Кто бы мог подумать, что народный поэт КЧР Анатолий Трилисов был автором текстов песен для Валентины Толкуновой («Игорёша-Игорёк») и Геннадия Белова («Колдует осень золотая»).
Его песню «Незабудка» исполнял Ансамбль песни и пляски Северного морского флота. А еще есть ряд песен, написанных на его стихи композиторами Дона и Ставрополья.
Родился и вырос Анатолий Трилисов в Ростове-на-Дону, окончил журфак Ростовского государственного университета, работал в газетах и на телевидении Ростовской области, Ставропольского края, а затем и в нашей республике, где прожил много лет. К слову, его первая книга - «Колокола моей души» - вышла в 1989 году в Черкесске. Всего же у члена Союза писателей России Трилисова 15 книг для взрослых и детей.
Анатолий Иванович перевёл на русский язык ряд произведений поэтов Карачаево-Черкесии - Хизира Абитова, Исы Капаева, Магомета Киримова, Ахмата Кубанова, Кельдихан Кумратовой, Джемуладина Лагучева, Дины Мамчуевой.
20 ноября 2024 года ему исполнилось 85 лет, а 23 ноября его не стало. Не стало поэта, оставившего глубокий след в литературе Карачаево-Черкесии.
Шахриза БОГАТЫРЁВА.
_________________________________________________________________________
Журавлиное небо
Я в осеннее небо смотрю
И смотрю:
Скоро белым метелям звенеть…
Промелькнувшему в небе кричу журавлю:
- Помоги мне,
Братишка, взлететь!
В синеве золотой
Я летал бы тогда
И на землю родную смотрел…
Но летят журавлями печально года…
Почему же я сам не у дел?
Но однажды пойму я
Смущённой душой
Без подсказок,
Подаренных впрок:
Для того, чтоб взлететь
Над родимой землёй,
И крылатому
Нужен рывок!
Гармонист
А в России дали сини,
А в России воздух чист…
Знаменит на всю Россию
Развесёлый гармонист!
Он заливисто играет,
И поёт - всех удивляет.
Растянул гармонь пошире:
Под его гармонь народ
По Руси, по всей Сибири
В пляс по улицам пойдёт!
Знаменит на всю Россию
Развесёлый гармонист!
А в России дали сини,
А в России воздух чист…
Фонарь
А ветер рвался в окна бешено
И волком выл в печной трубе…
И хрупкий мир,
За луч подвешенный,
Плясал,
Метался на столбе.
Ночь царствовала
В сонном городе,
Октябрьский дождь дома хлестал…
Фонарь,
Как Прометей прикованный,
Единственный
В ночи сиял.
И, словно из дождинок соткана,
Дрожала млечная звезда,
Горела лампочка,
Работала -
В ней ток бежал по проводам.
Но -
Надо же случиться этому! -
Возьми вдруг провод
И порвись!..
Был свет над городом -
И нет его!
Как будто оборвалась жизнь…
И ветер в окна рвался бешено,
И хохотал в печной трубе…
Фонарь,
Как человек подвешенный,
Качался скорбно на столбе…
* * *
Шёл корабль. Его качало.
А над ярой крутой волной
Чайка плакала и кричала
За кормой.
Вал за валом катил на взморье,
Ветер в скалы бил штормовой…
Не услышали люди горя
За кормой.
И на серый бетон причала
Дельфинёнка швырнул прибой.
Был он мёртв. И чайка кричала
За кормой.
Здесь мои истоки
Владимиру Ивановичу Соломко
В тихом переулке
Вишни зацвели...
Выйду утром гулким
На простор земли.
Я вобрал истоки
Под горой Машук, -
Лермонтова строки
В сердце я ношу.
В них -
Родной до боли -
Сладостный мотив:
И тоска по воле,
И к любви призыв.
А Эльбрус,
Как парус,
В небе голубом...
Лишь взлететь осталось
Молодым орлом!
Настасья
Криница бы о многом рассказала,
Когда б могла, конечно, рассказать…
Она от жажды армию спасала,
Давала силы, чтоб врагов прогнать.
И выбила фашистов из станицы,
С родимой настрадавшейся земли.
И казаков встречая у станицы,
Казачки угощали, чем могли.
Пришла сюда и бабушка Настасья -
Резной корец наполнила водой:
- Испейте-ка, солдатушки, на счастье!
Родной родник для вас всегда живой!
Лилась, лилась искристая водица,
И слезы горькой радости текли…
И все искала дорогие лица
Сынов своих, что где-то полегли…