Как только Гавриил открыл глаза, уперевшись взглядом в бесконечный белый потолок, и попытался пошевелиться, аппараты начали подавать какие-то новые сигналы. Вскоре раздались торопливые шаги, встревоженные и радостные голоса. Над ним склонились незнакомые люди в медицинской униформе.
Гавриилу хотелось спросить, где он, собственно, находится, и почему. Также не терпелось задать ряд других вопросов, и особенно интересно было, где его жена.
Очень мешало всё это осуществить нечто, закрывающее большую часть лица. Кислородная маска, как понял позже Гавр.
Значит, он и вправду в больнице. Только вот почему? И как он сюда попал?
Последнее, что помнил мужчина, — то, как он утром вышел из машины и как спешил на работу, почти бежал к корпусу университета, боясь опоздать. Неужели с ним что-то случилось?
Гавриил прислушался к себе, попытался пошевелить пальцами на ногах и на руках. Он всё чувствовал, и ничего не болело. В голове было ясно и как-то пусто. Постепенно почти все вопросы отступили, кроме одного, самого главного: где Белла, его жена?
Маску убрали только к вечеру, но Гавр так и не успел ничего спросить: ему сделали какой-то укол, и мужчина вновь погрузился в сон.
Проснулся от яркого солнечного света, который проникал даже сквозь шторы. Почувствовал, как его руку сжимают до боли знакомые, такие родные ладошки. А ещё ощутил почти неуловимый и невесомый запах любимых духов Беллы.
— Ну наконец-то, — хрипло проворчал Гавриил и почувствовал, как губы сами растягиваются в улыбку. — Где ты так долго была?
— В церкви.
По голосу жены Гавр понял, что она плачет, открыл глаза и сделал строгое лицо.
— Не плачь, пожалуйста! Ты же знаешь, я этого не переношу. Мне кажется, что я сам начну плакать, а мне нельзя, я же мужик.
Голос строгим не получился, но Гавр добился главного: любимая улыбнулась сквозь слёзы.
Белла схватила обе руки мужа и начала покрывать их быстрыми поцелуями.
— Меня к тебе не пускали, — между поцелуями и слезами торопливо объясняла она. — Я три дня провела в церкви. Приходила к открытию и уходила самая последняя из прихожан. Молиться не умею, потому просила, просила, просила...
— Три дня?! Я здесь уже три дня?
— Да, с тех пор, как тебя сбила машина около университета. Ты сам выскочил под колёса, это подтвердили видеозаписи с камер.
— А что со мной? Какие травмы?
— Самое интересное, что никаких. Абсолютно. Тебя всего проверили. Но при этом ты не приходил в сознание три дня.
— Бедная, сколько тебе пришлось пережить! — расстроенно воскликнул Гавриил.
— Главное, что всё это позади. Хотя страха я натерпелась, что было, то было. Я ведь не могу без тебя, совсем. Ты — самое главное в моей жизни, её смысл. А ещё я очень боялась, что ты так и не узнаешь...
Щёки жены залились румянцем, и Гавриил удивлённо уставился на неё.
— Я же как раз утром три дня назад сдала анализы. У нас будет ребёнок!
— Наконец-то! Слава Богу! — прошептал Гавр и протянул руки к Белле, которая тут же прильнула к нему. — На все обследования будем ходить только вместе. Одну я тебя не отпущу.
— Конечно, родной! Я бы без тебя и не пошла...
Через восемь месяцев в семье Гавриила и Беллы родилась дочь Серафима, а ещё через два года — сын Михаил.
Происшествие, в которое угодил Гавриил, никак не отразилось на его здоровье, не вылилось ни в какие нежелательные последствия. Тот факт, что мужчина в течение трёх дней не приходил в себя, так и остался для всех загадкой.
Конец. Спасибо за внимание!
Мира Айрон