Празднование Нового года превратилось для Люды в совершенный кошмар. Она чуть не плакала, наблюдая за собравшимися в квартире гостями. Людмила почти никого из них не знала.
― Чего такая надутая сидишь? ― подсела к Люде свекровь.
― Раиса Игоревна, зачем вы их всех позвали?
― А чего у вас так тухло? Ты и сама какая-то мрачная, и моего Сережку портишь!
― Я не порчу Сережу! И я не мрачная! ― Люда нахмурилась. ― Мы хотели отметить Новый год вдвоем.
― Ой, да чего ты бухтишь все время? Как бабка старая! ― Раиса Игоревна и не думала, что оскорбляет невестку.
Людмила замолчала, сознавая, что спорить со свекровью себе дороже. Она давно это поняла, но иногда терпеть тоже было невыносимо.
― И чего ты сидишь? Давай неси торт, конфеты, пирог, и что там еще у вас есть? Пора чай пить!
Беспомощно покосившись на Сергея в надежде на помощь, Люда встала, чтобы исполнить приказы свекрови. Она на своем опыте научилась, что если не делать того, что говорит Раиса Игоревна, то свекровь немедленно начинает кричать, ругаться и потом несколько недель обижается на сына. При чем тут Сережа ― Люда сначала не понимала, а потом уяснила, что свекровь пользуется им, чтобы влиять на нее.
Конечно, Людмиле не нравилось видеть мужа расстроенным, и она старалась не сталкиваться с его матерью, чем та и пользовалась.
― Тебе помочь? ― Сергей заметил, что жена бегает из кухни в зал и пошел за ней.
Люда кивнула, стараясь не показывать расстроенных чувств, но Сережа хорошо знал жену и правильно расценил ее молчание.
― Люд, что случилось? Мама тебе что-то сказала?
― Нет, то есть да… Сереж, когда уйдут все эти люди? Мы с тобой хотели праздновать вдвоем!
Сергей только развел руками. Он и сам не понял, как позволил матери привести всех этих незнакомцев в квартиру.
* * *
Они с Людой мирно сидели дома, дожидаясь вечера, уже готовые праздновать, когда в дверь постучалась Раиса Игоревна.
― Не открывай! ― Людмила не хотела видеть эту женщину, которая могла все испортить буквально по щелчку пальцев.
― Люд, ну это же моя мама! Как я могу не открыть?
Конечно, Раисе Игоревне захотелось отметить с ними Новый год. Но ей не понравилось, что их было только трое. Люда с неодобрением слушала, как свекровь звонит подругам и зовет их на празднование к ним в квартиру. Конечно, они с Сережей пытались протестовать, но Раиса Игоревна даже не слушала, а выпроводить ее не было никакой возможности.
* * *
Теперь Сергею и Людмиле приходилось мириться с неожиданными гостями, которые практически все были гораздо старше них. Раиса Игоревна не считалась с тем, что у ее сына и невестки могли быть свои планы. Она привыкла делать так, как ей заблагорассудиться.
Отнеся очередные тарелки в зал, Люда с горечью посмотрела на часы. До Нового года осталось полчаса, и гости уже рассаживались за стол.
― Сереж, я не хочу быть здесь! ― Людмила поймала мужа в коридоре и затащила обратно на кухню.
― В смысле? Мы же не можем уйти!
― Почему нет? Пошли на площадь? Там многие празднуют! Мне тошно от всех этих людей!
Люда не преувеличивала. Ей не хотелось отвечать на бесчисленные вопросы подружек свекрови и объяснять им, почему еще нет детей. Не хотелось плясать под дудку Раисы Игоревны и видеть, как она лучится от довольства собой.
― Ты хочешь оставить квартиру на всех этих людей?
― Ну, тут будет твоя мама! Пошли быстро переоденемся и уйдем. Крикнем, что уходим, когда уже будем в дверях.
Сергей удивленно взглянул жене в глаза, а потом улыбнулся. Ему и самому не хотелось отмечать праздник с теми, кого он вообще не знал и знать не хотел. А на площади можно было встретить друзей или найти новых знакомых. Праздник объединял, и Сергей это отлично знал.
― Беги, одевайся, ― шепнул он Люде, и та весело засмеялась. Новый год, грозивший обернуться кошмаром, превращался в маленькое приключение.
― Ой, сынок, а вы куда? ― Раиса Игоревна вышла в прихожую, когда Люде и Сереже почти удалось сбежать из собственного дома.
Людмила недовольно вздохнула, закатив глаза, а Сергей нацепил на лицо улыбку и повернулся к матери.
― Мы немного прогуляться хотим. Салют на улице посмотрим.
― Из окна можно посмотреть! Скоро двенадцать! Пора за стол! Ну-ка, раздевайтесь и идите в комнату. У вас вообще-то гости.
Сергей в нерешительности застыл, а Людмила напряглась. Она уже поняла, что праздник испорчен, что бы она сейчас ни сделала. Люде не хотелось спускать свекрови все просто так, и она бросила, копируя тон Раисы Игоревны:
― Вообще-то мы гостей не приглашали.
― Да что ты говоришь? Раз они у вас в квартире, значит, они ваши гости!
― Я могу их выгнать, ― нехорошо прищурилась Люда. Она видела изумленный взгляд мужа, но не могла остановиться. Слишком далеко все зашло.
― Выгнать? Я же их позвала! Как ты выгонишь?
― Вы сами сказали, что это моя квартира. Значит, и распоряжаться тут мне.
― Ты не одна тут живешь. Сереж, успокой свою жену!
Людмила и Раиса Игоревна уставились на Сергея, который вообще не ожидал такого поворота событий. Он растерялся, попробовал что-то сказать, но потом махнул рукой и пробурчал:
― Мам, мы хотели вдвоем посидеть с Людой.
Раиса Игоревна захлопала глазами, явно не ожидая такого от сына, а тот вздохнул. Сергей знал, что за эти слова ему придется долго просить прощения, но он также сознавал, что жена права. Ему и самому не нравилось нахальное отношение матери.
― Так, может, нам уйти? ― вспыхнула Раиса Игоревна.
― Было бы неплохо, ― Люда почувствовала поддержку мужа и осмелела.
― Обойдешься! Мы здесь праздновать будем! А с тобой, Сергей, мы поговорим потом.
Раиса Игоревна скорбно поджала губы и ушла в зал.
― Что будем делать?
Люда неуверенно заглянула в глаза Сергея, и тот, немного нагнувшись, поцеловал ее и прошептал:
― Поторопимся, чтобы не опоздать на площадь. Мне Витя написал, он с Ирой там.
― Правда? Тогда побежали!
Люда поняла, что Новый год будет довольно неплохим, ведь Виктор и Ирина были их хорошими друзьями.
И она оказалась права. Они чудесно провели время с друзьями. После салюта на площади все вчетвером отправилась к другим знакомым семьям. И через час уже десять человек, которые хорошо общались и были на одной волне, ехали за город. Там на даче они хотели устроить шашлыки и повеселиться.
Домой Люда и Сергей вернулись только поздним утром. Они не спали всю ночь, но им было весело. Они провели этот Новый год вдвоем и в то же время в общении с друзьями, а это было прекрасное сочетание.
― И где вас носит? ― Раиса Игоревна была явно недовольна тем, что сын и невестка ушли ночью и долго не возвращались.
― Мам, мы гуляли.
Сергей счастливо улыбнулся, не замечая гневного лица матери.
― Гуляли? Ты на время смотрел?
― Мам, ты забыла, что мне не пятнадцать лет.
― Что? Ты как со мной говоришь?
― Мы хорошо провели время, но огромная просьба к тебе. Не приглашай гостей без нашего разрешения, и сама приходи после предупреждения.
Раиса Игоревна смотрела на сына, открыв рот. Она даже забыла разозлиться и только беспомощно хлопала глазами. Наконец, опомнилась и сурово спросила:
― Как ты можешь? Сереж, это твоя жена настраивает тебя против меня? Почему ты так со мной?
Разговор между Людой и Сергеем и правда состоялся. Но настраивать Сережу не пришлось. Он и сам все понимал. Вот только говорить матери, что они с женой обсуждали ее, Сергей не собирался.
― Мам, Люда меня не настраивает. Просто тебе надо понять, что у нас своя жизнь, и не годится вот так вламываться к нам в квартиру. Тем более нельзя приглашать к нам других.
― Просто скажи, что вам жаль еды! Кстати, она у вас невкусная была!
― Зачем вы тогда все подчистую съели? ― Люда выглянула из кухни. ― Я готовила это не на один день, а вы все уничтожили за несколько часов.
― Я же говорю, жадные вы! Да, Сергей, вырос ты, конечно, мелочным. Не так я тебя воспитывала. Я не то что гостей к вам звать больше не буду, я сама не хочу уже приходить!
Раиса Игоревна с высоко поднятой головой прошла мимо сына в прихожую, и через минуту ее уже не было в квартире.
― Ух, мы с ней справились! ― выдохнул Сергей.
― Ага, только она теперь будет обижаться, а ты будешь извиняться. И еды у нас нет, это правда.
― Извиняться я не буду, надоело! А еда ― это дело поправимое. Пойдем сегодня в кафе?
― Лучше по гостям, ― засмеялась Люда. ― Нас пригласили сегодня на вечер Смирновы.
― Правда?
― Ага, мы с Полей разговаривали, пока вы с парнями шашлыками занимались.
― Прекрасно! ― Сергей улыбнулся, немного помедлил и добавил: ― Знаешь, давно мы так классно не отмечали.
― Да, мне тоже понравилось. Надо почаще собираться.
Сергей что-то промычал, целуя жену, а потом предложил:
― Тогда сейчас спать, а вечером нас ждет продолжение банкета.
Людмила кивнула, и уже в спальне спросила:
― Сереж, ты с мамой мириться не планируешь?
― Нет, пока она не поймет, что у нас есть границы.
― Ну, тогда это надолго.
Сергей тихо рассмеялся, а Люда с удовольствием подумала, что теперь свекровь не будет омрачать ее жизнь. Она была рада, что все так повернулось. Этот Новый год на самом деле принес новые перемены в их жизни.
Автор: Наталья Селеш
Жертвы тирании
— И главное, девки, он, гад такой, эту тарелку — шварк об стену! Она чудом в мою голову не попала! А в ней, между прочим, солянка была! С сосисками! Я потом три часа стену отмывала! А у меня, к слову, свежий ремонт! Обои — до-ро-гущие! Что и следовало доказать — мой Исаков — абьюзер! Чистопородный. И не спорьте, девочки!
Сегодня диспут вела Антонина Исакова, собственница квартиры на третьем этаже. Ее соседки удивленно ахали и охали, слушая очередную лекцию «за жизнь». Тоня вообще такая... яркая женщина, целеустремленная и боевая. Благодаря чрезвычайной начитанности по случаю отсутствия дачи и внуков, а посему — огромному количеству свободного времени, Тоня всегда была в центре внимания. Ее «девочки», самой младшей из которых было шестьдесят семь, просто боготворили Исакову и называли Тоней-Яндексом.
Антонина с утра пребывала не в духе. Битый час подружки пытались ее растормошить, но она злобно отнекивалась. А потом выдала: мол, Колька, муж, — абьюзер, и надо с ним срочно разводиться. Вот это да! В смысле — разводиться? Значение модного словечка «абьюзер» не все поняли. Вот Тоня и открыла девочкам глаза:
— Сейчас ужас, что творится! Мы, бабы, сами приделали к самооценке наших мужиков по три нуля! Вот они и решили, что все им можно! — выступала Исакова.
— Да ты не части, не части! Толком скажи, что это слово обозначает? — взволнованно переспросила тетя Маня с пятой квартиры.
— А тебе на что? Твой абьюзер давно копыта откинул, — резюмировала Тоня, — ну так-то он еще каким абьюзером был!
— Тонька, надоела уже! По-русски говори! — Клавдия Семеновна с восемнадцатой уже выходила из себя.
Тоня начала лекцию. Выяснилось, что этим страшноватым словом величают всех тиранов, которые любят подавлять волю своих жертв и паразитировать, используя чувство вины и страха.
— Вот у меня, например, сегодня, — начала она, — Исаков утром с кровати поднялся, потянулся, покряхтел и, не успев даже рожу умыть, поперся курить на балкон. А у меня на балконе, между прочим, петунии в горшках! Я ему говорю: «Коля, не кури в петунии!» А он...
— А он? — застыли девочки.
— А он пошел со своей цигаркой в туалет! И надымил там, прости господи, хоть святых выноси! Я молчать не стала, так ему и говорю: «Коля, если ты не бросишь курить, я не знаю, что с тобой сделаю, Коля!» А он...
— Что?
— Да ничо! Взглянул на меня так, как на фашиста, и глазами ворочает. Я его завтракать позвала. Солянки налила. У меня солянка — высший сорт. Я специально бегаю в соседний микрорайон за фермерскими сосисками и копченостями. Сначала мяско варю долго-долго, потом огурчики, помидорчики, лучок обжариваю...
— Тонька! — Клавдия строго перебила рассказчицу.
— А? Ну ладно. Я ему, в общем, эту солянку в голубой тарелочке да с золотой каемочкой: «Ешь, Коленька!» А он, сволочуга, сграбастал тарелку и в комнату поволок. На табуретку — хрясь ее, телик врубил на всю катушку! А там это... это... Рен Ти Ви показывает! Врут всякую ерунду про инопланетных существ! И солянку мою жрет! И чавкает, девочки!
Я ему замечание сделала один раз, другой — ноль эмоций. Я тогда телевизор из розетки выдернула и решила точки над «и» поставить: «Кухня для еды, в комнате еде не место, Коля! От тебя одна грязь, Николай». Ну и... полетела в меня солянка. Насилие? Насилие! Что и требовалось доказать!
Подружки задумались. А ведь и правда, насилие! И не только в квартире у Антонины — практически у каждой дома жил точно такой же тиран!
. . . ДОЧИТАТЬ>>