Сейчас, когда прошло уже почти двадцать лет с исчезновения Киры, могу смело, от лица всех, сказать – она нам нравилась. Шум, который она создавала вокруг себя, её всегда искренние объятия и поцелуи, громкий смех, готовность приехать по первому звонку. А ещё бесконечная ложь о себе, своей семье и личной жизни. Ложь, которую мы между собой называли фантазией. Кира была особенной, ни на кого не похожей. Она умела преданно дружить, ничего своего не жалела, и мы не сразу поняли, что своего у неё ничего и нет. Когда мы только познакомились, Кира сказала, что живёт на Кутузовском проспекте с родителями и братом. Красочно описывала свою квартиру, прозрачно намекала, что предки её часто мелькают по телевизору, поэтому, как бы она не хотела, но к себе позвать она никак не может. Одевалась Кира не броско, но умело маскировала полное тело. Только потом до нас дошло, что все три года она ходила практически в одном и том же. Когда Кира пропала, мы пытались её найти, но в деканате нам отказались дать