До недавнего времени я даже не подозревал о существовании такого писателя, как Сергей Снегов (он же Сергей Александрович Козерюк, он же Сергей Иосифович Штейн). Ну, вы-то, уважаемые любители отечественной фантастики, конечно же, ничего не пропустили, давно по достоинству оценили его творчество и теперь имеете полное право смотреть на меня, дилетанта, свысока. Впрочем, Игритт не зря говорила Джону Сноу: «Ничего ты не знаешь». Эта фраза может быть адресована любому. Никто не знает всего. Любое наше знание – иллюзия.
Итак, я начал знакомство с творчеством Сергея Снегова с первой книги трилогии «Люди как боги». Несмотря на множественные сомнения, мучившие меня почти до самого конца первой части романа «Галактическая разведка», произведение дочитано. Что ж, наверное, оно того стоило. Время потрачено, надеюсь, не зря. Во всяком случае, знакомство с космической оперой Снегова будет продолжено.
Первые впечатления
Первые впечатления, как уже сказал, были ужасные. Начало затянуто до неприличия. Никакого действия. Мельтешение многочисленных персонажей с неясной конечной целью. Слишком долгое погружение в вымышленный мир. А мир к тому же утопический, что оправдывало б автора только в том случае, если бы он задался целью объяснить читателю, как можно получить все те блага, которым уделено так много драгоценного времени. Из экспозиции мы узнаём, что главного героя зовут почти так же, как девочку из недавно экранизированной главной сказки на русском языке, – Эли. Да, всего лишь одной буквой отличаются имена подруги Страшилы и Железного Дровосека и какого-то, непонятно чем занимающегося парня из счастливого будущего. Меня эта связь постоянно преследовала и очень мешала нормальному восприятию. Снегов и не подозревал, что его книгу будут не читать, а слушать. Может быть, зная сей факт, он не назвал бы фантастическое существо (появилось позднее, уже во время одиссеи) Трубом. Представьте на слух фразу: «Труб открыл глаза». Парные согласные на конце слова оглушаются, если что.
После Стругацких удивило довольно большое количество героинь. У братьев женские персонажи крайне редки по сравнению с реальной статистикой. «На десять девчонок, по статистике, девять ребят» – это в песне. На деле даже хуже: 8 к 10. Снегов явно был в этом вопросе лучше осведомлён. Более того, его героини не глупые, непредсказуемые поступки совершают и всячески мешают мужикам, а наоборот, берут инициативу в свои руки в сердечных делах (как, например, Вера, сестра Эли) или хладнокровно побеждают флот разрушителей (как Ольга, ставшая капитаном корабля землян).
Самое большое недоумение – главный герой, Эли. Кто он, этот наблюдатель за чужой жизнью? Зачем он на космическом корабле? Подобные персонажи обычно вводятся в действие в результате каких-то неожиданностей. Скажем, был человек обычным купцом, а решил стать купцом-путешественником. Или, например, корабль с таким героем потерпел крушение, а его подобрали пираты. Здесь же налицо явный авторский произвол: «Я так хочу, и всё тут!» Что ж, имеет право. Оправдывается оно только в том случае, если читатели одобрят. Наверное, одобряют, раз книга пользуется спросом. Я приценился на маркетплейсах. По стоимости «Галактическая разведка» сравнима с книгами популярной серии «ЖЗЛ». Значит, покупают.
Попытка оценить
В первой трети книги действия мало. Зато есть великолепная сцена ссоры Веры и Ромеро. Какие эмоции! Какой накал страстей! У Стругацких (уж раз начал сравнивать с ними) такого не встречал. Снегов отношениям между мужчиной и женщиной много внимания уделяет. Эли размышляет о том, что объединяет людей, разбирает особенности нескольких знакомых пар. Отмечает факт, что у любящих людей со временем появляется всё больше общего. Наблюдение сделано с помощью искусственного интеллекта. Машины утопии Снегова – тема для отдельного разговора, конечно. Да, они больше благо, чем что-то другое, но некоторые сомнения возникают не на пустом месте.
Главный герой не статичен. Эли развивается. Первое столкновение с действительностью не в качестве наблюдателя – любовь к Фиоле. Девушка с Веги горяча, но не в том смысле, как хотелось бы земному мужчине. Что ж, надо было обжечься. Эпизод со змеедевушкой – замечательный по красоте рассказ. Вполне самостоятельная вещь. Обычно такими историями не разбрасываются: либо оформляют в виде отдельного рассказа, либо расширяют до повести или романа. Но не Снегов. Наверное, для создания полноценного образа Эли этот эпизод очень важен. Правда, меня лично последующий его выбор синицы в руке удивил. Неужели кустистые брови Мэри Глан и отрицательный результат поиска совместимостей его так раззадорили, что он взял быка за рога? Хотя, может, дело в том, что герой стал мужчиной на войне? Подобные примеры действительно нередки. Но не думал же он о ней, не вспоминал её кустистые брови вдали от дома! По-моему, автор решил показать бунт человека против системы, который в итоге напоминает взбрыкивание укушенной мухой лошади.
Пружина действия в двух заключительных третях книги распрямляется. Сюжет несётся со скоростью звездолёта. Расследование, бои, похищение Андре, новые сражения – всё динамично, ярко, напряжённо. Любители боевой фантастики, наверное, такое оценили бы. Правда, сомневаюсь, что они выдержали бы долгое вступление к действию. Итак, есть враг. Сильный, непонятный, но не непобедимый. Не воевать с ним нельзя. Кроме того, надо спасать друга. Время экспозиций и прицеливаний прошло – впереди кульминация и развязка. Впрочем, я ещё не настолько хорошо знаю Снегова, чтобы быть в чём-то уверенным. А вдруг отношения Эли и Мэри, по его мнению, ещё недостаточно развиты? Что? Опять турецкий сериал?
После долгих хождений за три моря становится ясно, почему Эли оказался на звездолёте. Он быстро принимает решения, особенно в бою. Человек войны? Ни с того ни с сего? Искать логику местами затруднительно. А может, и бессмысленно. Наверное, это и есть та самая пародийность, о которой заявлял Снегов.
Плюсы и минусы
Пока читал/слушал, узнал кое-какие сведения из биографии писателя. По-моему, в 99 случаях из 100 биографические факты на произведения не влияют. Если только речь идёт не об автобиографическом произведении. И то… Взять хоть Паустовского или Горького. Но случай со Снеговым уникален: не так уж часто писатель становится заключённым. Достоевский, Шаламов, Солженицын о пережитом ТАМ никогда не забывали. Снегов тоже о лагерях писал. Тем удивительнее его вера в светлое будущее. Да, одни свою ненависть к «палачам» переносят на весь мир, в котором эти палачи родились. Другие горько вздыхают о несправедливости системы. А Снегов придумывает утопию.
Почему-то сам автор определял трилогию «Люди как боги» как мягкую пародию на космическую оперу и библейские тексты. Не знаю, где тут и на что пародия. По-моему, произведение даже слишком серьёзно для столь лёгкого жанра. Нет, не серьёзностью Стругацких (которые как раз с юмором и сатирой дружили более очевидно), а той серьёзностью, с какой, например, совершаются глупости. Покушаться на жанр космооперы в стране, незнакомой с космооперами Берроуза, Смита, Гамильтона? Странно.
Что касается антибиблейского характера трилогии… Не знаю. Это не «Мастер и Маргарита», с евангелием от Сатаны, точно. Это не покушающиеся на самое святое «Гаврилиада» или «Мир глазами Гарпа». Скорее мы имеем дело с элементарной «отмазкой»: «А назову-ка я всё это пародией, чтобы не пытались уличить в поклонении перед запрещёнными жанрами!»
Думаю, вряд ли стоит здесь искать и глубокий философский смысл. Где тут речь о каком-то сложном выборе? Вмешиваться или не вмешиваться в судьбы галактик? Звучит значительно, но на деле спорить не о чем: не будешь вмешиваться ты – вмешаются разрушители. Да, есть некоторые сомнения по поводу изменения жизни тех же веганцев с помощью земных технологий. Ну, не могут земляне иначе. Как лирический герой Некрасова: «Не может сын глядеть спокойно…» Это ж о человеке вообще. Не столько разумном, сколько сострадательном. Такие люди несут прогресс в свой мир. Такие люди делают частью своего мира и другие миры. Это у Стругацких тема прогрессорства вырастает до колоссальных размеров. У Снегова она в числе прочих лишь промелькнула перед глазами читателя.
В книге много интересных зарисовок, не имеющих прямой связи с основным сюжетом. Недоработка? Или они придают особый шарм повествованию? Слишком сложные для космооперы любовные линии – профессиональный недостаток или признак мастерства? Посмотрим, будет ли нечто подобное в других книгах Снегова. Такие ответвления и открытый финал характерны для «Тысячи и одной ночи». Неужели у турецких сериалов и трилогии Снегова общий предок? Не хотелось бы.
Итак, коротко плюсы: яркие женские образы, драматичные любовные линии, интересные предсказания о влиянии компьютеров на жизнь людей, динамичное повествование в большей части книги.
Минусы: затянутое начало, мало связанные с основным действием сюжетные линии и персонажи, отсутствие глубины, открытый финал, непонятная местами логика.
Честно говоря, меня в книге всегда привлекает работа писателя со Словом. Да, я имею в виду художественную литературу, классику. Но и фантасты нередко так же внимательны к Слову. Воннегут, Стругацкие, Лем, Чапек. У Снегова ни одна фраза не вызвала восторг, не зацепила. Думаю, это не мой автор. Но пишет интересно. Динамичные сцены вовлекают по полной. Поэтому не бросаю. Надеюсь, продолжение будет не хуже «Галактической разведки».
А вам нравится Снегов? Можно его поставить в ряд великих фантастов?