#чувства #потеря #депрессия #психологическаяпроза #сныиреальность #прошлое #отношения #конфликт #внутреннийконфликт #одиночество #невысказанныевопросы #внутренниймонолог
Денис знал, что подслушивать
(или подглядывать, — прошептали ему на ухо невидимые губы м.е.р.т.в.е.ц.а, покрытые бордовым блеском)
нехорошо.
(но иногда приятно)
Причём это слово — нехорошо — можно было заменить на массу других, более… убедительных, что ли. Убедительных и адекватных. Более взрослых. Подло. Низко. Унизительно. Неправильно… и так далее. Подслушанная информация могла вызвать негативные эмоции и стать причиной конфликта, могла даже разрушить отношения. Денис всё это прекрасно понимал… и продолжал слушать. В конце концов, их с Дашей отношения не могло разрушить ничего, потому что отношений не было, а Вадиму он доверял. И вообще, это они пришли к нему в комнату.
(не они, а он — Вадим. девочка уже была здесь. всё это время она была здесь. сидела с тобой, проверяла температуру, слушала весть тот бред, что ты нёс про отравленное печенье)
(зачем? зачем она делала всё это?)
Действительно. Предполагалось, что Даша отвезёт его домой и исчезнет как минимум на две недели, но что-то пошло не так. Был ли он против того, что всё это время девушка была рядом? Вряд ли. Хотя…
Денис вспомнил собственные ощущения, которые испытывал, когда смотрел на спящую в машине Тимура девушку. Да, он был потрясён, когда узнал, что собирался с ней сделать Тимур, да он злился, но помимо всего этого было кое-что ещё: странное волнение и желание позаботиться о ней. Чувствовала ли Даша что-то похожее? Зачем ты осталась? — подумал он, — Даша, зачем? Ты должна была бросить меня. Это было бы честно. Это было бы правильно. Он закрыл глаза, прислушиваясь к негромким голосам.
— Если бы от меня зависело хоть что-то, то он бы завтра… — снова резкий порыв ветра за окном, потом протяжный шум по нарастающей, — …никуда не пошёл, — сказала Даша, не обращая внимания на ветер, — но в этом и заключается проблема.
— В чём в этом? — спросил Вадим, — в тех соревнованиях, на которые его не пустили из-за прогулов?
— В том, что я не могу заставить его пропустить вот эти конкретно соревнования. И как долго вы собираетесь припоминать мне те? Достали, — со злостью закончила она, — подумаешь… тоже мне… Бекхэм.
— Бекхэм — футболист, — сказал Вадим.
— Без разницы.
— Есть разница, баскетбол и футбол — это разные вещи.
— Я в курсе… И кто такой Бекхэм, я тоже знаю.
— Муж Виктории Бекхэм?
— Вадим…
— Извини.
— В тот раз вы выиграли, так? И без вашего великого игрока, — продолжала огрызаться — или защищаться? — Даша.
— Но он хотел играть, — негромко сказал Вадим, — понимаешь, о чём я? Он готовился к этим соревнованиям. И что в итоге? Босс его унизил перед командой, ну и один на один наговорит всякой дичи лютой. Парни из команды…
— Это я заставляла его прогуливать пары? — перебила Вадима Даша.
— Нет, ты просто выставила ему все пропуски. Из прихоти. Чтобы отомстить. Или наказать? Довольна теперь?
— Нет, не довольна. Доволен?
— Как сказать…
— Я понятия не имела, что из-за этого его не отпустят на соревнования, — со злостью ответила Даша, — дальше что?
— Дальше? — переспросил Вадим и негромко рассмеялся, — дальше ты его наказала. Или что? Нет? И продолжаешь наказывать до сих пор.
— Продолжаю…
— А ты так не думаешь?
Денис провёл ладонью по лицу, пытаясь таким образом окончательно прийти в себя. Его чувства, мысли и эмоции как будто принадлежали кому-то другому: красивому и холодному незнакомцу, который решил занять его место. Сосредоточиться на чём-то конкретном не получалось, и это не просто тревожило или злило. Это пугало. Напрягала собственная реакция на то, что Даша с Вадимом были вместе. Происходящее казалось Денису очередным затянувшимся кошмаром, из которого он пытался выбраться. Всё это заставляло чувствовать себя беспомощным и уязвимым.
— Мне теперь что сделать? Я была неправа, — судя по голосу она действительно так думала, но в чём была проблема? В том, что она подвела Дениса и чуть не подвела команду, или о том, что теперь ей периодически напоминали об этом, доставляя тем самым определённые неудобства: чувство вины и всё такое.
— Ладно, извини. Забыли, — сказал Вадим.
— Серьёзно? Ни фига вы не забыли. А знаешь, что самое… как это… самое…
— Знаю, — негромко сказал Вадим, — он единственный, кто не припоминает тебе эти соревнования. Тот, кто должен, молчит. И ни он, ни ты — два и.д.и.о.т.а — не понимаете, что это означает.
— Но это не означает, что он простил, да?
— Для тебя это так важно?
— Да.
— Почему?
— Не знаю.
— Даша, он умеет прощать. Ты девчонка, а он парень. И неплохой, кстати. Он не будет целенаправленно издеваться над девчонкой. Он не такой. Не удивлюсь, если он, Даша, сделает всё, чтобы защитить тебя.
— От кого?
— От того, кто будет тебе угрожать. От себя самого.
— От себя… что? — очень тихо спросила Даша.
Денис подумал о том дне, когда ему позвонил парень из команды. Выйди, есть разговор, — с этой фразы всё и началось.
(бери её, ей понравится, это наш тебе подарок)
После этого случая он собрал парней из команды и попросил их оставить Дашу в покое, не упоминая про подарок. Просто попросил больше её не трогать. Кто-то послушал, кто-то нет.
— Он не способен позаботиться даже о себе, — Даша немного помолчала под мрачное завывание ветра. Кажется, непогода набирала силу. Последний сильный циклон с порывистым ветром и ливнем, который можно было сравнить с тропическим, оставил город без света почти на сутки. Улицы были завалены обломанными ветками, парк на территории студенческого городка — тот самый, где нашли тело убитой девушки — и стадион были залиты водой.
— Чего уж говорить о других, — закончила Даша.
— Что? Ты о чём? — спросил Вадим.
— О том, что Филиппов неспособен позаботиться даже о себе, что уж говорить о других. И соревнования здесь не при чём. Но я была неправа. Я жалею о том… что сделала.
Ты бы жалела ещё больше, если бы план Тимура удался, — подумал Денис, — или Тимур был всего лишь исполнителем?
Денис попытался разглядеть выражение её лица, но тревожный свет фонарей мешал ему сделать это. Тревожный, бледный, холодный и какой-то безжизненный. Таким его делал непрекращающийся звук ветра.
— Неспособен позаботиться даже о себе? — негромко переспросил Вадим, — уверена? Даша… а что происходит? Хочешь его, да?
— Прекрати.
— Он тебя тоже хочет.
— Он меня презирает.
— Он тебя хочет. Одно другому не мешает.
— Плевать на него.
— Серьёзно?
— Ты хочешь, чтобы мы из-за него поругались?
— Нет. Хочу, чтобы ты перестала врать самой себе.
— Я не вру.
— Ты его хочешь, Даша.
Денис спросил себя, догадывается ли Даша, о том, что он может слышать их разговор. Или ей было всё равно?
Или она… хотела, чтобы он слышал? Очень удобно, кстати. А потом Даша опустит глаза в пол и сделает вид, что ей не просто жаль, а очень-очень жаль.
(извини, я не думала, что ты слышал наш разговор, извини)
С другой стороны, для Даши это было как-то слишком уж… не её уровень, одним словом, потому что лицемеркой она уж точно не была.
(ты настолько хорошо знаешь её? можешь за неё поручиться?)
Он даже за себя не смог бы сейчас поручиться.
Денис мог бы вмешаться, но всё, чего ему хотелось — это просто лежать в темноте и слушать её голос, который ассоциировался у него с песнями «Энигмы». В сознании возникали образы… разные… Он хотел просто слушать её. Слушать, слушать, слушать…
Чем было вызвано это внезапное, непонятное ему самому чувство? Этого Денис не знал. Понятия не имел. Возможно, всё дело было в его состоянии, но это не имело значения. Денису просто нравилось знать, что она рядом.
— Он сознательно гробит свою жизнь, — продолжала Даша, глядя в окно. Или разглядывая что-то в окне? Но что она могла увидеть там, кроме темноты и миллиона мелких и холодных крупиц? Заваленный снегом двор, заваленные снегом машины.
На чёрном небе не было ни звёздочки, снежная бездна как будто сожрала всё вокруг, оставив лишь пустоту. Холодную и бездонную, как космос. Деревья, редкие прохожие, дома и машины казались чем-то потусторонним — призраками, пришедшими из другого — параллельного — мира в их тёмный и холодный мир.
И где-то там, в этой немой и холодной пустоте бродил неприкаянный призрак Марины среди таких же неприкаянных призраков с.а.м.о.у.б.и.й.ц. Смог бы Денис сейчас повторить ей всё то, что сказал в тот день? Однозначно, нет. Теперь он предпочитал молчать, и это невероятно бесило Ангелину и Леру. Ты изменился, почему ты постоянно молчишь? Почему не хочешь рассказать о том, что чувствуешь? — сказала ему Ангелина через несколько дней после
(похорон)
того, как Денис пришёл в себя. Он устало смотрел на девушку и молчал. Рассказать о своих чувствах? Неужели Ангелина не понимала, что он чувствует? Мне весело, — наконец, произнёс он, — что ещё я могу чувствовать, Геля? — Зачем ты так? — спросила она, чуть не плача. — А ты зачем так? — ответил он, — ты реально не понимаешь, что я чувствую? Пустоту.
— Гробит свою жизнь? — повторил Вадим, и Денис снова провёл рукой по лицу, возвращаясь в реальность, — так ты поговори с ним сама. Вдруг он тебя послушает.
— Может, думает, что таким образом он искупает свои грехи или что-то ещё… я не знаю, но точно знаю, что он… — Даша шумно выдохнула, ища подходящие слова, но не находя их.
— Ты имеешь в виду… — начал Вадим. Она кивнула.
— Он взял на себя ответственность за то, что сделал другой человек, но этот… как сказать… но это ему не под силу. Игнорить других — так ведь проще.
— Кого он игнорит?
— Всех. Не подпускает к себе никого.
— Он тебя хочет, Даша. Как ты этого не понимаешь? Ты уже… максимально близка с ним. Помоги ему.
— Мне этого не нужно. Я уже говорила, — не очень уверенно ответила Даша.
— А чего тогда так заморачиваешься из-за него? И вообще, не хочет подпускать к себе никого и не надо. Личное пространство, слышала о таком? Имеет право.
— Ок. Как скажешь. Но от таких, как он надо держаться подальше. И не потому, что из-за него кто-то вскрыл себе вены, нет. Просто он неспособен… быть рядом, — коряво закончила она.
— Думаешь? — спросил Вадим, — ты так хорошо его знаешь? Может, ошибаешься?
— Я думаю, он может быть хорошим, но не может переступить через себя. Не может или не хочет. Он зациклен на том, что случилось, боится подпускать к себе людей. Ни одна нормальная девушка не захочет встречаться с таким парнем… с таким проблемным парнем. Он даже тебе не доверяет, своему лучшему другу. Не рассказал же о том, почему на самом деле перевёлся в наш университет.
— Рассказал.
— Ты не говорил.
— Не говорил.
— Ты бы мне тоже не рассказала, просто испугалась.
— Как можно ставить этот ваш дурацкий баскетбол превыше всего? — раздражённо поинтересовалась Даша, целенаправленно меняя тему разговора.
— Проблема только в этом? — спросил Вадим.
— Сейчас да.
— Спроси у него.
Даша промолчала, прекрасно понимая, что зашла на чужую территорию. На частную территорию с табличкой «Посторонним вход воспрещён». Практически как на двери морга, куда мечтают попасть дети, чтобы потом рассказывать друг другу страшные истории о том, что происходит там — за этой самой дверью.
— Ладно, меня это не касается, — сказала Даша. Денис не видел её лица, но чувствовал, что девушка была напряжена и вымотана. Слишком долгий день, ей нужно было просто поспать.
— Себе хоть не ври, — негромко сказал Вадим, — Даша?
— Ммм?
— Себе не ври, — повторил Вадим.
(продолжение👇)
ССЫЛКА на подборку «Прошлое»