрининг. Но в скрининг входят не все заболевания. Поэтому педиатрам нужно расширять кругозор, повышать орфанную настороженность. Мы объездили немало больниц в нашей области перед тем, как понять, что не так с нашим ребенком, но конкретных ответов никто не давал в связи с редкостью заболевания.

-4

Однако сейчас в моем сердце осталось место лишь благодарности – всем нашим ординаторам, врачам, президентскому Фонду «Круг добра», обеспечившему нас лекарством. Дальше Богдан будет двигаться только вперед.

Он вырастет активным и счастливым мальчиком – как мать, я об этом позабочусь».